Муж

— Д-да вы знаете, к-кто мой м-муж? — икает пьяный омега, размахивая бокалом с текилой во все стороны. — И кто же? — не менее пьяный альфа тянет руки к бедру Тэхёна, за что получает смачный хлопок по ладони. — Ч-чон Чонгук! — смеётся блондин и впивается ногтями в чужую руку. — Кто такой этот «Чон Чонгук»? — альфа смеётся в ответ и перехватывает ладонь омеги, кладя себе на пах. Тэхён дёргается, будто бы от пощечины и отсаживается назад. — Куда свои грабли тянешь, а, малец? Мне тридцать шесть лет, ты мне в дети годишься, балда! — Очень красивый омега, но я не вижу обручального кольца на вашем безымянном, — томно шепчет парень. — Мне не нужно кольцо, чтобы быть верным, — фыркает Тэ и пьёт залпом, но не допивает. — Все вы так говорите, когда не хотите знакомиться, — улыбается альфа и пьяно хихикает; ладонь снова ложится на чужое бедро. — Руки, блин, убери, — уже более злостно шипит Тэхён и бьёт со всей силы, а у него её не мало. — Придурок! - вскрикивает брюнет и отшатывается. Альфа выливает на блузку Тэ стакан красного вина, и пока тот отвлекается, кидает в стакан какую-то таблетку. — Ну ты и рукожоп! — злится Чон и пытается оттереть блузку салфетками, затем, кидает их в лицо альфы. — Придурок, свали пока кости це́лы! Тэхён допивает свой алкоголь. — Вкус... Сладкий, — хмурится омега и принюхивается к стакану. — Прости..те? За блузку, Хённим, — неуверенно хмурит брови альфа. — Я могу вас угостить? — Нет, думаю, что не сто́ит, — Тэхён дует губы и кладёт голову на ладони. — Я не люблю напиваться в слюни. — Как скажете, Хённим, — брюнет хмыкает и пьёт из своего стакана, но выплёвывает его содержимое. — Какого...? — Какой же ты мерзостный, — со всей своей неприязнью шепчет Тэ, и делает глоток _вина_. — Ч-что? — парень испуганно смотрит, осознавая, что он выпил ту таблетку. — У меня слишком хороший нюх и периферическое зрение, так что не надейся накачать меня хернёй и трахнуть где-нибудь в дешёвом мотеле, сопляк, — Тэ презрительно фыркает. На плечи омеги ложится пальто и он сразу же вжимается в него, ощущая постепенно окутывающий его запах и тепло. — Джэй~ — всё ещё пьяно улыбается Тэхён, когда чужие губы целуют его шею и щекотят одновременно. — Что-то случилось? — альфа присаживается рядом с омегой и по-хозяйски целует его в щеку. — Этот малолетка пытался меня опоить, накачать наркотой и, судя по всему, изнасиловать. — Какого хера? — Джей поворачивается к своему омеге, лицо его приобретает обеспокоенный вид. — Тэ, ты выпил это? — Неа, но я достаточно пьян для глупостей, — Тэхён тянет его к себе за ворот рубашки и целует в губы. От омеги пахнет вином и текилой, пахнет приятно. Фрамбуаз. Тэхён пахнет вином с малиной, пахнет сладкими ягодами, отчего его губы такие же сладкие. Чонгука ведёт, он ощущает себя пьяным, даже не притрагиваясь к алкоголю. — А с этим что? — Чон отрывается от губ мужа и кивает на альфу, что уснул за барной стойкой. — Да хрен с ним. Тэхён перебирается к Чонгуку на колени и окольцовывает его талию ногами. Он голодный и голод этот нечеловеческий, он животный. Омега жадно целует его повсюду, где только дотянется; скользит губами по коже, пока Чон забирается ладонями под его полупрозрачную блузку. — Ненасытный. — Ещё какой, — смеётся блондин и кусает альфу за хрящик уха, скользит по нему горячим языком. — Да что с тобой сегодня? — Чонгук гладит его задницу, сжимает её, отчего у