Happy Christmas for the Saints.

      На поиски Босса Кинзи отправилась сразу же, как нашла последние сгустки энергии в своем теле. Выйдя на улицу, она будто душой почувствовала, где Гектор проводит свободное, а значит всё время, и лениво направилась туда.       Он сидел за столиком, который очень удачно располагался возле загаженного пылью, и не только, окна. Несмотря на освободившуюся местами барную стойку, Боссу было важно сидеть именно на этом месте, чтобы видеть, как Кинзи потерянно скитается по улице после грязного секса с не менее грязным животным. – Здорово, заебал, – Кинзи тяжело вздыхала, ударяя кулаком по столу.       У Гектора вдруг вылетело из головы всё, о чем он думал, а в глазах потемнело. – Что ты здесь делаешь?! – заметно возмутившись, Босс даже приподнялся на своём месте, чтобы хотя бы стоять вровень с Кенсингтон. – А какого хуя тут делаешь ты? А? – она ткнула пальцем тому в грудь, тем самым усадив обратно. – Очень сложно было не теряться не пойми где? Почему ты не сидел там, где сел изначально?! Почему ты посмел вообще меня оставить?       Такой наезд определенно смог воодушевить Босса найти новый смысл жизни и продолжить усиленный спор с Кинзи – ничего нового, просто не очень забытое старое. Пытаясь языком увлажнить губы, мужчина расправил плечи и усмехнулся, чуть не подавившись слюной. – Я тут хочу отдохнуть, Кенсингтон. Я, Кенсингтон, не терялся, я ушел. Я, Кенсингтон, не твоя собака, чтобы сидеть возле домика и ждать, пока «хозяйка» перетрахает своего нового ёбыря… Я, Кенсингтон… – как всегда ему не позволили договорить. – Как? Тупица. Если ёбырь он, а трахаю я. Как ты это представляешь? Какой ты тупой, Холл.       Раздраженный рык, сопровождаемый хрустом костяшек на кистях, не смутил Кинзи. Она стояла, смотрела с таким вызовом, будто никогда не получала за свои не совсем лестные слова, а потом по-настоящему удивилась, ведь Босс, по ее мнению, охуел и необоснованно накрыл ей рот ладонью. – Что ж, надеюсь теперь ты не начнешь меня перебивать. Продолжаю! Я, Кенсингтон, посмел тебя оставить там, потому что ты посмела с ним уйти! Я, Кенсингтон, пошел не трахаться с грязной шелупонью, а пошёл делать хоть что-то более-менее стоящее. И, не поверишь, у меня даже получилось!       Одёргивая руку от лица Кинзи, Босс случайно переборщил с агрессией, разбив ей губу. А как только просочилась кровь, ему стало совсем не по себе. Нет, он не боялся крови, просто если с Кинзи что-то случится из-за него, то в первую очередь ответочка ему же и прилетит. А пока она многозначно хмыкала, проверяя большим пальцем состояние рта, перед её лицом рисовалась настоящая картина маслом: Босс метался от одного угла стола в другой, пытаясь найти там несуществующие салфетки. – Я убью тебя, – Кинзи устало покачала головой, а когда хотела прострелить Холла взглядом, наполненным ненавистью, тот собрал все эмоции и волю воедино и крепко прижался своими губами ко рту Кенсингтон.       Определенно, это не тот поцелуй, которым её «одарил» Джоди. Тут было прекрасно всё. От дарителя, до ощутимой истерики дарителя, судя по тому, как тряслись пальцы Босса возле её плеч. Этот делал всё правильно, не трогал её, потому что знал, кто кого возьмёт на прогиб и будет прав.       Босс попытался отстраниться, как понял, что Кинзи успокоилась. Но она не собиралась сейчас лишать себя возможности наслаждаться временно «своим» мужиком, а не Джоди. Поэтому этот поцелуй слегка затянулся. А отстраниться друг от друга они смогли только в момент, когда к ним подошел официант-оффник с меню и порекомендовал им заказать что-то кроме воздуха. – У нас не совсем хорошо с деньгами, – не отрывая взгляд от Кенсингтон, Босс неловко откашлялся, – ну, в смысле не всегда, а только вот сегодня. – Закажите хотя бы воду, чтобы не гнать вас просто так отсюда. – Хорошо, принеси нам воду, но отдавать за неё я буду натурой, – Гектор подмигнул официанту, а тот совершенно неожиданно подмигнул в ответ и радостный убежал, – чёрт…       Кинзи наклонила голову набок и глубоко вздохнула. – Я так понимаю, хотя бы у тебя сегодня будет секс? – Ой, а у тебя как будто не было?! – раздраженный тон Босса пробирался из горла, словно по окопам. – Если я сказала один раз, что ты тупица, значит тупица. Надеюсь, дальше наш разговор не продвинется.       Кенсингтон не стала дожидаться, что выкинет в этот раз Босс, поэтому сразу пошагала на улицу, дабы подышать более-менее свежим воздухом и прийти в себя. – Уф-ф! – девушка зажмурилась, не ожидая, что в декабре солнце всё еще будет припекать ей глаза. Странно, что она заметила это не сразу, а через несколько часов после того, как их погнали к черту.       