Сожители

      Pov Даррен       Я обернулся, мой взгляд упал на этого паренька. Он, словно призрак, стал очень бледным, а потом из его рук упал телефон. — Эй… — обратился к нему. — Ты чего?       Я нахмурился, всматривался, пытался понять, что с ним. — Люк?       Его глаза вдруг покраснели, резко потекли слезы, ноги подкосились, и он упал на пол, заревев взахлёб. — Эй-эй, — я сразу подскочил к парню.       Не знаю, почему, со мной ещё никогда такого не было, но я сильно перепугался за него. Раньше не видел ещё такого состояния людей. — Люк…       Он начал в голос плакать, закрывая лицо руками. Что же такое могло случиться… Я зачем-то обнял его. Черт… как я могу оставить его? Похоже, сегодня просижу дома. Я вытащил телефон из кармана джинс, позвонил в клинику. — Алло? — Здравствуйте, это Даррен Брайант, я приболел… сегодня не смогу выйти, простите. — Здравствуйте… да, я поняла. Выздоравливайте! — Спасибо, — я сбросил вызов.       Вдруг… его всхлипы прекратились. Я отодвинул немного парня от себя. Отрубился. Обалдеть… я поднял его на руки, отнёс в кровать. Такой сильный шок, что он отключился? Я посмотрел в интернете номер ресторана, в котором он работает, позвонил. — Алло? — Здравствуйте, меня зовут Даррен Брайант, вместе со мной проживает сейчас Люк Флорес. Ему внезапно стало очень плохо, он сегодня не сможет выйти. — Так… как такое случилось? — Дайте ему отгул.       На том конце телефона мужчина вздохнул. — Даю три дня, включая выходные — их пять. — Благодарю за понимание, — сказал я и сбросил.       И что с ним такое? Я взял аммиак, поднёс его к носу Люка, от чего тот резко очнулся, часто задышал. Мне повезло, что я врач и насмотрелся на многое. Правда только не на подобное состояние. — Тихо-тихо.       И он отвернул немного от меня лицо к спинке, медленно вновь начал плакать, положил ладонь на лоб. Вряд ли сейчас захочет говорить. — Люк…       Он помотал головой. Я вздохнул и… снова притянул его к себе. На этот раз он обнял меня у спины, крепко сжимал… Сам не знаю, почему я это делаю, но мне жалко его. И даже как-то больно видеть такие страдания… Странное чувство меня посетило, но даже сердце забилось чаще от переживаний.       Я когда-то потерял свою девушку — она умерла в автокатастрофе. И кружку ту подарила мне Джессика. Было непросто, но я справился. Мы встречались три года. Когда её не стало, мне было двадцать. Прошло шесть лет с тех пор. Пусть я и оправился, давно уже думал выкинуть кружку, чтобы не вспоминать о ней так часто, но все не поднималась рука. А этот парень… просто взял и разбил её.       Люк осторожно отодвинулся от меня, словно боясь задеть, улегся на бок, лицом ко мне. Я провел рукой по его щеке, смахивая слезы большим пальцем. — Поспи.       После этого он закрыл глаза. Я убрал руку с лица на его волосы, успокаивающе погладил. Кажется, парень все же уснул. Что мне с ним делать? И что я делаю вообще?       Я просто продолжил сидеть рядом, только набрав в стакан воды. Если проснётся, пусть попьет. Ничего лучше не придумал. Смотрел на него: сейчас выглядит, как ребёнок, сопит… даже промычал во сне. Я достал плед из шкафа, укрыл его. И ведь я так долго искал человека, который просто бы снимал у меня комнату — не больше. Деньги никогда не будут лишними, да и комната мне та вообще не нужна. И вот он свалился на мою голову. Не думал, что такой парень может прийти. Да ещё и тогда, в автобусе… в прямом смысле свалился.       Прошло, наверное, часа полтора. Я уже залипал в телефон, чтобы самому не уснуть. — Даррен… — наконец-то я услышал от него хоть какое-то слово. — Как ты? — тут же отложил все в сторону, подсел поближе.       Он не ответил, лишь помотал головой. — Вот, — я протянул ему воду. — Попей.       