омеги тянет внизу живота. — Ты меня не любишь, не жалеешь... Разве я немного не красив? — томно шепчет. У Тэхёна красивый русский акцент и Чонгук от него откровенно говоря тает. — Самый красивый в мире, только скажи почему напился, — Чон его за плечи отстраняет и целует в губы нежно. Омега взвинчен, и Чонгук это чувствует, поэтому и позволяет рукоблудство. — Не думал, что ты вернёшься так рано. Как нашёл меня? — блондин укладывает ладони на грудь альфы и водит их из стороны в сторону, задевая соски. — Чон Тэхён, я же тебя где угодно найду, — Чон подхватывает его под задницу и выносит из бара. Кивает охране, чтобы те расплатились. И не только за алкоголь. — Слушай, а ты уверен, что никаких веществ не употребил? — Чонгук сажает его в машину и накидывает плед на худые плечи. — Я был внимательным, всё как ты учил! — притворно дует губы омега. — Умничка, куколка, — целует его в кончик носа. Тэхён жмурит глазки и носик, укладывает голову на плечо мужа и даёт свою ладонь, когда альфа протягивает руку. Они переплетают пальцы. — Господин Джей? — Поехали, Марк. И включи обогреватель. — Ты замёрз? — обеспокоено шепчет Тэхён. — Твои ладони холодные, Тэ. Омега краснеет, но вопреки алеющим щекам садится всё-таки на колени Чона. Скользит пальчиками по линии челюсти и приподнимает его лицо за подбородок. Чонгук смотрит на него трезво и, с виду, строго, но поддаётся мужу. Тэхён целует первым, кладёт ладони на плечи своего мужчины. Целует нежно и глубоко, сразу же запуская в ход язык; жмурится от удовольствия, когда альфа прижимает его к себе ближе за талию, и стонет ему в рот. Ёрзает на его коленях и запускает пальцы в волосы, тянет и улыбается в поцелуй; чувствует вибрацию от стона Чонгука. Ладони младшего блуждают по телу Тэхёна, забираются под блузку и оглаживают нежную кожу; скользят по груди и движутся к спине. Лопатки. Слабое место Тэ. Смуглая кожа покрывается мурашками и омега прогибается в спине; его возбуждение уже болезненно упирается в ширинку джинс. — Открой ротик шире, детка, — шепчет Чонгук и смотрит в глаза омеги, затуманенные пеленой похоти. — Ммм... — Тэхён снова стонет, когда язык альфы ласкает его нёбо и переплетается с омежьим. Младший отрывается от мягких губ, только чтобы покрыть метками и поцелуями чужую шею. Пальцы его торопливо расстёгивают пуговицы блузки омеги; шёлковая ткань мягко спадает с плеч и повисает на локтях. Чонгук целует его ключицы, кусает косточки и спускается ниже. Тэхён откидывает голову и держится только за счёт рук мужа, что снова цепко удерживают его. — Ты такой сладкий, — Чон кусает старшего за сосок и языком проводит круговые движения. Омега прячет голову в плече альфы и трясётся; оргазм накрывает его с головой и он почти кричит в пальто мужа. — Так быстро, Тэ? — усмехается Чонгук, целуя его плечи. — Г-господи... Как мне этого не хватало, — шепчет Тэхён. — Да? — Чонгук запускает ладонь в джинсы омеги и тот дергается, по инерции пытаясь сжать колени. Указательный палец касается головки и Тэхён шипит, сжимая зубы; закусывает нижнюю губу и закатывает глаза. Альфа водит рукой вверх-вниз и не открывает взгляд от раскрасневшегося лица мужа. Тэ закатывает глаза и прикрывает их; реснички дрожат, появляются первые бисеренки слёз. — Ты у меня такой прекрасный, Хён~ Такой мягкий и податливый в моих руках, детка... Хочешь кончить ещё раз? — Д-да! — вскрикивает омега, — Очень