Гектор выбежал практически следом, не желая отдавать официанту свою чистоту и невинность. А когда чуть не сбил с ног Кинзи, вдруг растрогался и крепко её обнял, надеясь хоть так приободрить её. – Ты зря переспала с тем чмом, – ведь эта та фраза, которая в теории могла успокоить и без того убитую «горем» девушку, – я позвонил Джонни, я дозвонился, они приедут за нами, скоро приедут.       Губы Гектора прижались к растрепанной макушке Кинзи, а из его нутра послышался звук, олицетворяющий всю его обиду за те мучения, которые «испытала» девушка.       В глубине души Кинзи хотела Босса обнять, прижаться к нему в желании ощутить какое-то, на самом деле, сочувствие, ибо эту эмоцию никогда от него не дожидалась вовремя. И несмотря на то, что Кенсингтон отличалась стойкостью, временами феминистическими взглядами и всем подобным, сейчас она решила применить знаменитую в узких кругах женскую хитрость.       В первую очередь Кинзи состроила максимально страдальческое выражение лица, а потом попыталась невнятно пискнуть, чтобы показать, какую же «боль» она испытывает. – Не ной, я тебя жалею, зная, что ты не такая.       Девушка цыкнула. – Понятно, ну тогда и не заставляй меня чувствовать себя слабой и такой уязвимой. Если так на меня реагируешь, лучше вообще никаких эмоций друг другу дарить не будем. Всё, как и раньше. – Ты раньше не дарила мне эмоций? – А тебе казалось, что дарила? – Или ты только своему Дэнни …       Кинзи сделала один единственный шаг назад от Босса, но только для того, чтобы накопить сил на уверенный удар. – Что ты делаешь? – не поверив в намерения Кенсингтон, Холл рассмеялся. А потом в глазах потемнело.       Девушка сама не ожидала, что всё еще обладает неистовой силы руками. Поэтому, когда Гектор упал на колени, схватившись за затылок, она подсела на корточки рядом. – Ну, ты сам виноват…       «В-поддержка!», как говорится. – Оторвала… – Чего? Ты целый… вроде, – Кинзи покрутила Босса перед собой, а затем слабо улыбнулась. – Пятки.       Следующий удар прилетел в спину. – Быдло, – Босс зажмурился, пытаясь восстановить зрение и слегка сбившееся дыхание, – как же так вышло? – Быдло ты.       Медленно поднимаясь и приводя в себя свой внешний вид, Кинзи не заметила, что к её визави подбежала группа поддержки. Однако, заметить всё же пришлось, потому что истеричка в виде официанта-оффника собиралась звонить в полицию. А полицию Кенсингтон не очень любила, даже будучи пресс-секретарём. – Так, что тут происходит? С ним все отлично. Помогать ему не обязательно. – Вы, женщины, порой не понимаете, что правда руки у вас тяжёлые. На сколько процентов уверены, что не нанесли ему травму?       Кинзи в полном недоумении подняла бровь. – В таком городе, да подобные выражения… будто вы и не местный вовсе. – Ваш мужчина, если быть откровенным, мне нравится очень сильно. – Определенно не местный… – Кинзи хмыкнула.       Этих слов Гектор уже не слышал, так как скрылся за дверью, выискивая помутневшими глазами свой, уже ставший любимым, диванчик. – Я просто человек, который испытывает какие-то чувства. – Тут за такие чувства, – Кенсингтон покачала головой и ушла следом за Боссом, – наверное убить могут.       Официант откашлялся, обеспокоенно посмотрел по сторонам, проверяя, не следят ли за ними, а затем третьим нелишним пошел за девушкой. – Присаживайтесь, я принесу вам перекусить. Главное не шумите, и не показывайте, что это именно вы не местные. Может плохо закончиться.       Босс не обращал пока внимания на то, что им вдруг с ни хрена пытается помочь совершенно левый человек. Он просто сидел и корячился от судороги, так как Кинзи по всей видимости задела парочку нервов. – Ну всё, вырубай клоуна, – Кинзи попыталась расслабиться, прикрыв глаза, – когда приедет Джонни? Ты нормально объяснил, где мы?       Гектор заметно приободрился, но не потому, что обрадовался, а потому, что он не мог вспомнить, объяснял ли вообще хоть что-то. Ведь по времени Святые уже могли бы прибыть за ними. А об их появлении так ничего и не было слышно. – Ты же всё ему рассказал? Ты всё объяснил? – Да всё объяснял! Просто скажи мне, разве будет большой проблемой то, если вдруг они не приедут? Мы разве не сможем отсюда иным способом выбраться? – Нет, не сможете, отсюда никто не может выбраться, – официант, вдруг оказавшийся рядом, поставил на стол небольшое блюдо с картофелем-фри, острыми крылышками и рядом поставил два бокала пива, – однако, если вдруг что, наверное, смогу вам двоим помочь.       