А любовь ли это?

Кто она такая? Она не помнила. А была ли она вообще когда-нибудь жива?

***

Драко лежал в кровати и думал, как же вся его жизнь могла так измениться из-за простого прикосновения. Он пришел к выводу, что грязнокровки еще хуже, чем он думал раньше. Он вздохнул и перевернулся на другой бок. В кровати все еще был ее запах. Драко безумно не хотел, чтобы рядом с ним лежала другая. Это будет одним из его условий.

***

— Малфой, ты все же согласился, — сурово сказал Рон. — Не думаю, что у меня был выбор. — На самом деле, был. — Ох, точно, просидеть в Азкабане до конца жизни, как я мог забыть? — Мне казалось, что ты ненавидишь Гермиону настолько сильно, что согласился бы на Азкабан. — Вот именно, Уизли, тебе казалось. Мне она просто не нравится. — Значит, ты ненавидишь меня с Гарри. — Много чести, — усмехнулся Драко. — Вот вы где, — появился из ниоткуда Гарри. — Пошли. Драко со вздохом последовал за ним. Его кончина медленно приближалась. — Вы вовремя, — посмотрев на часы сказал Мюррей. — В таком случае, я думаю, мы можем приступать. Мисс Томас сотрет мисс Грейнджер память. Не всю, конечно же, — улыбнулся он. — Я так понимаю, что нужно убрать воспоминания последних пяти лет? — Именно. Женщина направила палочку на лежащую на кровати девушку. Воспоминания выплывали из разума Гермионы голубоватыми картинками. Их с Роном первое свидание. Битва в Министерстве. Смерть Сириуса. Убитые Ремус и Тонкс. Плач семьи Уизли после смерти Фреда. Драко отвернулся, чтобы не смотреть на это все. — Готово, — чуть тише, чем обычно сказала женщина. — Спасибо, — сказал Мюррей и мисс Томас кивнула. — Мистер Малфой, давайте начнем с Непреложного Обета, — предложил он, понимая, как сильно эта ситуация ранит друзей Гермионы. — Как хотите, — пожал плечами Драко. — Что же…. — начал Мюррей и протянул руку. — Нет уж, — усмехнулся Драко. — Давай руку ты, Поттер. Рыжему я меньше всех доверяю, поэтому пусть молчит, — кивнул он на Рона. — Ладно, — ответил Мюррей и направил палочку на руки Драко и Гарри. — Драко Люциус Малфой, клянешься ли ты не причинять вреда Гермионе Джин Грейнджер ни под каким предлогом? — Клянусь. Мюррей разорвал связь и взглянул на всех трех парней. Все четверо дали Обет на неразглашение любому человеку, кроме Кингсли. — Теперь, видимо… — начал Гарри, но его голос надломился. — Именно так, — ответил Мюррей и выразительно посмотрел на Драко. — Не думал я, однако, что моя свадьба будет такой, — вздохнул он, доставая из кармана мантии кольца. Красивые серебряные с маленькой змейкой по кругу. — Это тебе за все, что ты сделал, — прорычал Рон. — Тогда уверен, что этого мало, — Драко обворожительно улыбнулся и подошел к Гермионе. — Итак, мистер Мюррей, поздравляю, теперь вы окончательно разрушили мою жизнь, — он надел кольцо на палец Гермионы, а после на свой. Белая нить протянулась от одного к другому и после исчезла. — Это все? — нахмурился Рон. — Да. — А разве не нужно было согласие Гермионы? — Когда это браки чистокровных были полностью добровольными? — горько улыбнулся Драко. — Спасибо, — Гарри положил руку ему на плечо. — Черт возьми, Поттер, — он брезгливо ее скинул и посмотрел на Гарри. — Мне не нужна ваша притворная поддержка. После этого, даже не взглянув на свою новоиспеченную жену, Драко ушел, не желая больше находится в подобной компании. Он крутил кольцо на пальце, задумавшись. Что было бы, если бы он не докоснулся до нее? Такое случайное действие привело к таким ужасным последствиям. Брак чистокровных имел свои особенности: невозможность измены — на любовника или любовницу падает смертельное проклятье. Драко вздрогнул, понимая, что такой участи он Астории ни за что не желал. Даже несмотря на сильное желание быть с ней. — Черт, — он остановился и посмотрел на серое небо над головой, понимая, какую же большую ошибку он совершил.

***

Драко вернулся в Министерство. «Даже отсрочку от работы не дали в честь свадьбы», — подумал он, заходя в лифт. — И еще, мистер Малфой, — рядом стал Мюррей. — Для убедительности посещайте мисс Грейнджер ежедневно. — А чего еще надо? — Постепенно, мистер Малфой. Все узнаете. — Разве недостаточно того, что вы сотворили с моей жизнью для того, чтобы высказать все ваши глупые требования прямо сейчас? — прошипел Драко. — Ох, мистер Малфой, поверьте, ваша жизнь наоборот налаживается. Будьте благодарны мисс Грейнджер за это. — Вы забываетесь, Мюррей. Теперь она миссис Малфой. Или вам так противна моя фамилия? — ухмыльнулся Драко. — Надеюсь увидеть вас завтра у посетили миссис Малфой, — произнес Мюррей и вышел из лифта. Драко закинул голову вверх и улыбнулся. — Налаживается, говоришь?