сильно хочу, Чонгук! — Кажется, ты забыл, — рука альфы прекращает движения, — Как ты меня называешь? — Г-гуки~ — Умничка, — Чон улыбается и продолжает движения, размазывает капельку предэякулята по головке омеги и давит на неё пальцем. Тэ снова стонет, распахивая пухлые губы и ёрзает в попытке получить большее. Чуть ли не соскальзывает с колен Чона, но тот подкидывает его и блондин кричит. Кусает губы, периодически облизывая их. Ещё несколько движений волшебных рук Чонгука и старший снова кончает, в его руку. Глаза вновь закатываются ко лбу, ноги трясутся в послеоргазменной судороге, а волосы неприятно липнут ко лбу. — Тише-тише, я тебя держу, — Чонгук кладёт разомлевшего, после двух оргазмов, омегу на себя и гладит его по спине. — Умничка, — целует во возмокший висок и приговаривает: — Хороший омега, самый лучший. Ты хорошо справился, да? — Пить... — шепчет обессиленный старший. И Чон подаёт ему бутылку с водой, предварительно открыв её. Тэхён жадно пьёт жидкость, так жадно, что проливает на себя. — Ну-ну, не налегай так, кроха, — Чонгук целует его в лоб. — Я старше тебя на двенадцать лет, — бурчит Тэхён и прикрывает глаза. — Ты на мне уснуть собрался? — блондин что-то мычит и устраивается поудобнее.— Клубничка, ты весь в сперме. Прикажешь мне тебя отмывать? — П-пожалуйста? — целует в линию скулы и кладёт подбородок на чужое плечо. — Потерпи немного, мы почти приехали, — альфа гладит его по спинке и осыпает поцелуями. — Мхм... Пока омега отдыхает, младший застёгивает на нём блузку. — Тэ? Мы уже приехали, — целует в макушку. — Неси меня, — уже сонно шепчет. Чонгук хмыкает и спускает старшего на сидение; первым выходит из машины и протягивает ему ладонь. Тэхён за неё слабо хватается и еле вылезает, сразу же оказываясь в крепких руках альфы. Он ютится в объятиях, жмётся ближе к шее и вдыхает запах. Чон держит своё сокровище крепко, чуть подкидывает, чтобы взять поудобнее; охрана открывает ему двери, а прислуга заранее расстелила их постель. Омега становится ощутимо тяжелее и младший хмурится; глаза Тэхёна плотно закрыты, грудь равномерно вздымается и опускается. Даже во сне он умудряется уткнуться носом в феромонную железу и тихонечко сопеть. Однако, Чонгук не заходит в спальню, а заворачивает в ванную комнату. Осторожно сажает старшего на тумбу и ласково проводит по плечам, чтобы разбудить. — Тэ~ Тебе нужно раздеться, слышишь? Омега что-то бурчит, поэтому Чонгуку приходится самому раздевать его и помочь залезть в ванную. Он берёт с него обещание не засыпать и уходит в комнату, где лежит любимое полотенце старшего. Но, когда возвращается, Тэхён ожидаемо спит, уложив голову на бортик. Альфа моет его сам, достаёт из воды и, укутав в мягкое полотенце, несёт в спальню. Тэхён периодически просыпается, но проваливается в сон снова, как только муж кладёт его в постель и накрывает одеялом. Омега жмётся к нему и шепчет тихое: — Останься. Чонгук остаётся, и Тэхён засыпает крепче, прижимается ближе. Раздаётся тихий стук, и после чонгукового: «войдите», дверь распахивается являя взору Марка. — Приехал Чон Хосок и просит о встрече с вами. — Скажи ему подождать внизу и прикажи прислуге сделать ему кофе. Марк уходит, и Чон аккуратно сползает с кровати и бережно укутывает омегу в своё одеяло. Прежде чем покинуть комнату, он целует любимого в щёку. Вообще, он сейчас в розовой пижаме с сердечками, которую