Куда пропадают дети?

      В тот вечер, однако, Конки не искал никто, кроме детей. Они схватили по фонарику и разделились по парам. Три часа лесные звери слышали ауканья и кликанья. — Конки! Ээй! Конки! — кричал один мальчик. — Отзовись, подружайка! — кричал второй. — Подружайка? — Да, а что? — оба остановились. — Мы же всё-таки дружим, иначе чего мы её ищем? — Действительно… О, смотри, ёжик! — Серёжа посветил фонариком на землю. — Ух ты! — Дима присел посмотреть на ползущий клубок иголок. — Мальчики, ёжик — не Конки! — крикнула Настя за кустами. — Насть, смотри, белка! — позвала Настю брюнетка. — Лер, ну ты-то разве не хочешь найти её? — Мы ведь Даню даже не искали, — заметила Лера. — Нам взрослые об этом даже думать запрещали…       Чуть подальше шли Паша и Денис. — Конки! Ау! — кричал Паша. — Итальянка! — кричал Денис. — Кстати, пока мы её ищем, — остановился первый. — Давно хотел спросить, почему её зовут итальянкой. — Пару лет назад, когда мы все знакомились, мы все спросили у неё полное имя, — начал второй. — Ну, узнали, и что? При чём тут Италия? — Родители спрашивали, как мы провели день. Все, конечно, рассказали, кто с кем подружился. Денис остановился и направил на себя фонарь. Паша на него внимательно посмотрел. — Не знаю насчёт других, но я почему-то конкретно уверен, что они все отреагировали одинаково, — Денис закривлялся, чётко изображая своих родителей. — «Конкордия? Они ещё и не русское имя выбрали! Итальянское какое-то…» Послышалось хихиканье: — Ох, Денис, артист ты! — Настя и Лера проходили мимо. — А итальянское ли оно? — продолжил Паша. — Просто мои родители решили, что оно римское. — А чё не греческое? — усмехнулась Настя. — И значило бы ещё «согласная убежать от родителей любым способом»! — Можно я скажу? — влезла в разговор Лера. — Мне всегда казалось это имя игрушечным или даже кукольным. Ну, знаете, как Долли… Или… Все трое молчали, ожидая, когда девочка закончит мысль. Вместо неё они услышали ночных музыкантов, как сверчков. Ребята кинули взгляд на место их стрекотания, к сожалению, никого не увидев. У Леры губы поджались, поднятый палец загнулся, глаза упали на землю, щёки покраснели. — Ты не играешь ведь в куклы, — разорвала тишину Настя. — Откуда та можешь знать, как их называют? — Но про куклу мысль интересная, — задумался Паша. — Если бы родители видели в ней куклу, то, наверное, она была бы- — Эй, ребят! Идите сюда! — послышалось издалека от Димы. — Мы нефть нашли! — Что нашли?! — Денису показалось, что он не расслышал. — Нефть! Давайте скорее! Друзья переглянулись недоверчиво. Откуда здесь такое? — Мы пришли сюда Конки искать… — Успокойся, Насть, может, это просто болото. Все четверо поплелись на свет фонариков младшего дуэта.       То, на что они наткнулись и правда похоже либо на болото, либо на маленькое озерцо. Солнце совсем уже не светит, но и фонарики показывают содержимое чёрным цветом. — Это и есть ваша «нефть»? — спросил Денис. — Да, — уверенно отвечает Дима. — Нефть чёрная. Эта непонятная слизь чёрная. Значит, это нефть! — Она и на ощупь как нефть! — Серёжа набрал руку этой слизи. — Мальчики… — сомнительно взглянула Лера. — Вы много раз трогали нефть, чтобы говорить такое? И нефть просто так, как озеро, не лежит на земле. Её добывают, пробивая землю. — А спорим, это и правда нефть? — не сдался Дима. — А зачем спорить? — Остановил его Денис. — Давай руку, Серёж, подожжём её. Мальчик опасливо прижал к себе руку, глядя на зажигалку: — З-зачем? — Нефть прекрасно горит, но её и трудно потушить. — Не надо! — Серёжа спрятался за другом. — Стой! — Настя схватила Дениса за запястье. — А если оно точно не тушимо, мы тогда либо Серёжку оставим без руки, либо лес сожжём! — Этого можно не бояться. Я абсолютно уверен, это никакая не нефть. И уж точно не торф. Парень поднял большую палку на земле и аккуратно поджёг её ветки. Все встали позади него, и он медленно поднёс горящую палку к середине озера. Появились странные бурления. Серёжа почувствовал, что нечто сильно сжало его руку. Он посмотрел и увидел чёрную змею. Она проползла к груди и внезапно мальчик упал. Все оглянулись на него, слизь из озера стало обвивать всё туловище мальчика. Вдруг она потащила его по земле прямо к озеру. Серёжа дико завопил от ужаса. Дима и Паша кинулись к нему и схватили, не позволяя утащить. — ПОМОГИТЕ!!! — Держись! Слизь из озера поднялась, формируясь во что-то непонятное, необъяснимое. Засветились большие белые глаза, выражая злобу хищника. Завизжали теперь и девочки, эти глаза смотрят отовсюду! — ЧТО ЭТО ТАКОЕ?! — Я НЕ ЗНАЮ! Денис попятился от существа, как вдруг узнал в нём образ медведя на задних лапах. То, что он сделал дальше, станет для него невозможным описать, не зная ещё столько слов. Сейчас он не думает ни о чём и крепко сжал в руках палку, побежав вперёд. Палка не прошла сквозь слизь, а ударила, словно, настоящее животное. От её горячего конца чудовище заревело. Денис уловил момент, замахнулся и ударил по макушке изо всех сил. Слизь стекла с Серёжи, мальчики его оттащили, всё стекло в общую массу, и дети наблюдали нечто, корчащееся от боли. — Бежим отсюда! — единственная вещь, которую Настя могла предложить и которую все посчитали правильной. Они побежали, не жалея ног, как можно быстрее. Корни деревьев словно стали выше, они постоянно на н, их натыкались, чуть ли не падая. Глаза нисколько их не оставляли и были за каждым деревом, пока дети не нашли конец леса. Открылось второе дыхание, и дети вытянули руки к спасению.       