Come Home (With Me)

Томми вздохнул и небольшое облачко пара быстро растворилось в холодном воздухе. Он находился на одном из множества балконов идиотски огромного особняка Туббо и Ранбу, на морозе, смотрящий на заходящее солнце и покрытую снегом землю внизу. Он почти забыл где находится. В какой-то момент было даже почти спокойно. Это была тихая ночь на Дрим СМП. Не было войн, когда всё на кону, не было уничтожающих всё взрывов, не было кричащих друг на друга людей, не было разрушающихся отношений. Просто заходящее солнце, тишина, и Томми. Один со своими мыслями. Большую часть своего времени после выхода из тюрьмы он проводил один, пытаясь влиться обратно в жизнь на СМП, в которой все остальные верили, что он был мёртв. Что ж, он был. Но уже нет. Спустя время, люди, кажется, тоже стали это понимать. Туббо, преодолевший своё первоначальное неверие в возвращение Томми, часто составлял ему компанию, таща Ранбу с собой за пару, так как, казалось, они были неразлучны. Тем не менее, сегодня было немного другим, по сравнению с большинством дней на Дрим СМП. После своих обычных раундов бега по Прайм-пути Туббо бодро предложил провести время в особняке с ним и Ранбу. Гибрид эндермена согласился с таким энтузиазмом, что Томми заподозрил, что они договорились заранее. Он провёл остаток дня следуя за Ранбу и Туббо через Сноучестер. Женатая пара препиралась, наполняя воздух беззаботным подшучиванием, пока Томми умом и руками выполнял ту или иную работу. Это было почти неплохо. И, так же, вопреки его худшим ожиданиям, Майкл, идиотски обаятельное существо, оказался не таким уж плохим. (По каким-то неизвестным причинам пиглин не переставал трогать отросшие волосы Томми, пытаясь заплести их. Не важно как сильно Томми просил родителей ребёнка, Туббо и Ранбу полностью его игнорировали, посмеиваясь и говоря что-то про то, как бы они хотели иметь при себе камеру.) Это было совершенно не плохо. Томми снова вздохнул, с тоской смотря на оранжевое солнце, которое ещё лишь едва-едва касалось горизонта. Он едва успел пожалеть о том, что не имел с собой проигрывателя, когда скрип двери позади Томми пробудил его от мыслей. Упёртый как всегда, Томми проигнорировал это, уже подозревая кто мог оказаться нарушителем. «Эм… Томми?» — раздался нерешительный голос гибрида эндермена. Томми не мог не заметить, как расслабились его плечи — он не помнил, чтобы напрягался. «Туббо сказал, что ты здесь. Он сообщил, что ужин готов.» Томми едва не закатил глаза: он помнил, как Туббо заметно удерживал себя от желания схватить Томми за плечи и начать трясти, когда тот уходил куда-то, не сказав ему или Ранбу. Туббо был надоедливым и прилипчивым — Томми не была нужна нянька! Он был взрослым мужчиной и мог идти куда и когда хотел. Но, судя по всему, Пчелиный Мальчик «волновался», если не знал где находится Томми, так что парень смирился со своей участью. Чувство вины где-то в районе живота заставило его бросить Туббо короткое: «Я буду наверху», — прежде чем он ушёл, блуждая по особняку, пока не нашёл балкон, на котором сейчас и находился. «Спасибо, Ранбуб, я буду через минуту», — пробормотал блондин, хмурясь, когда его голос вышел тихим и слабым вместо холодного и безразличного, который он пытался сделать. Проклятые голосовые связки — казалось, что даже его собственное тело отказывалось работать с ним заодно. Томми смотрел вниз, на снег под ним, бездумно пощипывая кожу между своими правыми большим и указательным пальцем, его локти лежали на перилах. Он провёл следующие две или около того минуты бездумно пялясь в землю, прежде чем осознал, что Ранбу не ушёл, и всё ещё стоял в дверном проходе за его спиной, медленно помахивая хвостом и так мягко шурша им по деревянному полу балкона. Томми вздохнул и опустил голову, позволяя рукам расслабиться и повиснуть на перилах. «Тебе