Не вернуть

      Каждый день начинался не с трели будильника, а с воплей. Громких, противных, настырных. Эти вопли соединялись в один большой рой голосов. Один — писклявый, как писк августовских комаров. Как правило, молил о пощаде и пытался неуверенно высказать свою позицию. Другой — низкий баритон, как после пачки сигарет. Грубо высказывал оскорбления. — Ты заебал постоянно брать моё печенье!       Сегодня скандал, видимо, завязался из-за сладостей. Соль в том, что девушка сама их таскала по ночам, но забывала. — Нет, это не я таскал! — пищал парнишка в очках, пока его волосы держали в руках. — Не я!       Брайн открыл глаза. Всё равно не уснёшь под такие ссоры. Он взял их пару лет назад ради скетчей. Скетчи выстрелили, но терпение блоггера начало сдавать назад.       Они не поладили друг с другом. Чертовски разные полюса. Разные мировоззрения. Оливия любила чипсы, была глупой, как пробка, не мыла голову сутками. Влад, которого называли Ботаном и нахер забыли его имя, пропадал в учебниках, разговаривал тихо и видел смысл жизни лишь в книгах. — Доброе утро.       Это вмешательство позволило остановить ссору, служившей репризой¹ этого дня ненадолго. Оливия выпустила из руки каштановые волосы заучки и равнодушно бросила: — Нихера не доброе. Этот очкастый чмошник спиздил мои печенья. Опять. — Оливия, спешу огорчить. Ты сама их ешь по ночам. Просто забываешь, — попытался воззвать её к разуму Брайн. Попытка провалена. Девушка пинает ногой открывшуюся дверцу посудомоечной машинки и бросает сквозь зубы: — Неправда. — Камеры поставить? Оливия замолкает. Ботан, понимая, что спасён, встаёт с пола и отряхивается. — Как спалось? — из вежливости спрашивает Ботан. «Я забыл, что такое сон с вашим приходом в мою жизнь», — последними усилиями блоггер не произносит это вслух.

***

      Брайн уже засыпал. День был сложный. Видимо, такое утро было предвестником этому. Тяжёлые съёмки, отъезд за тридевять земель, чтобы снять элементарный кадр, идеальная локация для которого находилась далеко отсюда. Внезапно ему позвонили. Телефон жужжал, беспрестанно. Видимо, звонивший был крайне настойчив, что говорило о том, что это никак не реклама. Брайн поднял трубку. — У меня десять минут, — раздался голос Оливии. Она была напугана. Очень странно для её боевого характера. — Что случилось? — не медля спросил Брайн. — Я в отделении полиции. Мне нужно двадцать пять тысяч, иначе меня не выпустят. Судя по интонации, Оливия это не придумала. Это был первый раз, когда у девушки были проблемы с законом. Брайн тяжело вздохнул. — Я просто украла тележку из Перекрестка. Потом наори. Просто приедь. Брайн повесил трубку, начиная одеваться. Отделение находилось недалеко, так что ему повезло.Но всё равно, вставать в такую рань из-за Оливии не хотелось. За окном ещё даже темно было, что говорило о том, что ещё глубокая ночь на дворе.       Брайн приехал, расплатился и посмотрел на Оливию, которая сидела на стуле. На её лице была отображена вся боль этого мира. Она ещё никогда не была, грубо говоря, такой заёбанной. Хотя да: Брайн помнил свой опыт проблем с полицией, когда он с другом побегал от собачек и забежал в порт. Было очень неприятно. Так что в этом плане он понимал Стар. Ехали домой они молча. Но Брайну очень хотелось узнать, на кой хрен Оливии в час ночи потребовалась тележка из Перекрёстка.

***

      Вообще, хлопот с Оливией и Ботаном поприбавилось. Конечно, он шутливо отвечал на все вопросы, что ему так интереснее жить и тому подобное, но по факту он уставал. Такое ощущение, что он — многодетный отец. Тогда где его пособия от государства? Дочь и сын. Но от кого, непонятно. Наверное, от ветра.       Единственное, что он терпел это всё ради Ютуба. Скетчи с этими ребятами получались ну очень крутыми: из них выходило прекрасное сочетание несочетаемого — оксюморон. Подписчики были в восторге, особенно тогда, когда разглядели у ребят отнюдь не дружеские чувства друг к другу. Но насчёт этого Брайн точно знал, что нет. Не судьба. Оливия ненавидит Ботана до трясучки, и это ощущение было взаимным.

