Снег и котики.

Окружать себя максимально порядочными и добрыми людьми, конечно, очень хорошо. Но не всегда же близкие люди будут рядом с тобой, верно? Обязательно наступит время, когда придется выйти из зоны комфорта. И иногда этот момент настигает совсем неожиданно и неприятно. Пик поздно возвращался домой, по темной и холодной улице. Всем наплевать когда и во сколько ты возвращаешься, и это дает прекрасное ощущение свободы. Кто-то может и погрустит, что дома тебя никто с вопросом "ты где шлялся?" не ждет, но не Пик, вот не любил он такие наглые вопросы. Размышления об этом прервались, когда Пик упал лицом в снег. — Блять! — В эту секунду снизу послышалось сдавленное "Ай!". Пик сел и ошалело рассматривал Зонтика, который приподнявшись лежал на снегу и потирал ушибленную руку. — ...Ты че тут разлегся, нюня? — А... Я-я... — Зонтик невинно хлопал глазками. — Я, я! — Передразнил Пик и встал, отряхиваясь от снега. Он снова посмотрел на дрожащего Зонтика и увидел, что глаза его были заплаканными. На секунду пробила жалость к нему, но она тут же была перекрыта отвращением. Фе, как обычно, плакса депрессивно лежит в снегу и ревёт. Какой же он все же жалкий. А почему ревёт, интересно?.. Зонтик все ещё лежал на снегу, приподнявшись на локтях. Пик обречено вздохнул и потянул «нюню» за капюшон куртки, пытаясь поднять на ноги. Зонтик послушно встал. — Че разлегся, я спрашиваю. — Д-да ничего уже. — Зонтик отряхнулся от снега. — Тогда иди. — Пик развернулся, собираясь идти домой. — Куда? — Домой, куда ещё? — Зонтика захотелось прибить за его тупость. Зонтик встал и поплелся рядом. Всю дорогу царило напряженное молчание. Придя домой Зонтик ушел к себе в комнату. Пик же решил немного посидеть на кухне и заварить себе чай. Когда чайник вскипел, и в доме послышался характерный свист, Пик неспешно снял чайник с плиты. Из комнаты вылез недовольный Куромаку. — Ты в двенадцать часов решил чайку попить? Серьезно? — Да, серьезно. Так... Погоди, уже двенадцать? — Пик все ещё стоял с чайником в руках. — Не вижу смысла переспрашивать. — Так твой валет минут двадцать назад в снегу валялся! Не слишком ли поздновато одному на улице страдать какой-то херней? — Пик сказал это чтобы отвести от себя тему. — Во первых я с ним об этом уже поговорил, во вторых тебя это, кажется, беспокоить не должно. И я попрошу не шуметь, все спят. Фраза о том, что должно его беспокоить заставила Пика задуматься. Действительно, почему меня это беспокоит? Пусть тряпка творит, что хочет. Наплевать. — А Зонт тоже спит? — Фраза вырвалась внезапно, будто и не он это говорил. Тем временем сладкому сну Вару помешал чайник. Ему снилось, что он выкупил целый завод зеленой краски! Тот уже подписывал контракт, как вдруг, появился огромный чайник. И вот Вару проснулся. Из комнаты послышалось сонное: — Мгх... Какой дебил пьет чай?.. Вару вышел из комнаты и медленно поплелся к кухне. из кухни слышался чей-то диалог. Вару смутно понимал,что происходит, поэтому не вникал в суть. в полудреме он разобрал лишь два знакомых голоса: глубокий, чем-то грубый и теплый, так полюбившийся, Вару голос Пика. И скрипящий полу-шепот Куромаку. наконец показавшись в дверном проеме, Вару тут же зажмурил глаза и зашипел. — Ц... Хай, битч! Заметив Куромаку, Вару тут же исправился: — Битчес. Куромаку в ответ лишь закатил глаза. Улыбнувшись, пиковый валет налил себе воды из-под крана. — Че шаманим, какие отравы? — С кружкой в руке спросил Вару. — И тебе здрасьте. — Язвительно выдавил из себя Пик. — Какое здрасьте? Ты ебанулся? — Я попрошу не выражаться нецензурной бра.. — Строго начал Куромаку. — Бе-бе-бе! Пик, какого хрена ты решил попить чай в хер знает сколько ночи? Почему-то Пика настигло игривое настроение. То ли он хотел отвлечься от навязчивых мыслей о Зонтике, то ли в чае было что-то не то, но Пикуша решил подколоть этот зеленый куст. — Какой ты заботливый! Мамаша прям! Я с друзьями в песочнице хоромы для тебя построил. — Слащаво сказал Пик. — Реально ебанулся! Мамаша я у него, блять! — Вару такая реакция застигла врасплох, но он старался не подавать виду. Пик легонько улыбнулся. Куромаку сел за стол и наблюдал за сложившимся диалогом "мамки и сына". — Знаешь че? — Вару подхватил настрой Пика. — Раз я твоя мамаша, ты должен меня слушаться. Вали в кровать, маменькин сыночек! — Уже бегу! — Не хочу вас отвлекать от светской беседы, но можно не орать, у нас все спят. — Прошипел Куромаку. Пик вспомнил про спящего Зонтика и игривое настроение куда-то улетучилось. А вот Вару все не отпускало. — Ну и че, пусть в другое время спят. — Вару зевнул и сделал глоток из кружки. — Ых! Вроде спать хочется, а вроде и нет. Херня какая-то. — Вару поставил кружку на стол. — Покойной ночки! — Сказал тот, закрывая дверь в комнату. Вару лёг на кровать. За окном бушевала беспокойная метель. «Хм... Пик погрустнел, после слов: Все спят... Он беспокоился за кого-то? А за кого? За клонов? Кота? Откуда у нас кот.. А.. может за меня? Ой.. Я же не спал... Всё, прекрасный я, пора спать. А то уже бред несу... С чего бы Пику беспокоиться за кого-то кроме себя великого! Эгоист.» С этой мыслью Вару плавно и неспешно полетел в царство Морфея.