что-то нужно, Ранбу?» — протянул он, повернув голову настолько слабо, чтобы только видеть высокого парня на периферии. Даже с этого угла Томми мог видеть его, теребящего свои руки, с по неизвестным причинам отсутствующими на них перчатками. Ранбу вздрогнул так, словно слова Томми вывели его из некоего транса. «Ух… Нет, не совсем, я просто…» — Ранбу сделал паузу, чтобы сменить тон голоса с неловкого на более серьёзный. «Я не совсем доверяю тебе, пока ты здесь.» Томми раздражало то, куда шёл разговор. Он не мог не усмехнуться с сухостью, всё ещё не смотря на Ранбу. «Что, думаешь я попытаюсь спрыгнуть?» — сказал он, ненавидя как дрогнул его голос к концу предложения и как его желудок сжался в узел от этих слов. Он заставил себя успокоиться и посмотреть на Ранбу, разжимая кулаки. Это была просто шутка. Он пошутил. «Это… Это возможно, и я не хочу рисковать», — раздалось бормотание Ранбу. Шутка перестала быть смешной. Томми почувствовал как мышцы плеч в дискомфорте напряглись и он отвернулся, снова смотря на землю внизу. Повисла неловкая тишина, прежде чем Томми услышал мягкие шаги Ранбу по деревянному полу. Он ощутил чьё-то присутствие рядом со своим левым локтём, и ему не нужно было смотреть, чтобы знать, что Ранбу стоял рядом, с этой своей идиотски успокаивающей аурой, осторожный, и прилипчивый, и тупой. Как Туббо. Отказываясь отрывать взгляд от сверкающего снега, Томми услышал мягкий шорох костюма Ранбу, прежде чем ощутил что-то прямо над своим левым плечом. Первой же мыслью Томми было желание отстраниться, стряхнуть другого парня, раздражение уже собиралась вылиться в слова. Но потом он вспомнил слова Ранбу из времён, которые ощущались как прошедшие года или, может, всего дни назад: «Томми, ты должен понять, что ничего, что я когда-либо делал для тебя, не было из жалости. Ничего.» Он не отстранился. Гибрид эндермена расценил это бездействие как разрешение и всё же опустил руку на плечо Томми. Томми едва заметно оглянулся — лишь настолько, чтобы разглядеть чёрную когтистую лапу без перчатки. «Пожалуйста, пошли в дом? Прежде чем еда остынет.» — сказал Ранбу, и Томми не знал, была ли это близость его голоса, или мягкость его тона, что заставила его посмотреть вверх, но он поднял голову. Томми обнаружил себя смотрящим прямо в гетерохромные глаза Ранбу. Он почувствовал как все слова, которые он хотел бы сказать, исчезли с языка, его губы слегка приоткрылись в удивлении. Он не мог перестать смотреть, медленно погружаясь в зелёные и красные бездонные вселенные, что были в глазах эндермена. Подождите-ка секундочку. Томми моргнул и быстро отвернулся, глаза забегали, пытаясь найти что-нибудь другое, что угодно за что можно было бы зацепиться взглядом. Его лицо горело, и он надеялся, что тупой и рассеянный Ранбу подумает, что это холод заставил щёки и нос блондина вспыхнуть ярким розовым. «Я никогда… Я думал ты не любишь зрительный контакт», — пробормотал он, быстро прочищая горло и морщась от хрипоты своего голоса. Проклятая нервозность. С внезапной дрожью где-то в теле он почувствовал, как Ранбу убирает руку с его плеча. Тупой идиот наверное подумал, что заставил Томми чувствовать себя некомфортно. Томми нахмурился, когда заметил, что уже скучает по контакту. «Да, моя эндерменская половина не особо любит зрительный контакт», — будто с дистанции слышал он слова Ранбу, пока более высокий парень опустил свои руки на перила копируя позу Томми. Последовала короткая тишина, прежде чем Ранбу добавил небрежное: «Но всё же есть пара людей, которым я могу смотреть в глаза». Томми посмотрел вниз на свои руки, сжимая их в кулаки снова. Разжимая. Сжимая. Разжимая снова. Он услышал, как сам же усмехнулся, и звук получился скорее печальным, чем насмешливым. «Дай угадаю, Туббо? Майкл?» — спросил парень, голос приобрёл горьковатый