Ужин с вампиром до самой смерти

      «Уж лучше жить вообще без приключений.» — такой мыслью завершила свой день Лена. Пережитый стресс тут же отозвался сильным сексуальным влечением. Что ещё сказать… Инстинкты всегда преобладают. Коли чуть не убили, нужно хоть как-то пытаться оставить за собой потомство. Она стыдливо накрывает себя одеялом, касается пальцами половых губ и начинает круговыми движениями массировать свой клитор. Слегка закушенная губа, после, согнутая в колене нога, низ живота заметно напрягся, когда кровь прилила к её гениталиям. Биологическая смазка, как жидкое мыло, делала этот вечерний ритуал более простым. И вот, уже лёгкие покалывания. Они пробегают под пальцами руки, как разряды тока. Она бесшумно сжимает подушку под собой. Клитор разрывается медленными толчками и она обмякает. Дыхание чуть-чуть участилось, но стало куда проще дышать, когда ты научился мастурбировать бесшумно. Работа выполнена. … Последующий день прошел примерно так же, как и вчерашний. Просмотр видео в ютубе на парочку с бокалом кока-колы. Что может быть лучше этого? Только осознание того, что ты выбрался из лап смерти. Только почему после всего пережитого, она лежит на диване и ничего не делает? Обычно, после такого люди начинают задумываться о правильности своей жизни, искать новое дыхание и с трепетом бежать покорять горы. Она вытащила лапу из капкана ещё до того, как он успел закрыться. Лена ощущала свою победу. Уже второй день вампир про неё не вспоминал, даже не намекал на своё присутствие. Следовательно, не попытался её разыскать. «Скорее всего забил на меня… Вокруг его хаты полно таких же приезжих людей. Уже выбрал кого нибудь другого.» — и правда, зачем ему именно Лена? Кровь у неё не волшебная, да даже не наркотик. Эти рассуждения успокоили девушку. Ещё одна ночь, безопасная ночь. Можно было спокойно лечь спать и не бояться за свою жизнь. Лёгкое ощущение теплоты накрыло её тело, словно бы мягкий шёлк. Это чувство ласкало и обтекало её формы, отчего хотелось наслаждаться своим положением… перед таким сложно устоять. Она прикрыла глаза и отдалась моменту. Почему-то появилось чувство… такое странное. Такое сильное чувство эйфории, словно она подлетела в воздух. Захотелось погладить своё тело сквозь сон. Она коснулась своей груди и еле заметно промурчала от наслаждения. — Хм, я вижу ты крайне нетерпелива — до боли знакомый голос прозвучал в голове, как выстрел дробовика. Такой тихий, и в тоже время оглушающий. «Откуда он?!» — Лена распахивает в ужасе глаза, пытаясь отвадить дурное видение. -"Боже, он мне во сне мерещится!» — но во сне ли? Она осматривается. Комната совсем не та к которой она привыкла. Лена вскакивает в панике с кровати, забыв о том, что на ней ничего не было. — Какого! — лёгкие сдавливает панический ужас. Её сердце до неприличия громко колотилось. — Что это… Что! К… — она сжала свою голову ладонями. Весь мир начал осыпаться на кусочки, теряли вкус и цвет прошлые дни, необратимо изменялось представление о мире, о пространстве… куда-то улетучилась та свобода, заменившись на тяжёлый груз в груди. — Нет! Нет! — в узорах стен узнавались обои того самого злополучного особняка. Она сжимает голову ещё сильнее, да так, что от боли выступают слёзы. — ~ Не паникуй ~ — слова прорвались в её сознание, как огненные стрелы. — Ты забыла, что паника вызывает аппетит? Страшно поднимать глаза и вглядываться в пустоту, когда ты знаешь, кого встретишь. Страшно представлять в голове свою участь, понимать, что каким-то образом ты себя обманул… каким-то образом ошибся. Горло сдавило от отчаяния - казалось, что гланды вытекут изо рта вместе с её неозвученным криком. Неприязнь и страх, как глухая боль, иглами копошились под кожей и в сердце. Ощущение, словно тело сдавила рука, выдавливая слёзы, как лимонный сок. Больше не было сил держаться. Лена истерично взвыла. Влажные линии быстро скатывались на трясущиеся губы, смешиваясь с соплями. Горьковатый вкус на языке, как мерзкая сода с солью. Тело затряслось, она села на колени и сквозь хлюпания начала говорить: — Я не хочу! Не хочу! Я хочу домой! — от горячих слёз некуда было деться. Она судорожно и стыдливо размазывала их по своему лицу. Тяжёлая рука Вильяма легла на её плечо, но она почти не обратила на это внимания. Она взорвалась ещё большим слезами: дамба эмоций была надломлена и они захлёстывали её с такой болью, будто по её лицу били плетью. — Умоляю! Хн… прости! — За что же? — его голос, настолько филигранно острый и спокойный, как холодное лезвие по горлу. Влажный кашель вырвался из горла девушки. Всё окружающее душило её, не давало вдохнуть полной грудью. Она ещё больше съёжилась, когда Уилл начал одобряюще хлопать её по плечу. — Пожал… Кха-кха. — мокрый комок слюней вырвался из её горла. — пожалуйста… — слова сплетались в мерзкую мешанину, язык немел и покалывал. Слова, словно бы, сами не хотели покидать свою хозяйку, встав острым комом в трахее. Дышать становилось всё труднее и труднее, с каждым вздохом, было чувство, что она вдыхает плотную горячую вату. Её нити опутывали её лёгкие, как паутина, стягивали их, оставляя острые порезы на нежной плоти. — Прошу… не надо. — Чего ты боишься? — кажется, он ждал от неё очевидного откровения. — Уиииилл… — умоляюще провыла Лена. Её ладони впились в лицо, может быть это была всего лишь жалкая попытка вывести себя из этого состояния, но она этим делала только хуже. Руки стали ещё более яростно сжимать побледневшую кожу на лице: она пыталась скомкать своё лицо, как лист ненужной бумаги. Пальцы запутались в волосах, но она продолжала повторять это действие судорожно. — Я виновата… прости… — наконец-то она отлипла от ладоней и нашла в себе смелость посмотреть на него своими красными от слёз глазами. — Прости… пожалуйста… прости! Вильям молчал. Довольно долго молчал. Осматривал её отстранённым взглядом, таким обычно награждены отпетые бизнесмены, когда взвешивают важное решение или выбирают очень дорогую вещь. Он слегка дёрнул бровями, всё так же не проронив и слова. — Я должна была придти! Должна была! Знаю! Прости! Я-я-я думала, что ты меня не найдёшь, я думала, что ты забьёшь на меня! — оправдания лились рекой. — Я не знала, что ты так можешь! Прости! Пожалуйста, только не убивай! Он еле слышно хмыкнул и присел перед ней на корточки. Точёный взгляд вампира было сложно прочитать — он прожигал насквозь, но ответов на вопросы не давал. Холодные пальцы обхватили её скользкий от слез подбородок — Ну, я же не зверь какой-то. Мы же договаривались… — лёгкий смешок послышался за его закрытыми губами. — Как считаешь… мне нарушить своё обещание или ты придёшь завтра? — К… как… завтра… Не понимаю. — Ты разве не у себя дома? Лена с трудом повернула голову в бок, чтобы осмотреться, Вильям всё ещё крепко сжимал её подбородок. — Н… нет? Вильям усмехнулся. — Наивность, твой конёк, и мне это в тебе нравится. С тобой будет весело. — он отпустил её подбородок и встал в полный рост. — Ты спишь у себя дома, в своей кроватке… — К…как! — Ты во сне… правда, кто сказал, что в своём? - насмехающийся голос был схож с ударом под дых. Волна негодования смешалась внутри груди. Вильям резко метнул в неё злой взгляд, казалось, он почувствовал резкое изменение настроя. Он приподнял Лену за плечи. Она встала на шаткие ноги, тело качалось из стороны в сторону, казалось, что она сейчас снова рухнет. Она сжала свой кулак, но Вильям молниеносно обхватил его. — Во сне ты или не во сне, но боль будешь ощущать, как при жизни. — он сдавил её кулак. Боль резью пробежала по костям пальцев, как электрический разряд в двести двадцать вольт. Лена вскрикнула. — Думаешь ещё ударить меня? — его голос отдавал холодной сталью. — Отвечай! Лена зашипела сквозь сжатые губы и ничего не ответила. Давление стало ещё более невыносимым. — Я могу раскрошить твой кулачок в два счёта, если захочу. А потом верну тебе его на место… потом снова повторю… и опять… и опять. Тебе этого хочется? — он словно говорил сам с собой и не ждал от неё ответа. — И знаешь что, всё же, я этого не делаю. Может этот аргумент подтолкнёт тебя на следование своим предписаниям? — он отпустил её ладонь. Лена пару раз всхлипнула и обхватила свою ладонь. В руке нарастал пульс — толчки её разгоряченной крови быстро возвращались к онемевшей плоти. Ощущалось это так, словно под кожу вкачивали воду и рука вот-вот лопнет, как чей-нибудь кокон. — Жаль, что сейчас я не могу из тебя испить. — вампир сказал это все таким же холодным тоном. Но кажется Лена заметила в его глазах искру сожаления... Или ей показалось? — Прости… — слабым голосом сказала она. — Я… Я приду завтра! Обещаю...