Взглянуть в глаза своим страхам

— Так, ты готова, Валер? — Встряхнул свою протеже за плечи Сергей, нервно закусывая губу. — Готова, — настороженно повторила в третий раз Лера, опасливо заглядывая в жёлтые, почти нечеловеческие глаза. — Ты точно готова? — Едва не поперхнувшись воздухом, еще быстрее затараторил Сергей, сильнее стискивая пальцы. — Ты уверена? Точно не запаникуешь? Сама знаешь, если с Олегом что-то случится, я этого не переживу. И ты тоже не переживаешь, даже если тебя не убьёт Алтан или Вадим, тебя за это убью я. Никто не смеет оставаться живым, пока Олег мёртв. — Успокойся, — жалея, что не надела маску, когда вылезла из машины, осторожно отцепила от себя по-птичьи скрюченные пальцы Лера. Если бы она сейчас была в маске, её голос бы так не дрожал. Спасибо костюму, хоть хватки Серого она не ощутила. Иначе точно бы синяки остались, если бы не перелом ключиц. — Валер, ты паникуешь, я чувствую, — начиная задыхаться, быстро заморгал Сергей. — Это не я паникую, это ты паникуешь, — осторожно возразила Лера. — Ты прав, нам нужно собраться, чтобы вытащить Олега оттуда. Так соберись уже. Сергей вздрогнул. Лера сглотнула. Она не понимала, что с ним происходит. То есть, он явно был напуган, но при этом, она уверена, он бы с лёгкостью сейчас на кого-нибудь кинулся и задушил бы. Или загрыз бы. Почему-то в голову лезли картинки, как Разумовский обгладывает лицо Алтана, и его зубы все глубже проникают в уже разодранную плоть, пока по окровавленному лицу Сергей текут слезы. Лера моргнула. Почему-то начало тошнить. Лишь бы вслед за Сергеем в панику не скатиться, только этого им сейчас и не хватало. Лера покосилась на Сергея, который все-таки умудрился прокусить губу и сейчас занимался тем, что часто моргал и пытался языком слизнуть кровь с подбородка. Выглядело… странно. Лера слишком привыкла к тому великосветскому образу Разумовского, что он демонстрировал всем желающим каждый день. Изящество, манеры, острый ум, тщательно выверенные движения, словно он вынырнул из восемнадцатого века и случайно затонул в двадцать первом. Сейчас этот образ ощутимо зарябил, кругами на почти аристократическом лице проскальзывал оскал дикого животного, которого Разумовский сдерживал из последних сил. Судя по его виду, требовало это неимоверных усилий. Лера глубоко вздохнула. Олега сейчас здесь нет. Он не может помочь ни Сергею, почти слетевшему с катушек, ни Лере, которая, кажется, вот-вот сама станет его первой жертвой. — Сейчас помощь нужна Олегу, у нас нет времени думать о себе, — Макарова почти не заметила, как сказала это вслух. Как ни странно, на Сергея это подействовало. Он вновь вцепился зубами в уже и без того пострадавшую губу, но дрожь почти прошла. — Прости, — на выдохе слабо выдавил из себя Разумовский. — Спасибо, что ты здесь. — Как будто у меня был выбор, — хмыкнула Лера, пытаясь выбраться из океана страданий на привычный берег ироничных подколок. — Был, — неожиданно серьёзно кивнул Сергей, изрядно удивив этим девушку. — Ты уже давно могла выйти из игры, если бы попросила. Не факт, что я бы тебя отпустил, но десяток-другой попыток надавить на Олега, чтобы он уговорил меня, и это может стать реальностью. — Шутишь? — Ошеломленная этой новостью, повернулась к нему всем корпусом Лера. — Это ты так решил меня мотивировать, чтобы я вся отдалась мысли спасти Олега? — Я сожалею, что повёлся на ту провокацию, — нахмурился Сергей. — Я подставил тебя, пусть и ненамеренно. Я вообще многое ненамеренно творю, но это меня, вообще-то, нихрена не оправдывает. Если бы я догадался, что на тебя могли поставить жучок, то… — Стоп-стоп, — замахала руками Лера, понимая, что все это время слушала Разумовского с открытым ртом. — Ты винишь себя за то, что я не заметила жучок? — Я мог предугадать подобное, и дать тебе инструкции на этот счет, — поджал губы Сергей, поморщившись от боли. — Должен был. Это ты новичок во всем этом. — Поговорим об этом потом, — оборвала его начинающуюся тираду самобичевания Макарова. — С удовольствием послушаю. Особенно про ту часть, что я могу выйти из игры. — Не сомневаюсь, — усмехнулся Сергей. Лера покосилась на него, когда снова надела на себя маску. Кажется, надела её не она одна. Только Серому и металлический клюв для этого не нужен. Вот таким она его себе и представляла, когда думала о его бытности чумным доктором. Горящие праведным, фанатичным огнём глаза, хищное выражение лица, упрямо поджатые губы и идеальная осанка. Она в очередной раз подумала о том, что ни за что не хотела бы становиться его врагом. Алтан точно самоубийца, если решился злить этого психа. Впрочем, Вадим вообще мог сунуть голову в петлю, потому что то, что с ним сделает Сергей, когда до него дорвется… мысль о том, что он даже не будет пользоваться оружием, вновь заставила Леру покрыться мурашками. То, насколько было страшно стоять рядом с таким Разумовским, не могло соперничать с тем чувством, которое она ощущала, когда напоминала себе, что этот психопат на её стороне. Приятненько. Лера начинала понимать Олега, хотя Олег, наверное, и сам не лучше. Разница была разве что в методах и уровне самоконтроля.

***

Лера вздрогнула. От того паникера, каким она видела Сергея парой минут ранее, не осталось ничего. Он был великолепен. Если бы Лера оказалась в таком положении, она бы и слова сказать не смогла бы. Может быть. Хотя, за последнее время… Умный костюм? Серьёзно. Да он прикалывается, что ли. Разумовский, конечно, гений, но они же не в комиксе, да и рыжий не Тони Старк. Лера бы посмеялась с лица Олега, когда он встретился взглядом с Сергеем, но Лере, на самом деле, было не смешно. Потому что Олег при одном взгляде в жёлтые, птичьи глаза друга, банально потерял сознание. Леру почти довело до истерики осознание того, что Олег стерпел просто адски болезненные муки, только для того, чтобы его добило явление Разумовского в цветных линзах. Если Олег испугался собственного друга, который пришёл его вытащить, больше, чем пытки и предательства старого знакомого, то Лере действительно страшно представить, на что тот способен. Если бы Лера не видела, что с ним творилось ещё несколько минут назад, она бы тоже сейчас не отказалась свалиться куда-нибудь. Но несмотря на то, что Разумовский был отъявленным психопатом, он был ещё и преданным другом. Ну, в те моменты, когда не стреляет в вас или не пытается всадить в вас нож.