***

      Возможно, по этим двум эпизодам вам может показаться, что все проблемы исходили от одной лишь Оливии, но это было отнюдь не так. Ботан тоже создавал трудные ситуации. На следующий день Брайн проснулся от запаха горелого. Он открыл глаза и начал судорожно вспоминать, всё ли он выключил на кухне после очередного выпуска готовки. Он пошёл и проверил. Плита выключена, всё выключено. Но запах горелого продолжал идти, становясь сильнее. Брайн пошёл на запах, чтобы найти его источник и пришёл к... Комнате Ботана. — Ботан, какого хрена? — Он распахнул дверь силой. Ботан спал, уронив голову на стол, а по всей комнате были разбросаны пробирки. Какие-то жидкости смешались, и уже появились первый языки пламени. Брайн перепугался до смерти, схватил первое, что попалось под руку из ткани, кинул на огонь, потом закрыл тщательно все форточки и побежал в подъезд за огнетушителем. Ботан всё ещё мирно спал. Наверное, если бы рядом с ним проехал танк, ничего бы не изменилось. Если бы прошёл народный оркестр России, ничего бы не изменилось. — Вставай, кретин! Ты чуть квартиру не спалил! Ботан открыл глаз и приподнял голову, издавая нечленораздельное «уэканье». — Ты из-за своих опытов чуть квартиру мне не сжёг! — рявкнул Брайн, давая подзатыльник умнику. Это сработало лучше холодной воды: Ботан проснулся с перепуганным лицом и начал пытаться объяснять, что он пытался разработать подобие нитроглицерина. Ещё куча заумных слов было услышано Брайном от него, но он даже не пытался вдуматься в смысл его монолога. Человеку со среднестатистическим IQ это было не под силу. По итогу, Брайн взял с Ботана обещание быть аккуратнее с опытами, а если они пожароопасны, то вообще проводить их в другом месте. Ботан кивнул несколько раз, помогая ликвидировать последствия своих экспериментов.

***

      Конечно, здесь приведены только самые крупные бедствия, которые происходили. Но каждый день были ситуации чуть получше, которые все равно доставляли неприятности.       Терпение сдало в один ужасный день. Во-первых, Ботан всю ночь готовился к экзаменам. У него были проблемы с понятием «читать про себя». Он всю информацию из справочников читал вслух, уверяя, что так он лучше запоминает. Потом он смотрел онлайн-уроки и вебинары на всю громкость без наушников. Брайн закрыл уши подушкой, пытаясь уснуть. Так Оливия ещё включила тяжёлый рок, начиная танцевать по всей квартире. Так ещё и на колонках! Видимо, у них с умником была борьба, кто кого перекричит. Оба держали равнозначное лидерство. Брайн не выспался, соответственно, плохое настроение было заложено на весь оставшийся день. Утром он проснулся с расчётом на то, что он выпьет быстренько йогурт, поест бутербродов и поедет на переговоры с режиссёром своего скетча. Он открыл холодильник, и на пол полилось такое количество воды, что оно могло посоревноваться с Викторианским водопадом. Брайн обратил внимание на розетку и понял, что холодильник всю ночь был выключен. — Какого... — Я включала колонки в тройник и вынула холод. И чё в этом такого? Брайн на повышенном тоне стал объяснять Оливии, что так может сломаться техника, а холодильник купить — очень муторно и дорого, его ещё перевозить в квартиру... По пустому взгляду Стар было понятно, что она ничего не осознала. Диалог с стенкой был бы продуктивнее. — Хорошо, что он хоть работает. Стоп. А где колбаса? — Я её израсходовал, — признался Ботан. — На что?! — в отчаянии вскричал Брайн, понимая, что сейчас его хватит старый добрый кондратий, и он поедет в психиатрическую клинику. — У нас тут кот ходил в подъезде... Брайн даже не стал дослушивать до конца и заорал: — Ты придурок?! Вот скажи мне! Чужих котов ты кормишь, а Тигра ходит и орёт по утрам, мол, есть хочу! Да и с каких это пор ты распоряжаешься МОИМИ продуктами без МОЕГО разрешения? — на формах слова «мой» он делал особенный акцент. Ботан опустил голову, ничего не говоря. Он предпочитал молчать в тряпочку. Это молчание его вывело из себя, и он сказал фразу, которая повернёт всё на сто восемьдесят градусов:

— Лучше бы вас вообще в моей жизни не было!