Они буквально вылетели во двор к детской площадке, где уже упали без сил. Они пытались перевести дух, поглаживая чуть остывший асфальт. Из глаз неконтролируемо шли слёзы. — Это точно была не нефть… — сделал вывод Денис. — Замолчи, пожалуйста, — прорычал Дима. — Что это вообще было?! — тихо кричала Настя. — Я такое никогда в жизни не видела! — Мы все не видели… — заметила Лера. — Может… Это и… утащило Конки? — Может быть… — переводил дыхание Паша. — Нам надо рассказать об этом. — Никто не поверит, — отказался Денис. — Даню же не нашли. — Оно… оно меня чуть не утащило… — лежал зарёванный Серёжа. — Оно хотело меня утопить, или хуже… замуровать в землю!.. — Что значит «замуровать»? — спросил Дима. — Запереть без шанса на выход, — перевернулась на спину Настя, — Но «запереть» не часто касается двери. Когда человека заваливает камнями во время обвала. Или как когда Волк в «Ну, погоди!» заложил стенку из кирпичей. Это же хотел сделать Федя с Шуриком в «Напарнике»… Да, кстати, Паша. Ты что-то хотел сказать в лесу, а мы тебя сбили. — А о чём мы говорили? — О Конки и куклах, — вспомнила Лера. — А, ещё и именах. — Да мать вашу! — Денис поднялся с асфальта. — Сколько можно об этом говорить? Просто Веня придумал называть её итальянкой, и всё! Зачем ставить какие-то теории?! Нет, всё, я домой, вы как хотите! Спокойной ночи! И он ушёл домой. — Мы тоже пойдём, десять часов уже, — поднялись Дима и Серёжа. — Куклы… А, точно. Взрослые и дети реагируют на кукол неодинаково. Взрослый решит, что ребёнок должен любить кукол (особенно если это девочка), а сам ребёнок в отчаянии будет гадать: «Неужели ничего больше на свете нет, что можно подарить, кроме кукол?» Или ребёнок будет любить куклу, а взрослому на это плевать, он выкинет её в мусор, да ещё и оплеуху даст. А есть куклы такие страшные, но дети никуда не ходят без них, и родители с отвращением мечтают когда-нибудь избавиться от неё. — Я так понимаю, Конки — одна из этих типов? — предположила Лера. — Да. Я не хочу её обижать за эти слова, она не страшная. Но она — кукла, которую родители и другие взрослые ненавидят, а дети любят. — Любят? Разве ты не возмущался, как Даня с ней дружит? — вмешалась Настя. — Мы тебя слышали, ты ещё назвал её грубиянкой. Паша покраснел от своего же противоречия: — Я… сказал это, не думая. За этот вечер я уже решил, что зря назвал её такой. Может, она не виновата в грубости. И с этими словами Паша тоже пошёл домой. Девочки решили, что делать здесь больше нечего и распрощались.       В домах все дети уже скоро лежали в постели. Денис едва успел помыться, рухнул в кровать и вырубился. Его мама зашла к нему проверить и заботливо укрыла мальчика одеялом, поцеловав в лоб. Серёжа долго не мог заснуть. Руками он щупал все синяки и царапины, немного обжигающие от прикосновений. Родители увидели, как он лежал на асфальте, затем пришёл грязный. Жёсткой мочалкой они оттёрли, как они решили, болотную грязь. После отец высек его ремнём за задержку допоздна, ещё и прогулку в лесу. — Мы просто искали Конки! — захлёбывался мальчик в слезах. — Даже слушать не собираюсь об этой дуре! И нечего её искать! Ты понимаешь, что мог утонуть в болоте?! «Почему она дура?» — не понимал Серёжа. — «Она плохо учится? Или она чем-то болеет?» Он не обижался на родителей. Они просто переживали. Дима обнял одеяло и поджал ноги. Он не решался открывать глаза, боялся снова увидеть те глаза. Ночник помогал ему помнить, что он не в лесу, так что открытие глаз пугало поменьше.       Девочки ещё не спали. Насте приспичило позвонить Лере, едва она нашла позу для сна. Мелодия заиграла на всю комнату, и Лера схватила телефон как можно скорее. — Ты с ума сошла?! — злобно зашептала она. — У меня все спят уже давно! После девочка с опаской покосилась на спящую сестру. Они вместе делили одну комнату. — Извини, сейчас напишу, — сказала Настя и сбросила звонок. Лера сонно потёрла глаза: «Не видать мне сегодня хорошего сна…» На телефон пришло сообщение, девочка стала тыкать по клавишам. Извини, что позвонила. Я решила, ты не услышишь СМСку, а так я не засну.