Люк присел, взял стакан и попил, затем снова лег в прежнее положение. Я коснулся его лба. — Ты горишь. Я сейчас, — убежал в ванную, взял полотенце намочил холодной водой и вернулся к нему, промокнул щеки, подбородок, положил на лоб. — Спасибо…       Я улыбнулся краем губ. — Ты… из-за меня не пошёл на работу? — с грустью в голосе спросил он, с надеждой смотря на меня. — Не особо-то и хотелось. Тебе дали три отгула. С выходными получается 5 дней отдыха. — Ого… ты и ко мне на работу позвонил? — Да. — Спасибо… — Сколько ещё будешь благодарить? — усмехнулся.       Он немного удивился. Интересно, почему? Потом расслабился, на мгновение закрыл глаза. — Отдыхай, — я хотел подняться, но Люк остановил меня, схватив за низ черной рубашки. — Побудь со мной.       Я вздохнул. Ничего не ответив, присел назад. — Знаешь, я… был готов к этому. Правда был готов, но… когда это случилось, все равно чувствую себя ужасно… — его голос начал дрожать, глаза краснеть. — Каждый день ждал этого звонка, боялся, что вот-вот позвонят, и тогда… — Люк, не надо. Просто заткнись.       Я не по наслышке знаю, что говорить о случившемся — значит, вновь расстраиваться, пока ты еще не отошел. — И скажут эти ужасные слова… Я думал, что выдержу, что уже готов к этому, но, оказалось, совсем нет… — Люк… — Мамы больше нет…       После этих слов даже у меня сердце зашлось. Я даже и не думал, что все настолько серьёзно, хотя судя по его реакции, стоило догадаться… Я прижал парня к себе. Он снова начал реветь. Вдруг, его телефон зазвонил. Он даже не шелохнулся. Я же никогда никого не поддерживал, совершенно не понимаю, как это делать правильно. — Хочешь что-нибудь?       Он помотал головой. Блин, ну и что дальше? Я вытащил телефон, позвонил в лучшую по моему мнению пиццерию, заказал две больших пиццы. — Ты серьёзно? — он посмотрел на меня. — Ну да. — Но… — Я… — и как же это сформулировать… — не хочу видеть твоё опухшее зарёванное лицо. — Прости. — Блять, да не нарывался я на извинения! — кажется, я слишком сильно превысил тон, что теперь он выглядит еще более расстроенным. — Я хотел сказать: «не реви». И все… — перевёл взгляд.       Похоже, Люк начал успокаиваться. Неужели два слова реально сразу подействовали на него? — Надеюсь, ты ешь пиццу? — Да… — мне показалось, или он улыбнулся? — Посмотрим фильм? — Вместе? — Я вроде сказал «посмотрим», а не «посмотришь»? — левой уголок моих губ приподнялся. — Да, давай.       Я включил какое-то кино обычное. В некоторые моменты комедийное. Именно сейчас ему нужно отвлечься. Думаю, после фильма стоит съездить куда-нибудь развеяться. Кто-кто, а я точно знаю, что ему необходимо. Был бы такой человек рядом со мной, когда умерла моя бывшая девушка, я бы перенёс эту утрату легче. Главное — это поддержка. К сожалению, я не умею поддерживать, но стараюсь, как могу.       Примерно через час привезли пиццу. Я расплатился с курьером и притащил её парню. — Вот, давай есть, — положил её перед его носом, открыл. — Я… не очень хочу. — Я все понимаю, но ты-то должен жить.       Люк округлил глаза, снова расстроился. Черт, совсем не подумал. Но это правда. Я не из тех людей, что сюсюкаются, даже просто потому, что не умею так делать. Я всегда только напрямую говорю все. — Слушай, да, её не стало, но жить дальше нужно, — я сел рядом с ним. — Уйди. — Чего? — удивился я. — Уйди, Даррен! Ты не понимаешь! — разозлился. — Ладно, знаешь, я не хотел рассказывать; я вообще никому этого не рассказывал, но ты вынуждаешь меня. Шесть лет назад я потерял любимую девушку.       Теперь настало время ему удивляться. — Ч-что? — голос явно стал тише.       Я тяжело вздохнул. — Мы встречались три года, а потом… она умерла в автокатастрофе. Просто раз и её не стало. Ты хотя бы знал, что такое случится, а я… поссорился с ней перед этим. Ты представить себе не сможешь, как я винил себя, — смотрел прямо в глаза. — Прости, я… — он с жалостью начал смотреть на меня. — Мне не нужна жалость. Я вообще не любитель кому-то плакаться. Я рассказал тебе это только для того, чтобы ты осознал, что я понимаю тебя, как никто другой. — Понятно… я не хотел, Даррен… — Просто ешь.       