подарил ему Тэхён. Изначально, он не планировал принимать каких-либо гостей. Но, выхода не остаётся, как и времени переодеться, поэтому он спускается в чём есть. Хосок сидит на диване и пьёт кофе, поворачивается на звук, и улыбается, когда видит хозяина дома. — Дай угадаю, пижаму Тэ подарил? — салютует кружкой. — Верно. Давай к делу. Чонгук берет кружку с кофе, которую ему, кстати, подарил Тэхён на их годовщину и написал на ней сам: «Любимому мужу». — У меня к тебе серьёзное дело... Не успевает Хосок договорить, как раздается громкий хлопок двери и на пороге появляется Юнги. — Ты... — шипит он. Хо моментально вскакивает с места, успевает поймать его и заключить в свои объятия, до того, как омега сбежит. — Зачем ты приехал? — цедит мятноволосый. — Я хочу взять твоего брата в мужья, Чонгук. Юнги замирает. Чонгук тоже. — С какой это стати? — отмирает Гук и стреляет глазами в Хосока. — Он в... — Молчи! — кричит на него Мин и прячет лицо в груди альфы. — Ты сам ему скажешь, или он, как я, узнает это от Тэхёна? — Хосок гладит его по спине, говорит тихо, чтобы не спугнуть. — Узнать что? Юнги отходит от Хосока и перебирает пальцы, в уголках глаз появляются первые бисеринки слёз. Чонгук свирепо смотрит на Хосока, ведь его брат не должен плакать. Омегу трясёт, а голова болит и кружится; он успевает сделать шаг, прежде чем закрыть глаза. Юнги накреняется назад и Хосок моментально ловит его под руки, обеспокоено склоняясь над ним. — Юнги? — Юнни! — Чонгук подрывается к брату. Альфы слышат топот босых ножек; Тэхён бегом спускается по лестнице и падает на колени рядом с младшим омегой. Он осторожно похлопывает его по щекам и Юнги открывает глаза, хмуря брови. — Тэ-хён, — шепчет Юнги и позволяет себе обнять его. — Ну-ну, всё хорошо, маленький. Ты уже сказал им? Живот болит? Ты перенервничал, да? — Просто стало жарко, — Мин вцепляется в пижаму старшего и жмётся ближе. С Тэхёном ему хорошо, он как родной братик. — Идиоты, — бурчит Тэ, — Юнги в положении и ему нельзя нервничать! Чонгук ошарашенно смотрит на омег и сглатывает вязкую слюну. Юнги... Что? — Чон, мать твою, Хосок... — рычит Чон и уничтожающе смотрит на альфу. — А если бы я забеременел, вы бы меня тоже до обморока довели? Тэхён огрызается, но целует младшего омегу в лоб; помогает ему встать и усаживает на диван. — Всё хорошо? Тебе лучше, Юнни? — Чонгук садится рядом и даёт ему в дрожащие ладони стакан воды. Мин чуть ли не залпом его опустошает и кивает. — Прости меня, солнышко.. Чего же ты так? — Я переживал, что ты убьёшь Хосока, — омега жмётся к брату, а тот обнимает его за плечи и гладит по волосам. — Он родной брат моего мужа, так что это не вариант, но... — Моя просьба всё ещё актуальна. Я хочу жениться на Юнги и забрать его к себе, Чонгук. Чон молчит. — Когда-то я позволил тебе жениться на Тэ-Тэ, даже несмотря на вашу разницу в возрасте. А теперь, я по уши, — Хосок берёт ладони Юнги в свои и поглаживает, — Влюблён в твоего брата и готов на всё, что угодно, чтобы быть с ним рядом. — Хорошо, я не против. Чонгук переводит взгляд на Тэхёна и отзеркаливает его улыбку, вспоминая, как это было у них. Чон ведь долго его добивался: цветами задаривал, возил по кафе и дорогим ресторанам, ведь Тэхён был значительно старше его и не поддавался на ухаживания. Тэхён стал тянуться к нему после того, как он попал в больницу и Чонгук приезжал к нему каждый день. А