оттенок, пока он вспоминал. «Наверняка Фил и Техно тоже». Томми почувствовал, как его слегка подтолкнули. «Хэй», — произнёс Ранбу идиотски мягким и снисходительным голосом — таким же, какой вы бы использовали для успокоения плачущего ребёнка, только что оцарапавшего колено. Томми ненавидел это. Томми любил это. С неохотой, или, может, с надеждой, Томми посмотрел на Ранбу, медленно повернув голову. Пара глаз, один зелёный и один красный, оба слабо светящиеся, встретились с серыми. Томми моргнул. Томми смотрел. Ранбу смотрел в ответ, непоколебимый и бесконечно терпеливый. Томми не видел его рта, но чужие глаза прищурились в мягчайшей улыбке, которую кто-либо когда-либо дарил ему. С запозданием Томми почувствовал, что его глаза начинают слезиться, а горло сохнуть. Он снова отвернулся, уже скучая по тёплому взгляду глаз Ранбу. Он накрыл свои глаза предплечьем, резко растирая, пока они не просохли. Но всё равно он чувствовал, как они снова слабо заслезились. Медленно, но твёрдо рука нашла свой путь к плечу Томми снова и сжала его. Томми ненавидел ощущение того, как он будто стал целым и одновременно полностью разрушился от прикосновения. «Пожалуйста, пошли в дом», — тихо сказал Ранбу, рука и голос непоколебимы. Плечи Томми расслабились, слегка сгибаясь под лапой эндермена от усталости или комфорта. Томми опустил руки и посмотрел на землю под ним, укрытую мягко сверкающим в последних лучах заходящего солнца снегом. Холодные искры напоминали ему звёзды, далёкие и равнодушные. Он поднял глаза. И нашёл себя лицом к лицу с Ранбу. Звёзды в его глазах выглядели в миллион раз более тепло приветствующими чем любые другие звёзды, которые Томми когда-либо видел. «…Да, хорошо.» Ранбу не двинулся, так что Томми сделал шаг от перил первым, руки безвольно опустились к его бокам. Он последний раз посмотрел на исчезающее за горизонтом солнце и обернулся, позволяя руке Ранбу упасть с его плеча. Он пошёл к двери. Ранбу догнал его в два лёгких шага (чёрт бы побрал его чудачески длинные ноги) и встал рядом с Томми. Томми не двинулся. Томми так же абсолютно точно не попытался хоть чуть-чуть приблизиться к другому парню в поисках прикосновения и комфорта. Не-а. Но Ранбу, ни тупой, ни рассеянный, понял его без слов и безмолвно протянул Томми руку. Томми, не глядя, взял её. Если он не признаёт это, этого здесь нет. Его девиз по жизни. Они покинули балкон. Томми позволил Ранбу вести его через множество лестничных пролётов и длинных коридоров, смотря на свои ноги всё это время, безмолвно думая о радушном весе в своей правой руке. Он мог чувствовать небольшие шрамы на ладони Ранбу, немного царапающие его собственную. После неопределённого количества времени, Томми заметил, что Ранбу замедлил шаг. Он обнаружил себя остановившимся, его кеды освещались тёплым золотистым светом, лившимся из-за дверного проёма, к которому они пришли. Томми посмотрел вверх и прищурился, рассматривая комнату. Здесь был большой деревянный стол посередине просторной кухни, с несколькими обычными стульями и одним большим во главе. Майкл сидел в детском кресле, перед ним стояла тарелка с пюре. Маленький зомби-пиглин весело балаболил, размазывая еду по своим щекам и всему столу в целом. Вся правая стена кухни состояла из множества различных шкафов и ящиков, а так же печи и раковины. Туббо бегал по комнате, метаясь между несколькими делами: от протирания стола к мытью посуды, потом к проверке, казалось бы, пустой кастрюли на плите, и к протиранию стола снова. Он проверял Майкла, когда заметил Ранбу и Томми в дверях. Томми заметил озабоченно-хмурое выражение на другом лице, прежде чем Туббо просиял от вида его мужа и лучшего друга. Томми кратко подумал, что улыбка Туббо могла осветить комнату лучше, чем любой источник света, известный человеку. Он посмотрел в сторону, найдя участок