Теперь и самому расхотелось есть. — Если хочешь… поговорим об этом? — Я вроде уже сказал, что не любитель плакаться, — смотрел в пол.       Он заставил меня вспомнить прошлое. Этот парень… — Ладно… держи.       Я повернулся. Люк протянул мне кусочек пиццы. А я уже думал не есть. — Спасибо, — взял у него кусок.       Кажется, он слегка улыбнулся. Мы все же поели, досмотрели фильм. Вроде бы ему стало лучше. Люк уже не так сильно подавлен. — Собирайся. — Чего? — он не понял. — Одевайся. Мы идём гулять. — А, ты мне напомнил. Я позвоню, ладно? — он достал телефон. — Кому? — Мне звонил Ноа. — Это кто? — Коллега с работы. — Ясно.       Они так хорошо сдружились? Голос его все ещё немного дрожит местами, не такой звонкий, как обычно, глаза красные… И все же он неплохо держится. Стоит отдать ему должное. — Да… Привет, Ноа… — похоже, тот парень ответил на звонок. — Я не хочу сейчас об этом говорить… Вечером? — посмотрел на меня. — Секунду, — заткнул микрофон телефона пальцем, — можно ко мне друг вечером придёт? — Я… — бля, хотел сказать: «Я похож на твою маму, чтобы запрещать или разрешать?», — Эм… мне какая разница? — Отлично, — он вернулся к телефону, — да, приходи. Спасибо, я скину тебе адрес. До вечера, — сбросил вызов. — Мы идём или как?       Почему-то меня это бесит. Хотя уж таков я сам по себе — меня многое бесит по сути. — Да-да.       Мы пошли к выходу, обулись и сели в мою машину. Доедем до пляжа — я так решил. Там классно гулять. Как раз хорошее место для того, чтобы успокоить свои мысли. Знаю место, где точно никого нет. — А куда мы? — спросил Люк. — Куда-то. — Ясно… — Как ты? — Нормально. — Если станет хуже — говори. — Хорошо.       Через некоторое время мы доехали до пляжа. Я оставил машину неподалёку. Придется пройтись пешком немного дальше, но зато там никого не будет. Мы вышли из автомобиля. — За мной, — сказал я и пошёл выше.       Мы поднимались по тропинке. Все обычно купаются внизу, а мы будем выше. Люк шёл словно по моим следам. Прохладный ветер обдувает спереди, влажный воздух проникает в лёгкие. Слева от нас деревья, которые делают атмосферу ещё более уютной. Мы поднялись наверх. Вид прекрасный — под нами вода. Если смотреть вдаль, то там будет бесконечность. Не видно конца. Я пододвинул немного валяющееся неподалёку бревно. — Садись, — кивнул на него. — Тут здорово, — подметил Люк и присел.       Я сел рядом с ним. — Да, мне здесь нравится. — Даррен. — Что? — А ты… хотя нет, ничего, — помотал головой.       Издевается? Кто же так делает — сначала заинтригует, а потом не говорит. Это незаконно. Боится напомнить мне о том, что было шесть лет назад? Тогда поздно — я уже вспомнил. — Говори, не раздражай. — Ну… ты не хочешь говорить о том, что было? Просто… ты кому-нибудь вообще говорил? — Не говорил. — Но это же тяжело, — он с недоумением смотрел на меня грустными глазами. — Совсем никому? — Никому. — Так… ты не хочешь? — с осторожностью спрашивает, боясь задеть. — Я же сказал, что мы встречались три года. И… да, мы с ней поссорились тогда. Я хотел уже съехаться, потому что, как мне казалось, давно уже пора было начать жить вместе. Но она была против. Я так и не узнал причины… — перед глазами встала картина того дня. — Я стал настаивать, так и поссорились. Потом ей нужно было ехать в универ по учёбе. Шёл дождь, дороги стали скользкими…       Вдруг, я почувствовал на своём плече тёплую ладонь. Возникло невероятное ощущение, словно это Джессика прикоснулась ко мне. Я большими от удивления глазами посмотрел на Люка. Он обеспокоенно глядел на меня. Участилось дыхание от шока. Как такое возможно? — Даррен, до этого ты был один, да?       Я нахмурился. Откуда он знает? Как понял? — Теперь с тобой буду я, — слегка улыбнулся.       Что он несёт? — Ты помог мне в такой нелёгкий момент жизни, и я тоже хочу тебе помочь. — Я не просил помощи. До этого как-то справлялся. Мне… — не дал мне договорить. — А я не спрашивал твоего разрешения.       