потом и сам заболел, но на этот раз к нему ездил омега; заботился и ворковал с ним. Чонгук берёт его за руку и сажает к себе на колени; от блондина приятно пахнет его запахом. Нотки малины становятся ярче, как только омега оказывается ближе; внутри у него всё трепещет от Чона. И так всегда. — Мы тебя разбудили? — шепчет на ухо и чуть кусает за хрящ. — Конечно, разбудили, — Тэхён зевает в его плечо и хмурится. — Ты станешь дядей, это так мило. — Я очень этому рад и предоставлю всё то, что нужно, — Чон смотрит на Юнги и улыбается, тот улыбается в ответ. — Срок ещё только месяц, Гуки, но ты однозначно будешь крёстным, — Мин целует Хосока в губы. — Нам нужно ехать, Юнни, время уже позднее, — кивает Хо и улыбается. Он кладет руку на живот омеги, представляя, как там потихоньку развивается жизнь. — Марк отвезёт вас, хочу быть уверен, что вы хорошо доедете. Юнги крепко обнимает брата и заодно его мужа, шепчет слова благодарности и взяв Хосока за руку, встаёт с дивана. — Тебе уже лучше? — взволнованно спрашивает Тэхён. — Да, намного. Я очень счастлив, что всё так вышло, — Мин прикрывает глаза и Хосок обнимает его, целуя в щёку. — Поехали, мой любимый жених. — С вашего позволения, — Гук поднимает мужа на руки и отходит к лестнице. — Мы спать. — Пока, ребят, — Тэхён улыбается и машет на прощание. Хосок и Юнги машут в ответ и покидают дом. Чонгук же несёт омегу наверх, в их спальню, и снова укладывает на кровать. — Значит, ты всё знал, — Чон водит ладонью по его бедру и забирается под рубашку пижамы. — Я узнал это раньше Юнги, он даже не осознавал, что в положении, — Тэхён двигается ближе и пальчиками расстёгивает пуговицы рубашки мужа; блуждает ими по сильной груди и улыбается, смотря в глаза. — А ты... Хотел бы детей от меня? — с заминкой спрашивает Чонгук. Омега останавливается и опускает взгляд; часто моргает и сжимает ладони в кулаки. — Мне уже тридцать шесть, Чонгук. Ты уверен в этом? Всё может пойти не так и я... — И я хочу детей только от тебя, Тэхён, — шепчет Чон, пересчитывая его рёбра пальцами. — Ты самый красивый омега. — Только красивый? — Самый добрый и лучший, желанный и удивительно милый, — альфа целует его в кончик носа. — И самый любимый мной человек. — Мы... Можем попробовать в следующую течку... Хочешь? — Разумеется, я хочу, куколка, — Чонгук прижимает его к себе. Омега оплетает ногами его талию, а руки устраивает на плечах. Видимо, передумав, он разворачивает мужа на спину и садится на него сверху. Рубашка Чонгука быстро оказывается распахнута, а длинные пальцы медленно исследуют кубики пресса. — Ты такой... Вау, — замирая, шепчет. — Это я должен тебе говорить, — Чон перехватывает его ладони и дёргает на себя, сразу же впиваясь страстным поцелуем в мягкие губы. Старший отвечает незамедлительно, целует напористо и углубляет поцелуй; языком исследует его рот и сдавленно мычит от удовольствия. Руки альфы снова находят своё место на талии, постепенно сползая к округлым половинкам. Тэхён к нему ближе жмётся, чтобы и воздух меж ними не проскользнул; кусается и играется с языком мужа. Чон запускает одну ладонь в его волосы и чуть оттягивает их у корней. Тэ с ним такой нежный и страстный одновременно: льнёт податливо, изредка перехватывая бразды правления. Всё обговорено и они знают слабости друг друга наизусть. Умело ими пользуются, но не для того, чтобы навредить, а для того, чтобы