пола, на который можно было уставиться, пока Туббо подходил к ним. «А вот и вы двое!» — улыбнулся Туббо, вытирая руки о фартук, который Томми только что заметил (там наверняка было написано «Kiss the Cook» или что-то такое же мерзкое и сопливое). Он не мог проигнорировать нотку облегчения в голосе Туббо. Низкий парень потянулся к ним обоим, как только он наконец-то подошёл, и одна из его рук в шрамах легла на руку Томми, прямо над локтём. Томми несколько нерешительно поднял глаза, но обнаружил, что Туббо смотрел не на него. Он смотрел на Ранбу, его брови изогнулись в волнении под сильно отросшей чёлкой. Томми заподозрил, что гибрид эндермена сделал что-то идиотски учтивое или «супружеское» и улыбнулся Туббо или что-то в этом роде, потому что скоро его лицо просияло как небо после сильного дождя. Томми продолжил смотреть в пол. «Майкл уже значительно опередил вас.» — услышал он слова Туббо, шутливо дразнящие. «Садитесь, пока еда не остыла.» Томми почувствовал, что Ранбу сделал шаг к столу, и внезапно понял, что он всё ещё держал руку гибрида. Он так же понял, что в принципе не был против, и позволил вести себя к столу идиотски высокому и идиотски доброму Ранбу. Более высокий парень посадил его рядом с Майклом и зомби-пиглин почти завизжал от восторга, захлопав своими маленькими ручками-копытцами. Томми почувствовал каплю пюре, попавшее на его щёку. Он спрятал свою улыбку за ладонью, пока смахивал еду с лица. Томми заметил тарелку с жареным картофелем и свежий хлеб, поставленные на стол прямо перед ним, и посмотрел вверх только чтобы встретиться лицом к лицу с Туббо. Его лучший друг улыбался ему. Его лицо было покрыто шрамами, его волосы были закреплены маленькими заколками, чтобы не закрывать глаза, его рога были чуть длиннее, чем пару месяцев назад, но Томми был готов поклясться, что это была та же чёртова сияющая улыбка, которая поддерживала его в его самые худшие дни. Томми улыбнулся в ответ, произнеся «спасибо» Туббо, пока принимал от него вилку. Ранбу, который, Томми с опозданием понял, разговаривал с Майклом в этом тупом нежном тоне всё это время, тихо сел справа от Томми. Внезапно он ощутил как что-то задело его колено и посмотрел вниз. На нём лежала белая лапа, ладонью вниз, мягкая и успокаивающая, несмотря на свои когти. Томми немного неловко опустил свою левую руку на руку Ранбу, так как всё ещё держал вилку в правой, и слегка сцепился мизинцами с ним. Ладони эндермена были гораздо больше ладоней Томми, и его руки были длиннее, делая для них достаточно удобным держаться не напрягаясь. Томми оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть Туббо, ставящего на стол тарелку для себя. Более низкий парень легонько боднул Ранбу, с улыбкой прикрывая глаза, его симпатия почти физически ощущалась в воздухе. Туббо сел за стол напротив Майкла, пытавшегося уловить внимание Томми, чтобы запихнуть пюре в его рот, и поймал взгляд Томми. Эта глупая и близкая улыбка отразилась на его лице, прежде чем он приступил к еде. Томми оглянулся и вдруг осознал, что он был окружён семьёй. Это не был его безумный фигуральный брат, который пытался склонить его к становлению злодеем и затем посоревноваться в пасьянс. Это не был свирепый воин, на которого он всегда равнялся и считал семьёй, несмотря на все их различия и несогласия. Это не была отцовская фигура, которая никогда не была рядом для него и появлялась только чтобы сеять хаос в его жизнь снова и снова. Это была его семья. Семья, которую он создал сам, которую он выбрал. Утихомирив Майкла, который казался весьма решительно настроенным кормить Томми самостоятельно, парень проткнул картофелину вилкой и откусил кусок. Еда была хорошей и всё ещё горячей, но Томми понял, что не картофель был причиной разлившегося внутри приятного тепла. Томми улыбнулся. Он наконец-то был дома.