***

Однако, Драко все-таки оказался у постели миссис Малфой. И неважно, что он на нее не смотрел и не держал за руку, как беспокоящийся супруг. — Мистер Малфой, — мисс Томас подошла к койке Гермионы, чтобы провести диагностику. — Вы поступили благородно. — Благородно? — усмехнулся он. — Да, я так думаю. Мисс Грейн… миссис Малфой поступила бы также, будь она на вашем месте. — Меня не волнует, как бы она поступила, — Драко поднялся и приблизился к Томас. — Как вы все не поймете, что эта херня мне совсем не по душе, и, если бы этот ублюдок Мюррей не угрожал засадить всю мою семью в Азкабан, я бы ни за что в жизни даже не посмотрел в ее сторону, — он говорил это все злым шепотом, отчего на коже Томас появились мурашки. — Только попробуйте еще хоть раз вести себя так, будто я счастливый молодожен, и у Мюррея появится великолепный повод упечь меня в Азкабан. Он развернулся и буквально вылетел из больницы.

***

Посреди ночи Драко был разбужен патронусом Мюррея, который приказал немедленно явиться в Министерство. — Кингсли вернулся, — кинул Гарри и зашел в кабинет упомянутого чиновника. Драко устало закатил глаза и присоединился. — Почему так срочно? — ядовито спросил он. — Вы меня разбудили. — Не жалуйся, идиот, это по поводу Гермионы, — таким же тоном произнес Рон. — Ох, точно, все про мою любимую женушку, — Драко взмахнул руками. — А теперь объясните мне по порядку, что произошло за эти три дня, которые меня не было, — в кабинет ворвался Кингсли и встал возле своего стола. — Давайте я расскажу, — деланно улыбнулся Драко. — Грейнджер дотронулась до какой-то темной хрени, я из чистой доброты коснулся ее. К несчастью, она стала моим вассалом. Высокопочтенный Мюррей шантажировал меня, и мы с Грейнджер поженились. — Спасибо за обилие подробностей. — Краткость — сестра таланта. И я считаю, что я безумно талантлив. — Мистер Мюррей, мы с вами поговорим чуть позже. А сейчас нужно решить что делать с миссис Малфой. — О, не беспокойтесь, министр, мистер Мюррей уже позаботился о том, чтобы миссис Малфой стерли воспоминания последних пяти лет и выставили все как бурную историю любви между героиней войны и Пожирателем Смерти. Кингсли метнул взгляд в Мюррея, а Драко ухмыльнулся. — Итак… — после некоторой паузы начал Кингсли, — в завтрашнем выпуске Пророка выйдет статья о вас, мистер Малфой, и миссис Малфой. Когда Гермиона очнется всем нам придется изображать вашу любовь, а вам в особенности, мистер Малфой. — Разумеется. Что мне за это будет? — Драко решил воспользоваться настроением Кингсли. — Чего вы хотите? — Повышения. Задолбался разбирать эти бесконечные бумажки. Кингсли замолчал и пристально рассматривал трещину на столе. — Вы будете напарником вашей жены. Брови Драко приподнялись. — Темные артефакты, значит? — Именно так. — Мне он не нравится, — Драко указал на Мюррея. — Ваши проблемы, — сквозь зубы произнес Мюррей. — Я над этим подумаю, — кивнул Кингсли. «Подумает он, конечно, — процедил в мыслях Драко. — Сделает вид, что провел в раздумьях три ночи и три дня, а потом скажет: «Я пришел к решению, что мистер Мюррей — прекрасный работник, потеря котрого будет огромным ударом по Министерству, а потому он остается на должности.» — Лживая обезьяна.» — Конечно, министр. — Мистер Малфой, вы хотите поучаствовать в написании статьи? — О, нет, благодарю. Думаю, Рита справится на отлично. Не каждому дан такой талант создавать скандальные истории. — Что же. Тогда я хочу поговорить с вами наедине. Пройдемся? — указал он рукой на дверь. — С превеликим удовольствием, министр. — Мистер Малфой, — голос Кингсли эхом отскакивал от мраморных стен коридора, — хочу извиниться за то, каким способом мистер Мюррей добился вашей с Гермионой женитьбы. — Вы вовремя отбыли, министр. Не удалось внести свой вклад в перечень угроз. — Вы мне не верите. Так ведь? — А должен? Министр, скажите честно, вы бы разве не также себя повели? Гермиона же ваша любимица. — Это так, — не стал скрывать Кингсли, — но все-таки, шантаж — не в моей компетенции. — Что теперь будет? — неожиданно для самого себя спросил Драко, посмотрев Кингсли прямо в глаза. — Видимо, все мы потонем во лжи, которую сами сочинили.