доставить ни с чем не сравнимое удовольствие. Поэтому Чонгук снова спускается поцелуями к манящей шее, движется к часто вздымающейся груди и скользит по ней языком. У Тэхёна было много партнёров, но не было такого достойного любовника, как младший. И больше никого, кроме него, не будет. Только Чонгук. Всегда он. Альфа дёргает его за волосы, срывая с красных губ стон и вгрызается в его шею клыками. Метка. Теперь пути обратно нет. Омега шипит и прикусывает нижнюю губу, чуть ли не до крови. Клыки Чона в его шее это приятно; блаженная нега распространяется по телу, отдавая нотками боли. Эта боль приятная. Чонгук уже жалеет, что пометил его, как омега издаёт громкий стон; впервые себя не сдерживая. Альфа меняет их местами и подминает его под себя и стягивает с него штаны вместе с бельём. Тэхён смотрит на него из-под полуприкрытых век, из-под густых ресниц. Облизывает губы и так и манит к себе, сам же тянется и забирает с чонгуковых губ ещё один поцелуй. Под его пальцами горячая кожа младшего и крепкие мышцы. Возбуждённая плоть омеги требует к себе внимания и альфа охотно его предоставляет; дует на чувствительную головку. Тэхён понимает с полувзгляда и раздвигает ноги, чтобы Чонгук смог устроиться меж них. Смог целовать его лобок и опалять, и без того разгорячённое тело, горячим дыханием. Блондин поджимает пальцы на ногах, когда Чонгук его _касается_. Языком проводит по всей длине и стонет, пуская вибрацию; Тэхён прогибается в спине и стонет громче. Альфа расслабляет глотку и старается брать в себя всю длину, зубами чуть царапая нежную кожу. Омега от такого контраста плавится; хватается на волосы младшего, тянет их, ощущая как Гук рычит, и шире раздвигает ноги. Распахивает губы в беззвучном стоне, закатывает глаза и откидывает голову. Внизу живота снова приятно тянет, он ощущает пульсацию и не успевает сказать Чону. Тэхён кончает и выкрикивает его имя, тяжело дышит и не открывает глаз; не чувствует своё тело вообще, будто парит в облаках. Чонгук же сглатывает и подносит два пальца к губам старшего; тот покорно открывает рот и облизывает их, смачивая слюной. Альфа водит ими по напряжённому колечку мышц и блондин расслабляется; принимает в себя один палец, и два и три. Всё постепенно, мучительно долго и он уже хнычет от желания. — Т-тебя х-хочу... — шепчет омега сбито. — Я тоже тебя хочу, — Чонгук вытаскивает пальцы и целует его. Тэхён обхватывает его шею ладонями, ближе тянет, хотя некуда уже. Сплетается с ним языками и ведёт в диком танце. Кожа к коже, горячее сбитое дыхание и тихие стоны удовольствия это то, чем наполнена их спальня. Старший толкает его в грудь и валит спиной на кровать. Наклоняется к штанам и зубами стягивает их, при этом не отрывая взгляда от антрацитовых глаз. Чонгук пошло улыбается и гладит его по волосам. Тэхён не знает откуда в младшем столько выдержки, нежности и похоти, но знает точно. Всё это только для него одного. Омега водит языком по возбуждённому донельзя члену мужа через бельё, пошло причмокивает и быстро хлопает ресницами. Гук словно не дышит, замирает от восхищения. Он готов Тэхёну поклоняться и ползать в его ногах, как тогда, так и сейчас. Этот мужчина удивительный. Его мужчина. Длинные пальцы цепляются за кромку белья и постепенно стягивают его, освобождая напряжённый член, что бьётся о живот альфы. И Чонгук не выдерживает: роняет старшего на себя и глубоко