Проснись, крошка, ты продаешься

Леша стоял перед зеркалом уже 5 минут. Он никогда не любил наряжаться, но сейчас что-то было не так. Дурное предчувствие не покидало его. Поморщившись, он вспомнил, что Лариска сегодня опять будет пищать. Схватив заранее собранную сумку, он вышел из дома. До универа добираться минут 15 пешком. Благо квартира перешедшая Лёше в наследство от родителей находилась в центральном районе. За это стоит сказать спасибо тёте, что давно ещё свалила за границу, но при этом оформила квартиру на своего племянника. В наушниках играла музыка случайно подобранная программой. Странно то, что она была слишком активной для плейлиста парня. Но это было, что надо. Знаете придавала некого пинка, которого не хватало. Ускорив шаг, Лёша обгонял сонных пешеходов, получав в спину громкое цоканье. Но ему уже не было до этого дела. Песня, что играла в его наушниках невольно разблокировала радостные воспоминания из 10 класса. Именно после этого он решил жить дальше не зацикливаясь на месте. Пусть Лиза и выжила, но ненависть за безнаказанность того засранца осталась. Лиза, как была так и осталась светлым лучом в жизни своего брата. Но из-за ошибки Гречкина, Лиза должна была расплачиваться шрамами на теле. Мерзкий тип. Просто отвратителен. Благо Лиза не таила на него зла, возможно именно это остановило Лёшу перед совершением преступления. Он долго винил себя, суд, и в первую очередь Гречкина, но Гром остановил распространение гнили ненависти по телу подростка. Майор взял Лёшу, Лизу и вместе с Юлей и Димой уехали за город, подальше от всей суеты. Лёша упирался, но ради сестры он готов был потерпеть эту компанию. Позже наблюдая за мини дискотекой Лизы и Юли, его сердце оттаяло. Пусть злость и оставалась, но она не была главным чувством подростка. Подходя к универу, он встретил Илью. Он был однокурсником Лёши, который особо желанием учится не отличался. Поступил он по желанию родителей, всё же наследник семьи. Макаров привык к его отношению к учебе, но его больше удивляло реакция учителей. Ну да, все же деньги и влияние решали почти все. Сторонится его почти невозможно, ведь Илья из тех людей, которые найдут друзей и среди аборигенов, и среди элиты из элит. Это поначалу вызывало подозрения, но как выяснилось он самый святой человек во всем университете и знакомых Лёши (Лиза не в счёт). -... И вообщем, она сказала, что выпрет тебя из универа, если не явишься. Сумасшедшая какая-то, но не волнуйся я сказал и не один раз, что ты болел… Хотя до неё вряд ли дошло. Кароч удачи тебе, хех, - закончил свой пересказ Илья, галантно открывая дверь перед Лешей. - Прошу, сэр. Аудитория удивленно охали. Поздоровавшись со всеми, эта пара прошла на свое место, которое закрепилась за ними с первого дня. Зашла королева гарпий - Лариса Викторовна Кольчук. Она осмотрела аудиторию. Всех кто знал Лариску поражала её память. Она по памяти сама отмечала не присутствующих на паре, а после выносила мозг не только пропустившему, а также всем кого видела. К общему удивлению она даже обрадовалась возвращению Лёше. -Ты ей отсосал? - послышался не однозначный вопрос от соседа. Макаров решил сосредоточиться на лекции. *** -Симпотная хата, - отметил Кирилл заваливаясь в квартиру друга бухой в говнину. -Сука, опять ты. Тц, мне надо идти. В час придёт уборщица, так что либо съеби, либо иди спать в комнату. Я ей скажу, чтобы там не убиралась. Ну? - уставился на своего дееспособного друга владелец квартиры. Так и не дождавшись ответа, он схватил Гречкина за руку и отвел в комнату. Кирилл вальяжно развалился на кровати, заигрывая стучал по ней, на что получил несколько фраз, посылающих далеко и надолго. Входная дверь закрылась. Кирилл разочарованно падает. “Ну что за друг, даже трахаться не хочет. А я ведь хоть куда..” - подумал Гречкин, закуривая сигарету. Выкинув бычок в сторону балкона, блондин завернулся шаурмой и начал погружаться в сладкий сон. Всю ночь он провел в философских лабиринтах своего члена. Его волновал новый опыт не естественный не для него, ни для его окружения. Шатаясь по Питеру, он зашел в бар без особой популярности. Камерная обстановка, развязала язык уже пьяному Кириллу. Бармен слушал его, периодически кивая, что подталкивало Гречкина продолжать свою исповедь. В конце всего, когда бар уже закрывался слушатель произнес то, что врезалось в пьяное сознание. “Дрочить - это ладно, главное людей не насиловать, так что если захочешь попробовать это с парнем, то в эскорте не только девушки.” - сказал бармен, выталкивая Гречкина из бара. По правде сказать он еще затирал что-то про трудность в поисках таких сервисов, но ведь Кириллу можно все и сразу на блюдечке с голубой каёмочкой. Так он до 10 утра обзванивал и изучал ассортимент мальчиков, сидя в машине. Новое всегда интересно. Прикончив последнюю аэропортовую бутыль виски, Гречкин решил завалиться в квартиру к другу, что жил на этой улице. Сны - место странное. Порой они отражают наши желания и переживания, а порой и вообще какую-то несусветную поебень. Место. Обычно так себе Гречкин и представлял универы. Повернув голову, на фоне прекрасного вида из окна он увидел не менее прекрасного парня. Его голубые глаза переходили с доски опять на тетрадь, не обращая внимание на Кирилла. Всё лицо было усыпано веснушками, но не такими противными, какими раньше их видел блондин. Взгляд опускался ниже по тонкой шее. Из-под большеватой футболки выглядывали весьма острые ключицы. На удивление Кирилла, у юноши руки весьма подкачены, насколько может позволить его худощавое телосложение. Взгляд ниже опуститься не смог, ведь какой-то грымзе перед доской захотелось вызвать его решить пример. Этот юноша даже глазом не повел в сторону, продолжал терпеливо переводить глаза с доски себе в тетрадь. Гречкин потянулся к руке соседа, но тот резко ударил и отстранился. “Чтоб ты сдох, скотина.” - сквозь зубы процедил юноша, продолжая двигаться в сторону окна. Только когда он уже сидел на подоконнике, Гречкин встрепенулся и подскочил пытаясь остановить неизбежное. Он упал. У Гречкина сердце упало в пятки. Стремное чувство. Кровь продолжала выливаться из обездвиженного тела. Ряд мурашек прошел по коже. Руки начинали дрожать, боясь признавать вину за это. Обернувшись на аудиторию, он увидел в каждом учащемся того парня. Поначалу они говорили что-то очень тихо, а после резко и громко, заставляя Гречкина пошатнутся, чеканили ту фразу. Чтоб.ты.сдох.скотина.