Ну что теперь делать с разбитой вазой.

Обычный день, который Кейя как всегда проклинал, но точнее он проклинал себя и хотел напиться так, чтобы жизнь свою никогда не вспомнить. Вот наконец он закончил ещё один этот чертов день в Ордо Фавониус. Зашёл к Джинн и отдал отчёт со своей фирминой улыбкой от которой капитана уже тошнит. Он направился в таверну «Кошкин хвост», но в последний момент передумал и пошёл в " Долю ангелов». Как только он зашёл ему сразу грубым голосом сказали. — Алкоголя не налью. Так что уходи. — Кэйа опять нацепил свою улыбку и ответил. — Мора у меня есть и напившись нечего не разношу с чего бы меня прогонять. — С того. — Ответили ему также грубо. — Да уж хорошее у тебя приветствие. — С предателями только так и обращаться. — От этих слов сердце Кейи кольнуло и он с улыбкой ответил. — Я ведь тебе всё объяснял. — На что получил лишь молчание. Альберих усмехнулся. Он сел рядом с стойкой и заказал полуденую смерть. Капитан наблюдал как эти прекрасные руки делают напиток и как в любимых глазах пролетают искорки ненависти.По крайней мере так казалось капитану. Напиток был готов. Кейя так и пил до закрытия таверны. Всё уже ушли лишь этот надоедливый капитан заснул и что — то говорил во сне. Мастер услышал слова «Я тебя люблю» и было радостно (в ковычках) что к нему больше не будут приходить, но дальше он услышал своё имя. Кейю разбудили ему снился такой прекрасный сон от которого хотелось жить, но его разорвали фразой — Это не взаимно. — И тут ниточка которая держала психику Кейи оборвалась. Капитан почувствовал пустоту и ненависть к себе за то что он идиот который его не достоин мастера. Если бы он тогда не нагрузки Дилюка своими проблемами… но уже поздно. Кейя отвернулся от Дилюка (который наш тупой идиотик) его перебили. — Надеюсь больше тебя не увидеть. — И только потом кейя сказал каким-то дрогнувшим голосом. — Пока. — Альберих не знал как смог вобще сказать это ведь в горле ком и хочиться рыдать как ребёнку, проклиная день когда он родился. Он вышел из города начали собираться тучи. Скоро гроза. Он пошёл на гору и просто наслаждался тем как его одежда промокает на сквозь. Как гремит гром и сверкает молния будто это его состояние. Дождь, слёзы которые он сейчас льёт, гром, истерика внутри и молния как боль которая пронзила его сердце такая же резкая и сильная. Кейя был очень пьян и начал думать что ради чего ему теперь жить. Он подумывал с прыгнуть с горы. Так ещё и желание Дилюка исполнить. Он думал, а ноги уже стояли у обрыва. Кейя сделал шаг в пропасть. Пока он как камушек, никчёмный камушек летел в низ он извинился и попрощался со всеми. Вот он упал,резкая боль от которой хочется кричать, но вырывается хрип. Вот он видит лужу крови под собой, глаза слипаются. Он чувствует тепло в груди и видит,как они будучи детьми играли. На следующий день ищут капитана кавалерии . Джинн заходит к Дилюку спросить не видел ли он капитана и получает отрицательный ответ. Про вчерашний инцидент он конечно промолчал, но очень беспокоился за Кейю. Он пошёл его искать. (Три часа спустя) Он подходит к горе и видит такую картину. Лежащий Альберих и под ним лужу крови. Спустя секунду мастер бросается к телу, щупает пульс. Кейя не дышит сердце Дилюка пропустило удар. — Неужели это из-за вчерашних слов. Идиот. Слышишь ты чертов идиот. — Спустился на крик Дилюк. Он прижал капитана к груди и его одежда уже пропиталась кровью. Кейя до сих пор был также прекрасен и его хотелось обнять в чём Дилюк собственно себе не отказал. Он рыдал, кричал Кейе что тот идиот. Хотя идиотом был только он и никто больше. Через пол часа он успокоился и вытер слезы. Он чувствовал ненависть к себе и пустоту. Мастер встал и поднял тело Кейи на руки. Так он и дошёл до Мондштата. На мастера с телом все смотрели с охами. Когда он рассказал всё Джинн та лишь беспокойно слушала, а в конце сказала дату похорон. Дилюк опустошеный вернулся на винокурню Аделина встретила его с сочуствующим взглядом. Который даже не заметили. Он попросил алкоголь. Всё что он хотел напиться что-бы заглушить боль. Вот и прошёл час и Дилюк случайно задел вазу и та с грохотом разбилась. И вот на глазах опять рекой текут слёзы. Слава архонтам на винокурне никого нет и никто не увидит слёзы Дилюка. Он упал на колени и начал судорожно говорить. — Прости если я знал что так выйдет то прото бы поцеловал тебя. Какой же я идиот. На следующий день ваза стояла уже закленая, но сердце Дилюка уже ничего не склеит.