Поздно, теперь я не сплю.

Говори уже, что хотела…

Ты говорила родителям о Конки?

О её пропаже? Да.

И что они сказали?

Ничего.

А мои сказали: «Ну и поделом.»

Погоди… Ты сейчас серьёзно?

Ну…да. А что?

Ты правда думаешь, что

Пашины теории правдивы?

А почему нет? Когда Даня пропал, все сразу бросились его искать! И вообще, я могла затащить Конки к себе, только когда родителей не было дома.

А если они дома?

Тогда они нас обеих не впускают. Потом отводят меня в сторону и просят, чтобы я не дружила с ней. Даже один раз сказали, что она больная.

Ой, это тогда ты спросила

её во весь двор,

придурковатая ли она?

Боже, мне аж самой стало

стыдно, ты такой дурой

выглядела…

Знаю, я даже не буду возмущаться… И ведь потянуло меня уточнять, хотя могла заткнуться, когда она меня не поняла!

Да успокойся ты.

Тебе повезло, что тебя

никто не уловил. «Итальянка»

звучит намного мягче,

чем «Дауниха».

Боже, прости, Конки! Я не хотела тебя обижать! ТоТ

Кто «тот»?

Это плачущее лицо.

Ааа… Ладно, я спать.

И ты прекрати переживать

и ложись. Спокойной ночи.

Спокойной ночи. Лера сложила свой телефон и благополучно заснула. Настя нажала на кнопку сбоку, и её телефон выключился. — Я думала, мне полегчает… — и ворочалась Настя ещё целый час. Удивительно, как, в отличие от Насти, Конки, испытав невообразимый для них всех шок, заснула очень быстро.