Highway to Hell

***

Питер проснулся раньше своего любимого мужа. Так бывало довольно редко. Тони либо не спал вообще, либо просыпался часов в шесть утра и бежал в свою ненаглядную мастерскую. Иногда парень ревновал, но что поделать. Старк гений, его мозгу постоянно нужна подпитка, тренировка, а иначе — он сойдёт с ума. Не стоит и говорить, что Питер был до гроба влюблен в миллиардера большую часть своей жизни. Только мечты о нем ночи напролёт спасали положение. С Паркером творилось что-то невообразимое, когда они начали встречаться, прошли длинный и тяжёлый путь своих отношений: огласка перед всем миром и непосредственно свадьба истинных. Обычный подросток из Куинса, омега и просто школьник, он стал принадлежать самому охуенному в мире альфе. *** Питер тихо покинул тёплую постель и спустился вниз, чтобы приготовить завтрак или просто что-то перекусить. Теперь восемнадцатилетний юноша кушал за двоих. Будучи на девятой неделе беременности, он был счастлив и безгранично рад. Он слишком сильно любил своего мужа, который без конца удивлял его, как и сегодня, как и сейчас. Паучок, как обожал обзывать его Старк, стоял у холодильника в голубой рубашке мужа, которая, как и все прочие, была ему великовата, наверное поэтому он так любил их носить и застегивать только на пару нижних пуговиц, чтобы почти полностью оголять грудь, тем самым соблазняя своего альфу. Тони не нужно было соблазнять. От одного запаха Питера его разрывало на миллионы частиц, он разлетался по космосу и тонул в неге удовольствия. То, что они оба чувствовали друг к другу, бывает у одной пары на миллион, а то и на миллиард. Паркер внимательно изучал содержимое холодильной камеры, ежесекундно меняя свое мнение насчёт завтрака. Живота ещё не было видно, ну, может, совсем чуточку, однако зверский аппетит никто не отменял. Старк прокрался тихо, как мышенька, обхватил талию юноши и притянул к себе. Питера пробила приятная дрожь от прикосновений. Такое происходило постоянно между ними. Стоило им дотронуться друг до друга, и они будто попадали в другую, лучшую вселенную; реальность похоти и безудержного секса. — Оставил меня одного, — обиженно прошептал Тони на ушко Питеру, грудью крепко прижимаясь к спине парня. Ответить на это Паркер не мог. Закрыл глаза и отдался чувствам. В его попку упирался твёрдый член мужа, рядом с парнем у Тони эрекция едва ли сходила. Безумные чувства накатывали на обоих, когда они находились рядом, потому на людях сладкая парочка старалась не касаться друг друга, чтобы не трахнуться у всех на глазах. Особенно остро это ощущалось во время беременности. Если раньше они думали, что сходят с ума, то теперь… — Сладкий мой, я чувствую, как ты течешь для меня… — Рука гения скользнула под рубашку, к самому низу живота. Спасибо тебе, Питер, что не носишь нижнего белья дома, хотя в этом есть заслуга самого Старка, который не упускал случая отшлёпать его за ношение белья дома. — Уже такой твёрдый, а папочка ещё ничего не сделал. Как же Тони любил дразнить своего мальчика, шептать ему на ухо пошлости, от чего волосы на теле вставали дыбом, вздрагивали и получали оргазм — каждый волосок по отдельности. — Мх-м, — вырвалось из Питера. Ноги его подрагивали, тело пробивало возбуждение, так сильно хотелось папочку. Они оба слетали с катушек. Рядом с Тони Питер тёк, как сучка, а Старк так любил запах и вкус малыша, принадлежащего ему отныне и навеки. Паркер тёрся спиной о член, выпирающий из спальных штанов мужа, закрыв глаза и закусив губу. Такое случалось у них слишком часто, но сейчас что-то изменилось, паучок почувствовал что-то новое. — Т-тони, — Он замер и схватил руку мужа, стимулирующую его член. Питер повёл её выше к своему животу, где-то в районе пупка, он прижал ладонь Старка, чтобы тот ощутил тоже самое. — Чувствуешь? — это произошло вновь. Какая-то волна пробежалась внутри него, отдавая импульсы, немного напугав миллиардера, который было хотел отпрянуть. — Ничего себе, — заявил Тони и потянул Питера прочь от холодильника. Он наклонил его вперёд, заставляя лечь того на стол. Прежде, чем Питер успел спросить, в чем дело, Старк произнес: — Я всегда знал, что у нас особая связь, детка. То, что ты чувствуешь сейчас — божий дар. Я читал