      До такого ещё ни разу не доходило. Ботан стоял, как вкопанный, поднимая свои глаза, в которых за эти мгновения появилось столько боли и тоски, что Брайну даже стыдно стало. — Как ты... — от горечи и так высокий голос умника стал выше. — Как у тебя язык такое повернулся сказать? — Ботан заплакал, как маленький. Оливия неожиданно для всех подошла к нему, обняла и сказала: — Он дерьмо, Ботан. Ты думал, он с тобой дружит? Ты для него просто работник, актёр скетчей. Он только и видит в нас участников видео. Ничего больше. Да, неприятно, но факт. Идём в комнату. А он пошёл нахер. — Ребят, простите, — сказал Брайн неуверенно. На его плечах возникли те самые вечные соперники: ангелочек и демонёнок. — Извинись перед ними. Ты не прав. Ты сказал ужасную вещь. Ты так не думаешь. Исправь ситуацию, и как можно скорее, — говорил ангел. — Нет! Ты же мечтал об этом! Ты и правда задолбался! Пора поставить их на место! — вкрадчивым голоском говорил демон. Брайн послушал свою тёмную сторону, и чтобы окончательно отвлечься от ситуации, воткнул в уши наушники и стал танцевать.

***

      Наступило время обеда. Брайн закончил к тому моменту монтаж своего видео. Он решил помириться за столом с ребятами. — Ботан, Оливия, есть будете? — крикнул он. Ответа не раздалось. Брайн подошёл к двери комнаты Ботана и постучал. Тишина. Брайн постучал в соседнюю дверь. Тишина. Никто не отвечает. Брайн вошёл в комнату Ботана и опешил.       Она была такой, как при заселении. Ни вещей, ничего. Ничего не осталось, никаких следов пребывания Ботана в комнате. То же самое было с комнатой Оливии. «Прошёл час от силы после ссоры. Они не могли так быстро смыться. Наверное гулять пошли», — Брайн махнул рукой, разогревая себе обед. Со временем он привык к одиночеству. Он находил в этом даже какие-то плюсы. Наконец-то он отдохнёт, побудет один, наслаждаясь отсутствием криков и воплей. Прямо сказка какая-то! «Позову Диму, посидим, поиграем в Мортал Комбат, — планировал Брайн свою жизнь. — А потом устрою флекс с котом под Бритни Спирс!»

***

      Прошло два дня. Настроение было прекрасным. Брайн веселился, устраивал тусовки, снимал видео днями напролёт. Весь его недосып был восполнен. Было ощущение, будто он заново родился и помолодел на десять лет.       Но где-то в перерывах между вечеринками настигало чувство беспокойства. Чего-то не хватало в пазле его жизни. Тишина давила с силой миллиард Ньютон. Брайн начал скучать. Скучать по разговорам Ботана о теории масонства, скучать по глупому, неумелому рэпу Оливии. Помимо плохих моментов было нечто хорошее. Они праздновали Новый год, дни рождения, шумно, весело, до самого утра. Как ни крути, но Ботан и Оливия стали частью его жизни. И без них он не знал, как жить. Но они будто сквозь землю провалились. Может, развесить ориентировки по городу, обратиться в полицию? Определённо.       Воображение стало рисовать страшные картинки, что сейчас могло быть с его друзьями. Вдруг Ботана убили? Вдруг Оливия в заложниках? Брайн мотал головой, отгоняя негатив прочь, но градус волнения нарастал. Он подлетел к компьютеру и вбил в поисковик ВКонтакте «Оливия Бритч». В ответ — серая, как его настроение надпись:

«По вашему запросу ничего не найдено.»

      Брайн попытался позвонить Ботану, но вместо родного писка услышал голос робота:

«Указанного номера не существует.»

«Я вчера с ним общался по этому номеру!» — Брайн ударил кулаком по столу, схватившись за голову и начиная рвать волосы. Он вскочил со стула и стал ходить по квартире кругами, пытаясь успокоиться. «Это глюки связи, Ботан мог уехать на конференцию, Оливия могла запить с корешами...» — Брайн придумывал фантастические причины их отсутствия и пытался поверить сам в свой бред. Его истерические метания прервал ЧВЖТ, который вылетел из холодильника и спросил: — Нужна помощь?