Совсем обалдел? Сердце так быстро забилось… я ещё не отошёл от случившегося. Почему его прикосновения сейчас кажутся мне такими знакомыми? Я ничего не смог ему ответить. Безусловно, я рад, что Люк больше не страдает так, но теперь мы поменялись местами, и мне это не нравится. Чувствовать жалость ненавижу. — Даррен. — Чего? — Ты хороший. — Ты бредишь, — я ухмыльнулся, положил руку на его лоб — тёплый. — Вроде не горячий.       Мы на миг замерли в моменте, смотря друг другу в глаза. У него необычные глаза — серые. — Ладно, ещё пять минут и поедем назад. К тебе же там приедет кто-то, — с недовольством произнёс я. — Да, мой друг. — Друг… — Ну да. Я подружился только с ним так сильно на работе. И вот он даже переживает за меня, — немного улыбнулся.       Что за глупая улыбка? — Ясно.       Если так подумать, а ведь не случись этого с Люком, мы бы так и не начали общаться. Я бы продолжал его не замечать, а он пытаться наладить со мной контакт. Только зачем он пытался это сделать? До сих пор не понимаю. Немного ещё просидев на толстом бревне, наслаждаясь тишиной природы, красивыми видами, свежим ветерком, мы все же собрались ехать назад. — Как ты? — поинтересовался я, подумав, что ему могло полегчать. — Да нормально.       Я уже не верю его слову «нормально». Этот парень, конечно, умеет врать, но я же знаю, как ему плохо. Мы сели в машину, направились в сторону дома. И все же как скучна моя жизнь была до появления этого пацана. То поругались, то подрались, то теперь вообще друзья — не разлей вода. Удивительно, как за считанные дни моё отношение к нему из ненависти перешло в более дружелюбное.       Когда мы приехали, то мне так и не хотелось оставлять Люка одного. Он решил прибраться в своей комнате. Я просто сел на диван и наблюдал за его действиями. — А помочь не хочешь? — М-м… нет. — И чего я спрашивал, — усмехнулся он.       Видимо, ему на самом деле стало лучше, раз он уже может усмехаться. — Ладно, — я вздохнул, поднялся. — Пойду, в зале немного смахну пыли. — Да ладно? — с сарказмом спросил он. — Пошел ты, — ответил я и ушел.       Придя в зал, я раздвинул диван, вытащил пылесос и начал небольшую уборку. Стало шумно. Когда я в последний раз пылесосил? Вообще-то я ненавижу убираться, но ладно. Все равно заняться нечем. Не сказать, что дома у меня царил до этого хаос, нет. Я просто вызывал работников из клининговой компании, которые делали это за меня.       Когда пропылесосил зал, то следом и коридор, кухню… последней была комната Люка. Я открыл дверь. Парень резко вздрогнул, отвернулся от меня, сидя на постели, начал вытирать слезы… Я выключил пылесос. — Люк… — подошёл к нему. — Всё нормально, я уйду, пылесось, — поднялся, но я его остановил, взяв за руку потянул снова на постель. — Даррен!       Наши взгляды встретились. Глаза в глаза… они у него такие красные, щеки влажные. Я опечаленно вздохнул. Мне тоже когда-то хотелось срываться на всех, лишь бы не рыдать. — Я уже говорил, что знаю, что ты чувствуешь? — Да и что дальше? Ты меня не знаешь, так что отвали!       Он снова хотел уйти, но я обнял его. Не помню, когда в последний раз кого-то вот так обнимал. За шесть лет ни с кем не встречался. А его уже не первый раз за один день. — Даррен… — Успокойся, — моя рука легла на его мягкие волосы, я погладил его.       Он сжал мою рубашку, уткнувшись носом в мое плечо. — В такой ситуации плакать — нормально. — Нет… — тихо промычал он. — Да.       Вдруг, ему позвонили. — Я должен ответить… это Ноа… — захлебываясь слезами и соплями, он слегка отстранился от меня, вытащил телефон. — Дай сюда, — вырвал телефон из его руки. — Н-но…       Я принял звонок. — Люк сейчас отошёл, что передать? — Эм… передайте, что я еду. — Ладно.       Вот такой короткий разговор. Я сбросил вызов. — Он едет. — Я слышал. Ты… не посидишь с нами? — Хочешь, чтобы посидел? — Если тебе не трудно… — Всё равно делать нечего, — пожал плечами. — Спасибо… — Ага.       И все равно нужно закончить пылесосить дом. Когда Люк пришёл в себя, я этим и занялся, а потом и приехал этот его друг.