Стуча в закрытую дверь

Если бы в этом мире были часы, их стрелки показали бы семь вечера. Темноволосая девушка по имени Мария уже, как ей казалось, целую вечность стояла около простой деревянной двери, с которой начала осыпаться коричневая краска. Девушка не отрывала взгляд от висевшей на двери таблички, постоянно перечитывая заветные буквы, складывающиеся в имя. Оно приносило радость, но в то же время невероятную и дикую боль. Кругом была пустота: вокруг брюнетки абсолютно ничего не было. Простое белое пространство, без какого-то намёка на стены, пол или потолок. Только девушка и закрытая перед ней дверь. Ничего больше не существовало. Ничего больше не было важным. На протяжении десяти часов Маша стучала по дереву, по её щекам непрерывно текли слёзы, а костяшки пальцев начали кровоточить, и девушку окатывало очередной волной боли при каждом новом стуке. Она надеялась на ответ, желала увидеть, как дверь открывается и из неё выходит он. Только он и никто больше. Брюнетка то садилась спиной к двери, опираясь на неё, то вставала и снова смотрела на табличку с именем, раз за разом перечитывая его. Маша выпрямила спину и принялась снова разглядывать буквы на табличке, как вдруг услышала детский голос. Обернувшись на источник звука, она обнаружила девочку невысокого роста, в белом кружевном платьице и с двумя косичками. Ребёнку на вид было всего семь лет. — Привет, что ты делаешь? — девочка широко раскрыла глаза и слегка улыбнулась. — Привет, — сухо проговорила брюнетка. Мария решила не отвечать на заданный вопрос, не желая говорить, что она делает, а уж тем более зачем. — Почему ты здесь? — недавно появившаяся девочка с интересом рассматривала стоящую перед ней девушку. И, снова не услышав ответа, решила продолжить диалог сама: — Меня зовут Стеша. А тебя как? — Маша, — ещё более отстранённо, чем в первый раз, проговорила брюнетка. — Ты здесь одна? Мария решила взглянуть на ребёнка, и, увидев её словно улыбающиеся глаза, всё же не выдержала и решила отвернуться от двери, чтобы немного поговорить со Стефанией. Она вытерла слезы, размазывая тушь по щекам. — Да, я одна. По крайней мере была, а теперь есть ты, — по-доброму произнесла девушка и даже слегка улыбнулась. Но её мысли были заняты далеко не этой милой девочкой, похожей на ангелочка. Разглядев во взгляде Стеши интерес, Мария продолжила рассказ. — За этой дверью человек, которого я очень люблю. Больше, чем кого-либо. А он любит меня. На последнем слове голос брюнетки дрогнул, она повернула голову и потянулась к табличке, но голос девочки остановил её, возвращая к их диалогу. Девушка приняла то же положение, находясь лицом к лицу с собеседницей. — Так если он тебя любит, то почему ты стоишь здесь? Почему он не впустит тебя? — она моргнула два раза и свела брови от непонимания. Уголки губ Маши поползли вниз и, задумавшись над этими вопросами, брюнетка опустила голову. Прочистив горло и подняв взгляд на Стешу, девушка собралась ответить, но заговорила она только спустя полминуты. — Возможно он просто не слышит. Или занят. Или я чем-то обидела его. Я часто это делаю. Я подожду ещё, — речь Маши стала быстрее и, заправив прядь волос за ухо, она обернулась к двери. Мария слегка постучала снова и два раза перечитала написанное на табличке, но, не получив ответа, глубоко вздохнула и перевела взгляд на девочку, которая уже собиралась озвучить новый вопрос. — Расскажешь мне про него? — Да, если ты так хочешь. Расскажу, — слегка улыбнулась брюнетка. — Его зовут Олег, он хороший, добрый, заботится обо мне. Олег правда очень светлый человек. Знаешь, мы даже как-то говорили про будущее. Хотели жить в отдельном двухэтажном доме из красного кирпича. И что бы он был с большим двориком. А ещё… С каждым словом губы Марии всё больше растягивались в улыбке, а глаза словно начали светиться. Девушка активно жестикулировала, рисуя в голове подробности их будущего коттеджа. — А ещё, мы хотели посадить цветы. Ирисы. Я бы поливала и оберегала их. Нам обоим очень нравятся эти цветы. Стеша продолжала внимательно слушать собеседницу и заметила, что она счастлива. Маша и правда была очень счастлива, ведь рассказывала про своего любимого. — У нас когда-нибудь были бы дети. Такие же маленькие ангелочки, как ты. Мы бы нянчились с ними, воспитывали, играли, — Мария опустила вниз обе руки и посмотрела на дверь. Постучав ещё раз и не получив ответа, она стёрла с лица грустную улыбку и снова начала воодушевленно рассказывать: — А недавно мы летали в Испанию. Это далеко-далеко отсюда, малышка, — посчитала нужным объяснить брюнетка. — Я боюсь длительных перелётов и вообще не люблю самолеты, но Олег поддерживал меня и держал за руку. И когда мы смотрели вместе страшные фильмы, он тоже всегда держал мою руку и обнимал меня. Маше нравилось рассказывать про их с Олегом отношения. Это словно придавало брюнетке сил. Но девочка, которая вслушивалась в каждое слово, решила вмешаться в повествование. — Видимо он был очень хорошим. Как принцы из сказок. — Да, именно, крошка. Он очень хороший. Когда он откроет дверь, ты сама сможешь в этом убедиться, — договорив фразу девушка повернула голову к двери и решила постучать ещё раз. — Он всё