об этом. Когда омега находится в тесной связи со своим альфой и, когда они истинные, может наступить перевозбуждение, перестройка всех органов в твоём организме, и это сопровождается серией сильнейших оргазмов. Примерно пять анальных, и ты все тут зальешь своей спермой. О, такого ты ещё никогда не испытывал, это может убить, так хорошо тебе будет, но я потушу твой пожар, малыш. Я позабочусь о тебе. Паркер только проскулил, кажется, впервые возможный секс принёс ему жуткий страх, вследствии которого он мог умереть. Тони опустился на колени и задрал вверх рубашку мужа, закрывающую вид на молочные ягодицы. Мужчина слегка раздвинул половинки в стороны и тут же задохнулся, потому что его член красноречиво дёрнулся — то была реакция на увиденное. Питер блядски истекал смазкой. Из него уже лился нектар, из его розовой, слегка припухшей дырочки. Старк не хотел потерять ни капли. Он прильнул губами к анальному отверстию, и в его рот потек сок, который он жадно глотал. Это так возбуждало, что миллиардер не мог не коснуться себя через тонкие хлопковые штаны. Юноша извивался, двигал и крутил задом, он знал, что вот-вот случится самый яркий оргазм в его жизни, а потом ещё и ещё. Тони так старался, вылизывал его, пил из тела, а все, что мог Питер — это посильнее раздвинуть ноги перед альфой. На мгновение, всего лишь на одно, Старк отстранился, чтобы посмотреть на своего мальчика. Хотя лица не было видно, только прекрасная спина, задернутая рубашка, длинные, стройные, как у модели, ноги, его хотелось выебать до искр из глаз, до помутнения рассудка, до потери пульса. Оттрахать, снова сцепить и кончить так бурно, чтобы заполнить его чрево своей спермой до краёв, чтобы ребёнок ощутил любовь своих папочек. Тони, разглядывая его, залип и пропал без вести. Из его детки по-прежнему текло. Прозрачная, вязкая жидкость на вкус, как топленый сахар, прямо сейчас текла из попки парня. Старк так отчаянно желал присосаться к этой шлюшской дырочке и вечно пить из неё, но ещё больше он хотел кончить в эту самую дырочку. Гений поднялся с колен и быстро скинул с себя майку и приспустил штаны, достав каменный стояк. Паркер все также покорно лежал на кухонном столе и стонал. Его член упирался в бортик и болезненно пульсировал, настойчиво желая, чтобы к нему прикоснулись. Тони жаждал просто войти в этого невинного котёнка, но внезапно в голову пришла другая идея. — Подожди здесь, — он шлепнул Паркера по ягодице и куда-то убежал. Питер даже не стал поворачивать голову — по шагам понял, что муж поднимается на второй этаж по лестнице. Старк отсутствовал меньше минуты, и за это время Паркер как будто душ успел принять. Сладкий нектар стек по его бедрам, по икрам и образовал маленькую лужицу между красиво разведенных ног. — Блядь, — вот все, что мог сказать на это Тони. — О, малыш, как же ты течешь, мать твою! — Струйкой, жидкость растекалась в разные стороны: по ложбинке к мошонке, по одному бедру, по второму. — Папочка, я не могу больше терпеть и сдерживать это, — Питер заерзал на столе, намереваясь слезть с него, но Старк подлетел к мальчику и сунул что-то к его отверстию, не церемонясь и продвигая вперёд. — Ч-что это? — Ты не узнал свою пробочку, детка? Тебе ведь так нравится с ней играть. Любишь дразнить своего папочку этой красивой розовой штучкой, — Тони вставил округлый и не слишком длинный предмет в тело до самого конца, а потом издевательски стал крутить его внутри. Паркер взвыл, как волк. Он кончал. Он, блядь, так кончал, как никогда прежде. Одновременно двумя разными оргазмами. Старк не мог этого пропустить. Наигравшись с пробкой, он оставил её в заднице мужа и резко дернув его на себя, развернул лицом. Питер плакал, прилив эмоций не так просто сдержать, когда ты — беременный Человек-Паук. Ноги не держали, они тряслись, и даже ласковые поглаживания гения никак не успокаивали. Тони подарил малышу быстрый поцелуй и в очередной раз опустился на колени. — Пааапочкаа, пожалуйста, — хныкал Питер, хватаясь руками за сильные мужские плечи, чтобы не грохнуться. — Останови это, я не могу, я не могу! Слишком хорошооо… — Пробка сдерживала тот фонтан, что бушевал внутри его попки. Что вообще будет, когда Тони достанет её? Паркер кричал и дёргался, как