целует, ощущая, как тот истекает природной смазкой. — Д-давай, — шипит Тэ в поцелуй и кусается. Брюнет приставляет возбуждённый орган к растянутому лону и постепенно входит в омегу; пальцы Тэхёна вцепляются в плечи мужчины, царапают их ногтями. Чонгук снова сверху: отвлекает поцелуями, ласкает языком и чуть прикусывает доступные участки кожи. — Самый лучший~ — шепчет. — Чонгука-а... — сипит Тэ сорванным голосом и жмурится, дав волю слезам. Гук двигается аккуратно и медленно, чтобы старший мог привыкнуть; чтобы ему не было больно. — Всё хорошо, малыш? — Чон сцеловывает дорожки солёных слёз и снова возвращается к искусанным губам. — Д-да... Можешь... Д-двигаться... Альфа слушается и двигает тазом, шипит, когда Тэхён жмётся ближе и царапает его спину. — Ах~ — бархатно стонет омега. Шлепки тел друг об друга заполняют комнату; Чонгук двигается быстрее, а Тэхён снова и снова стонет. Почти хрипит под мужем. Руки омеги никак не могут найти своё место, то в простыни цепляются, то за плечи Чонгука. Ритм толчков ускоряется. Альфа и сам стонет от того, как блондин сжимает его в себе; крепко обхватывает его талию ногами. Шея старшего усыпана засосами и укусами, на нежной коже расцветают красные следы и синяки от цепкой хватки альфы. Но Тэхёну ни капли не больно, он сам насаживается на член; подмахивает бедрами в такт и всё же срывает голос в очередном крике. Чонгук же сжимает его плоть в своей руке, подстраивается. Тэ бурно кончает, пачкая спермой свой живот. Пытается дышать ровно и снова сжимает альфу в себе, тот кончает следом, а омега едва держит себя в сознании из-за гиперстимуляции. Младший выходит из него и падает рядом, пытаясь отдышаться. Разомлевший блондин сразу же перекатывается ему под бок и прикрывает глаза. — Тебе было... Хорошо? — рвано шепчет Чон. — Оч-чень, — отвечает не открывая глаз. Тепло альфы пропадает и Тэхён хмурит брови, ладонями пытаясь его нащупать. Голый Чонгук встаёт с постели, чтобы снова налить горячую ванну и понежить в ней уставшего старшего. — Гуки... — сипит омега. — Иди ко мне, солнце, — Чонгук поднимает его с кровати и в очередной раз несёт на руках в ванную комнату. Мысль о том, что в ванной заниматься любовью проще — не покидает его голову. Тэхён беззащитно к нему прижимается и блаженно выдыхает аромат. Чем же пахнет Чонгук? Он пахнет лесом, елью и свежестью после дождя. Горячая вода пускает мурашки по коже и блондин окончательно расслабляется, лёжа на груди любимого человека. Чонгук моет его тело и массажирует голову, целует плечи и макушку; шепчет на ушко что-то нежное. Тэхён плавится как масло на горячем тосте, млеет от ласк альфы и слабо улыбается. Омега прикрывает глаза и спокойно засыпает в сильных руках; последнее, что он помнит — чонгуково: «я тебя люблю». На ответ не хватает сил. Альфа достаёт его из воды и несёт в спальню. Бельё уже сменили и Тэхёна он кладёт на чистые простыни, гладит его по волосам. Его мужчина сладко спит, прижимается голым телом и обнимает руками; прячет лицо в груди мужа и сворачивается в позу эмбриона. Чонгук его накрывает одеялом и прижимает ближе, принюхивается к волосам. Он скучал по своей клубничке за месяц отсутствия, и собирается всё наверстать. Чон позволяет себе прикрыть глаза и уткнуться носом в вьющиеся блондинистые волосы. Сон постепенно затягивает его в свои сети, но прежде чем он уснёт, Чонгук успевает поцеловать любимого мужа.