ещё твой принц? — выбрав удобное сравнение с героем сказок, продолжила интересоваться Стефания. — Вы не ссорились? — Он сказал, что мы стали другими и что нам теперь сложно вместе. Но я уверена, что всё ещё будет хорошо. Я не смогу жить без него. — Почему ты не сможешь без него, Маша? — девочка не смогла понять последнюю фразу и решила уточнить, с небольшим удивлением глядя на брюнетку. Мария громко выдохнула и опустила взгляд. — Он — вся моя жизнь. Мы знакомы пять лет, огромная часть моей жизни связана с ним. Все воспоминания, радостные и грустные моменты я переживала с ним, — её голос был тихим, но в то же время он мог предавать всю любовь, которую она испытывала к Олегу. Эти нежные и тёплые чувства тревожили душу девушки каждый раз, когда она думала или говорила о возлюбленном. — Хм. Ты скучаешь по нему. Но я думаю, что это нормально. Вы были очень счастливы и это главное, — своими словами Стеша заставила Машу поднять голову. — Ты очень смышленая и сообразительная девочка, — улыбка коснулась губ девушки. — Да, я скучаю по нему и да, мы были очень счастливы, это всё так. Но что-то ещё будет, я верю. Маша посмотрела на дверь, но стучать не стала. — Он много раз говорил, что любит меня. Он не мог врать мне в таких вещах. — Ему и не нужно было врать. Мой папа тоже любил мою маму. Но сейчас он не живет с нами. Мама говорит, что это нормально. Олег не врал тебе, просто сейчас всё стало по-другому. — Но как же я буду без него? — слёзы снова подступили к глазам девушки, сейчас ещё и от осознания того, что она на полном серьёзе спрашивает совета у маленькой девочки. — Я думаю, сначала тяжело, но потом будет легче. С каждым днём тебе будет лучше. Ты очень хорошая, Маша. Тем более, что он сам отказался от тебя и не открывает дверь. Если бы он хотел, то пустил бы, — после небольшой паузы проговорила Стеша, иногда задумываясь над следующими словами. Мария стерла со щеки одинокую слезу, всё же сумевшую вырваться из глаза. Девушка начала осознавать, что вдумывается в каждое слово этого маленького ангелочка, словно спустившегося к ней с небес. Маша мельком посмотрела на дверь, но затем сразу же повернула голову на Стефанию. — Ты будешь счастлива и без него. В твоей жизни ещё будет столько радостных моментов, которые заставят тебя улыбаться, что и сосчитать нельзя. Ты увидишь невероятное количество закатов и рассветов, от которых у тебя перехватит дыхание. Всё обязательно будет хорошо, Маша, — лицо Стеши уже не выглядело по-детски наивным, а стало похоже на лицо взрослого, думающего человека, а глаза стали даже слишком осознанными. — Просто поверь мне. Отпусти его и перестать стучать в закрытую дверь. На последних словах собеседницы брюнетка закрыла глаза и представляла своё будущее. Своё будущее без него. В её душе с самого начала будто были шипы, царапающие девушку изнутри, но после разговора с малюткой они словно исчезли. — Спасибо тебе, — открыла глаза Маша и улыбнулась своей самой доброй и настоящей улыбкой. Девочка кивнула ей и повернула голову вправо. Мария повторила за ней это действие. Глаза девушки распахнулись от удивления и непонимания. Там, где раньше была пустота, теперь появились аллеи, работающие фонтаны, высокие зелёные деревья и яркие сильно пахнущие цветы. Люди гуляли по вымощенным плиткой дорожкам, а бабочки перелетали с одного растения на другое. Солнце светило не очень сильно, но и не очень слабо, придавая этому месту атмосферу уюта и спокойствия. Дверь с именем исчезла, словно никогда и не существовала. Маша улыбнулась и впервые за долгое время почувствовала себя счастливой, хоть и всего на мгновение. Она вдруг осознала, что так и не спросила у девочки, откуда та здесь взялась и не нужна ли ей помощь. Посмотрев в ту сторону, где только недавно стояла Стеша, девушка не обнаружила никого. Паника начала охватывать Марию. Вдруг она увидела свет со стороны и подняла ладонь к глазам, чтобы тот не ослепил её. Это был свет фонаря около окна комнаты Маши, в которой, свернувшись калачиком и обнимая одеяло из-за того, что рядом никого не было, спала брюнетка. Она резко поднялась на кровати и приложила запястье к виску, медленно приходя в себя. Её одежда прилипла к телу, принося Маше неприятные ощущения. Сравнительно недолго девушка была в состоянии растерянности, после чего взяла телефон и посмотрела на время. 3:22. Она часто просыпалась в такое время, бессонница и кошмары мучили сознание брюнетки последние месяцы. Мария вспоминала свой сон, долго смотря в одну точку, после чего разблокировала экран телефона, зашла в социальную сеть, в которой обычно общалась с Олегом, открыла их переписку и смело нажала на «заблокировать контакт». Ещё раз взглянув на последние сообщения, которые состояли только из фраз девушки, умоляющей всё вернуть, Маша усмехнулась и отложила телефон. Она не понимала, почему так долго не осознавала очевидного и держалась за него, словно за последнего человека на этой планете. Они, несомненно, были счастливы, но это уже в прошлом. Они оба изменились и это нормально. Девушка легла обратно на кровать, прикрыла глаза и глубоко вдохнула, легонько улыбнувшись. Теперь она была счастлива и свободна не только во сне, но и наяву.