бы Старк не пытался его удержать, выходило не очень. Гений обхватил красивый, ровный член рукой и зажал до боли у основания, коснулся губами головки, лизнул и принял в себя. В ту же секунду горячее семя хлынуло в рот миллиардера. Питера было так много, он не останавливался; малыш захлебывался удовольствием, буквально тонул в нём. И, о Боже! Он дьявольски желал папочкиного члена, который только и мог бы унять сумасшедшие оргазмы внутри него. — Хорошо, вот так, — похвалил гений, проглатывая сперму своего мужа. Ноги Паркера все ещё оставались мокрыми, и, видимо, Тони решил добить его своей безумной лаской, принимаясь выцеловывать и вылизывать дорожку от самой мошонки до ступней. Такой жадный альфа, он не хотел пропустить и миллиметра кожи, где могла ещё оставаться смазка Питера. — Мне плохо!.. Остановись, я с ума схожу, ты не представляешь, что я… Тони, прекратив эту сладкую пытку, поднял взгляд на своего омегу и посмотрел на него страстным, упоительным взглядом. Первый оргазм покинул его тело, на очереди следующий, совсем скоро, ему даже не дадут отдышаться. — О, я представляю, детка!.. — Он встал, взял руку Паркера и положил на свой член. Это, действительно, словно не плоть, а камень мостовой. Тони ещё никогда не был таким… твёрдым. — Когда я вставлю тебе, мы вместе будем ощущать это. Из-за твоего сока мой член набухнет, он увеличится внутри тебя. — Мужчина наклонился к юноше, ласково шепча ему в ушко; он хотел, чтобы их тела были максимально близко, он хотел практически убить их сексом. — Ты будешь кончать, я буду расти в тебе и, когда достигнешь последнего оргазма, то так сильно сожмешься вместе с моим членом внутри, что я заполню тебя до краёв, твоё чрево будет отмечено мной навсегда, моя огромная часть останется в твоём теле, и мы сможем ощущать друг друга, как самих себя. Тони отстранился и посмотрел на мужа. Сказать, что его Питер был в ахуе — это не сказать ничего. Он сгорал изнутри. Оргазм достигал не только половых органов, он делал это всем телом, каждой ебучей клеткой. Это ни с чем не сравнить, это никак не описать. Паркер чувствовал, как внутри раздувается, пробка скоро вылетит от давления; второй оргазм завершался. Сладкий мальчик, любимый мальчик Железного человека, кончил между их животами. Они оба были все потные, мокрые от смазки и спермы, но останавливаться не собирались. — Тони, моя дырочка, позаботься о ней, — попросил паучок, облизываясь. Он не был уверен в реальности происходящего и не был уверен, что все ещё не отрубился. Так жарко и тесно становилось внутри его попки, что руки сами невольно потянулись туда, но были перехвачены миллиардером. — Я сделаю это, мой сладкий, но ты сам не притронешься к себе, — Паркер только кивнул, желая быстрее уже покончить с этим. Его грубо развернули и опять нагнули. Рубашка безумно мешала Старку, но снять её с хрупкого бледного тела, было бы преступлением. Она так украшала его омегу. Будь такое возможно, Тони хотел бы, чтобы Питер ходил вот в таком вытраханном виде везде. Чтобы каждая сука видела, кто он, кому принадлежит, насколько он ахуенный и чей член может принимать в себя. Розовая пробочка поддалась слишком легко, она как пуля вылетела из тела парня, упав на пол в гостиной, находившейся сразу за кухней. Соки полились из ануса с утроенной силой. Это действительно был фонтан. Пол под ногами любовников стал мокрый, они будто затопили весь дом и тонули к чёртовой бабушке. Тони подождал немного, чтобы достаточное количество вытекло из Питера, потому что, когда пробку заменит член, давление станет ещё сильнее, оно будет рвать его котёнка изнутри, а он не хотел делать больно, только безумно хорошо. Питер царапал ногтями стол — теперь там навсегда останутся следы и яркие воспоминания об этом дне, а ощущения не покинут ещё много дней. Старк приставил свою крупную головку ко входу, он даже не успел ничего сам сделать, Паркер своей трахательной задницей поглотил его, всосал в себя. Всё произошло так быстро и неожиданно. Питер слишком хорошо смазан, везде. Нектара так много. — Папочка, трахай меня, умоляю, или я сейчас умру, — стонала детка Тони Старка. Малыш рычал, срывал голос под ним, скидывал все со стола, разбивал вазы с фруктами, но никого это не