Подмигнув Боссу, официант скрылся в кухне. – От меня пользы больше, – злобно изобразив смех, мужчина взял в руки крыло, – жрать.       Наконец, Кенсингтон с Боссом согласилась, что стало доброй традицией, и решила даже неплохо провести время вдвоем, не считая официанта. – Боже, какая жилистая. – Тебе не нравится? – обгладывая кости, Гектор зажмурил глаза, ощущая, как острота пробирается ему в самое сердце. – Не настолько, насколько… – Ой, нет, лучше не говори такими сложными словосочетаниями. – Ты потратил больше сил на этот ответ, чем потратил бы, просто меня выслушав.       Босс закатил глаза. – Ты про курицу собиралась рассказывать так, словно бортовой компьютер для таракана собираешь. А я просто попросил попроще… – Замолчать. Я тебя поняла. – Твой Дэнни никогда тебя не затыкал? – Почему ты постоянно о нём говоришь? – Кинзи взяла в руки бокал пива и за несколько глотков опустошила его. – Можно пригласить Вас на танец? – официант опять оказался рядом, но наконец начал действовать куда увереннее.       Гектор сначала посмотрел на Кинзи, но, когда официант руку протянул именно ему, раскраснелся. – Эм, я никогда не танцевал с мужчиной. – Так с Джонни… – Вспомнил… да, давай.       Кенсингтон пошутила. Никогда Босс не танцевал с Джонни. Но ему было куда важнее сделать это сейчас с этим молодым человеком, чем сидеть с самой Кинзи и размышлять на тему того, что из-за него никто их не заберет. Откровенно говоря, она до последней секунды не была уверена, что Босс пойдет танцевать. А он пошел. Ну что, интересно будет посмотреть, на кого Президент променял своего пресс-секретаря. К мужчине она еще никогда не ревновала.       В этом увеселительном заведении было не особо людно. Где-то в стороне уже танцевала одна пожилая пара, которая в силу возраста и проблем со зрением не видела какие-то провокационные телодвижения поблизости. Это по итогу мужчинам сыграет на руку, а то мало ли что случится в максимально-традиционном поселении. – Я чувствую, что тебе очень хочется мне помочь, – Босс опустил голову, чтобы его визави услышал. – Помощь и Вам и Вашей спутнице очень скоро будет нужна. – Хм, а не подскажешь в чем именно потребуется? А то как-то не очень позитивно у тебя разложилось выражение лица?       Официант нахмурил брови, пытаясь распознать, что имел ввиду Гектор. Но тот, хвала всему, не очень догонял, что вообще тут происходит, поэтому, не дожидаясь никакого ответа, продолжил медленно покачиваться под музыку. – Если я скажу Вам об этом сейчас, то и меня скорее всего убьют. Так что… Вдвоем вы сами должны будете в этом разобраться. – Какой ты забавный, друг мой, – Босс потрепал официанта по волосам. – Стараюсь, спасибо, – тот широченно улыбнулся, чувствуя, как лицо его становится алым от такого комплимента. – Имя хотя бы у тебя есть? – Босс попытался в юмор. – Или я могу называть тебя, как захочу?       Молодой человек, как обычно, юмор не понял, но навстречу всё-таки пошёл. – Моё имя Карлос, – официант заметно напрягся.       Босс, что было совершенно неудивительно, напрягся не меньше. С тех пор, как он "резвился" в Стиллуотере и был куда более серьезным человеком прошло слишком много лет. Но та боль, которая в определенные минуты начинала тлеть - как и ожидалось, начала тлеть. – С Вами всё хорошо? – официант попытался как-то приободрить, погладив Босса по голове.       Холл закрыл глаза от приятного ощущения, которое разлилось по его телу. – У меня был очень близкий друг, не такой дружбы, к которой привык ты. Но тоже было замечательно. Он мог стать ближе, чем кто-либо. Но его убили. – Чертово дерьмо, я не знал. Но если бы знал, то представился бы другим именем. – Не обращай внимания. Правда. Это не самое важное.       Кинзи к этому времени уже допила своё пиво. Настроение заметно расслоилось. Ревность к мужчине в принципе она ощущала впервые и эмоции особо контролировать не могла.       Эмоции хоть и не контролировала, но терпела отлично, пока не случился сущий кошмар.       Босс в порыве какой-то печали (алкогольной) и внутренней боли крепко сжал руками лицо Карлоса и впился в его губы, словно дикое животное. Сам же Карлос был далеко не против и отвечал на этот поцелуй с тем же огнём. – Какого хрена? – Кинзи не осталось ничего, кроме как убедить себя в том, что ей это все кажется.