Я помню, как ты вздрагивал каждый раз, когда мои пальцы касались кожи на твоей шее. Как пытался отстраниться, хмурил брови, а твои щеки краснели от стыда и возмущения. Тогда ты считал неприемлемыми мои прикосновения. Я помню твой взгляд. Ты смотрел на меня и думал, что я этого не замечаю. А я замечал всегда. Он выжигал спонтанные узоры на моей коже, и мне хотелось, чтобы ты смотрел на меня всегда. Только на меня, только ты. Со временем меня и вовсе перестало насыщать чужое внимание, если оно было не твое. Мне казалось, что мне мало чьих-либо еще слов и взглядов. Из раза в раз меня зажигали только твои. Я не знал, к чему приведет моя одержимость тобой, но был уверен — ты тоже будешь мной одержим. Может, я всегда был излишне самоуверен, однако эта мысль была самоувереннее всех других. Настолько совершенным ты был для меня. И остаешься таким по сей день. Я помню, как мы сидели перед волнующимся морем, и даже через плотную ткань одежды я ощущал биение твоего сердца. Сквозь холодный ветер чувствовал твой запах и тепло. Я признался тебе в тот день. И я не смогу описать словами, как я чувствовал себя, когда ты признался в ответ. Мы не сказали тогда и слова, оставив это на потом, но всем своим естеством я знал — ты дал свой молчаливый ответ на мой немой вопрос. Я не знаю, где я теперь. Я не знаю, смогу ли посмотреть тебе в глаза снова. Не знаю, сколько времени пройдет перед тем, как я смогу окунуться в твое тепло. Передо мной бесконечный мрак, здесь холодно, одиноко и пусто. Да, ты не знаешь меня. Ты меня еще пока не встретил. Но придет день, когда ты впервые увидишь меня и подумаешь: «О Боги, он такой заносчивый!» И в этот день я полюблю тебя вновь, с новой силой. О, этот день обязательно настанет.
Я так хочу в это верить.
Девушка выдохнула в полной уверенности, что письмо попало к ней по ошибке. Мало ли, что могло произойти на почте, тем более конверт выглядел довольно потрепанным и старым. Она все еще продолжала изучать каллиграфичный почерк, изрезавший белое полотно чернильными тонкими силуэтами, когда ее мягко окликнул чужой голос. Впрочем, мягкости этого голоса оказалось недостаточно, чтобы блондинка не вздрагивала от неожиданного вмешательства в ее раздумья. Было очевидно, что прочитанное заставило девушку ненадолго погрузиться в себя. — А, прости? Ничего такого, кто-то просто адресом ошибся. — Я взгляну, ты не возражаешь? Мне любопытно. — Мавен протянула пальцы к листу бумаги, после чего без каких-либо сопротивлений забрала его из чужих рук. — Как аккуратно. Она без лишних эмоций пробежалась взглядом по тексту, однако под конец что-то заставило ее поднять брови. Практически мгновенно раздался заинтересованный голос: — Что такое? — Боюсь, адресом не ошиблись. В самом низу листа красовалась почти незаметная подпись.С Днем Твоего Рождения, Хильда.