ебало, потому что ебали Питера. Его жадную до папочкиного члена попку. — Выеби из меня все, что можно!.. Какой там уже по счету оргазм? Третий? Они перестали считать, потому что, когда Тони вошёл, слился со своим партнёром, ощущения изменились. Судорожные райские наслаждения сбавили обороты, хотя это и было все ещё похоже на безумный припадок. Старк не двигался, но не потому, что хотел, чтобы Питер привык, а потому, что хотел привыкнуть сам к тому, как его член растёт внутри узкого прохода и становится больше раза в два. — Впредь ты сможешь возбуждаться только от меня, ты сможешь кончать только подо мной, ты мой. Блядь, ты только мой, — зарычал Старк, хватая Питера за волосы, притягивая к себе и кусая его в шею. Паркер бился в конвульсиях, его трясло, точно во время приступа, он кончал, как и сказал Старк, «только под ним». Глаза закатились куда-то, и видны были лишь белки. Следы от зубов остались на разгоряченной, прокушенной плоти. Мужчина обхватил руками шею своего мальчика и стал трахать его так, как никогда прежде. Звонкие шлепки при соприкосновении яичек с ягодицами, раздавались эхом по всему дому. Питер как будто был под кокаином, но Старк был круче любого наркотика, и он принадлежал лишь ему. Бесконечный запас наркотического вещества спал с ним в одной постели, оплодотворил его, заставил кончить столько раз, что сердце не выдержало бы, будь он человеком. Паркер заливал своей спермой стол, пол, себя, но не столько обращал внимания на это, сколько на то, что росло в его заднице. — Я бы остался в тебе навсегда, это кажется таким правильным, ты так хорошо принимаешь папочку, так сильно любишь мой член. Мы так идеально подходим друг другу! — Толчок после каждого сказанного им слова. Последний — общий оргазм. Сцепка. — Даааа! Папочка, я твой, прошу, — каким-то образом Паркер умудрился прогнуться в спине ещё больше и расставить ноги так, что Тони мог просто сесть на него, чтобы вставить ещё глубже, хотя куда уж глубже? Питер почти его поглотил. — Скажи мне, тебе нравится то, что ты понёс от меня? Тебе нравится чувствовать мой плод внутри себя?! — Малыш сужался вокруг члена, выжимая из него все, что можно и нельзя. — Господи, да! Мне так нравится быть твоим инкубатором, я буду рожать для тебя столько, сколько потребуется!.. — И Старк кончил от этих слов, заполняя каждый доступный миллиметр тела своим благородным семенем альфы. Паучок сполз, Железный человек не удержал его. Они оба рухнули на пол, только Питер в лужу собственной спермы и смазки. Он дышал так тяжело, что казалось, в один прекрасный момент сердце остановится, оборвутся все контакты. Тони лёг на бок и, щурясь, всматривался в лицо своего идеально затраханного мужа. Юноша лежал, чуть поджав колени под себя, поэтому сзади открывался восхитительный вид на хорошо растянутую дырку, из которой толчками, после сокращения мышц, вытекали порции белой жидкости, так красиво вырисовывая струйки по бедрам, почти сливаясь с ними. Старку не хотелось, чтобы его мальчик потерял столь ценный дар. Из последних сил гений придвинулся ближе к нему и чуть надавил на отверстие двумя пальцами, закрывая вход; миллиардер надеялся сохранить как можно больше своей спермы в теле Питера. Очень горячая, она разливалась по кишечнику парня, согревая, позволяя почувствовать себя защищенным и принадлежащим одному своему альфе. — Хочу попробовать тебя, дай мне, — слабо подал голос Питер. — Малыш, если я уберу руку, то все вытечет. — Замени пальцы чем-то другим, твой огромный член прекрасно подойдёт на эту роль, — Питер оттопырил зад и заскользил по мокрому полу, пристраиваясь к мужчине на ощупь. — Тебе все мало? — усмехнулся Старк. Он поцеловал Питера в ключицу и попросил повернуть к нему голову. Двумя пальцами миллиардер зачерпнул немного спермы и быстро поднёс её ко рту мужа, который с упоением стал сосать, страстно вылизывая всю ладонь в то время, как Тони вставлял свой уже вернувшийся к нормальному размеру член в готовую снова принимать дырочку. *** Ещё дня три или четыре Питер отчётливо ощущал фантомность в своей попке. Тони внезапно уехал в командировку, оставив его одного, но член Старка чувствовался внутри, и это было самое необходимое и невероятное в жизни Питера Паркера.