Из Магистра в Путешественницу

«Барбара, ты правда хочешь уйти с папой? Мама ведь ошиблась?» Это воспоминание. Такое далёкое и такое близкое. Джинн стояла на границе города, крепко держа руку матери, смотря на свою такую маленькую, ещё не научившуюся хорошо разговаривать, но уже все понимающую сестрёнку. Казалось, именно в тот момент Барбара была куда взрослее своей старшей сестры, едва сдерживая слезы, сняла со второго хвостика белую ленточку и обвязала ее вокруг руки любимой сестренки. На этом и распрощались. Маленькая Джинн смотрела, как в закате исчезают фигуры двух ее родных людей, а на руке развевается белая лента. Сон заставил девушку проснуться посреди ночи. Ее волосы ещё были влажными после принятия ванны, и кожа лица чувствовала под собой мокрую ткань подушки. Мерзкое ощущение. Тяжело вздохнув, Джинн поднялась на локтях и посмотрела на туалетный столик недалеко от окна, в надежде на то, что увидит там мирно лежащую белую ленту. Но ее там не было. – Как можно было умудриться ее потерять? Растяпа – корила себя блондинка, слегка сдавив пальцами переносицу. Сразу стало ясно – сон не пойдет. Значит нужно было чем-то себя занять до рассвета, или пока саму не потянет в сон. Не придумав ничего лучше, Анемо мечница быстро оделась и прямо в домашней одежде и с мечом наперевес направилась на поиск потерянной вещи. Совсем не хотелось на следующее утро краснеть перед сестрой. Погода стояла отличная, как и предвещала Мона. С появлением в городе юной ученицы предсказательницы устраивать мероприятия стало гораздо легче, и в этот раз она также не подвела. Чтож, ещё бы. Ей же за это платят. Остывший камень на дороге приятно холодил ступни через тонкие тапочки, летний бриз не заставлял дрожать от холода, лишь слегка освежая. – Лишь бы она была где-то там... Полная луна ярко освещала под собой все тропинки, помогая полуночной растеряше в поисках пропажи. Но чем дальше она заходила, тем меньше оставалось надежды. В конце концов в голову Джинн начали закрадываться мысли о том, что слетевшую ленточку могло поджарить, когда Дилюк использовал магию. Как бы то ни было, пришлось смириться с пропажей. По дороге домой она не удержалась, чтобы в такой на редкость спокойный момент не наведаться к древнему дубу. А он как всегда, в любое время дня и ночи выглядел мудро и велико. Когда бы Рыцарь Одуванчик ни пришла, всегда чувствовала себя в этом месте желанной гостьей, которую всегда ждут. В этом месте Джинн чувствовала себя очень умиротворенно, как дома. Но в этот момент ее одолевали сомнения, которые она ни при ком не могла озвучить вслух. Как и всегда, преклонив одно колено, уложив руки на рукояти меча, ведь только так предстало разговаривать с великими, она молилась и просила прощения за свою слабость, выливая все страхи и переживания здесь и сейчас, в надежде на то, что станет легче. Но легче не стало... Дилюк встретил утро в таверне. Такое случалось, как и в этот раз, когда нужно было подготовиться к важному мероприятию. Благодаря бессонной ночи и их с Джинн трудам, все уже было готово, оставалось дождаться того самого момента. Сидя в кресле своего кабинета, он размышлял о чем-то далёком, держа в руке невесомую белую ленточку, что успел поднять после битвы в куче травы, удивившись тому, как после всего этого побоища ей удалось сохранить свой белоснежный вид. Не сумев тогда даже слова сказать Действующему Магистру, парень пообещал, что позже обязательно отдаст ее владелице. Ну... попытается. Предпримет попытку попытаться. Да. От белой ткани веяло приятным ароматом одуванчиков, но теперь в этих чувственных нотках едва уловимо слышалалась гарь. К удивлению Дилюка, это оказалось очень удачным сочетанием ароматов, вызвавшим на обычно непоколебимо бледной коже Пиро мечника едва видный румянец. Героев экспедиции встречали с овациями, громкой музыкой и аплодисментами. Лица уставших от долгого путешествия воинов светились счастьем. Сегодня они знаменитости! И все только впереди, ведь дальше все двери перед ними открыты. Гимн Монштадта звучал в каждом закоулке города. Приветливый ветерок вновь и вновь играл в воздухе лепестками роз, недавно бросаемых на головы рыцарей. Народ с распростёртыми объятиями встречал своего Магистра, а Джинн была готова передать пост временного Магистра его правообладателю. Это был сложный для нее момент. Не то, чтобы она хотела остаться на этом посту, дело было в том, что она не знала, что будет дальше. Полтора года ее жизни пролетели ураганом, и поняв это, Рыцарь Одуванчик уже не была уверена в том, что хочет провести в этой рутине всю жизнь. Но все эти переживания потом. А пока она, как преданный подданный, склонила колено в почетном приветствии. – Господин, я, временный Магистр Ордо Фавониус, и этот замечательный город рады приветствовать вас. Добро пожаловать домой – произнесла она с улыбкой на устах. – Встань, Джинн! – послышался мужской баритон – от лица всего Монштадта я, Варка, а также действенный Магистр Ордо Фавониус хочу поблагодарить тебя за твой огромный вклад в управление городом. Ты была мне достойной заменой, и теперь я уверен, что однажды именно ты встанешь на мое место! Дамы и господа! Поднимите свои бокалы за этих храбрых воинов, вернувшихся домой, а также Джинн Гунхильдр – вашего будущего Магистра! – бокал в руке мужчины, наполненный вином, взмыл вверх, зазывая всех остальных сделать тоже самое. Народ взорвался овациями. Лучше речи и придумать нельзя было. Вымученные рыцари были отправлены на отдых, чтобы потом они смогли присоединиться к общему празднику. Люди пили и веселились, пели баллады и танцевали под них. А Джинн работала. В это время она наскоро передавала информацию вернувшемуся Магистру в их почти общем кабинете. Конечно, за раз всего не расскажешь, поэтому, поблагодарив ее ещё раз, Варка отправил Джинн отдыхать и наслаждаться празднованием, пока она может себе это позволить. Солнце освещало город, мелькало бликами от окон, многочисленных бокалов и кристально чистой воды из фонтана, что разлеталась брызгами во все стороны и освежала людей, пляшущих вокруг него. Гулять по оживлённым улицам было одно удовольствие, ведь в этот момент ты едва ли мог почувствовать себя одиноким. Но Джинн не знала, что прямо сейчас она была отнюдь не одинока. Чуть поодаль от нее, стоя где-то в тени, Дилюк снова задумался о чем-то очень важном. В своем кармане тот сжимал потерянную девушкой вещь, но все никак не подходил, дабы отдать ее, с замиранием в сердце наблюдая, как лучики света красиво переливаются на ее золотистых распущенных локонах. – Может в другой раз... – прошептал он себе это под нос, оставляя ленту томиться в кармане и ждать своего часа. А пока он лелеял надежды любоваться изящным одуванчиком вечно, она обернулась и одарила его теплой улыбкой. «Так близко и так далеко» – застряла мысль в головах обоих. Они словно боялись подойти ближе. Что-то мешало. Страх быть отвергнутыми? Вряд ли. Боязнь сделать больно своей близостью? Отнюдь. А может, просто невысказанные когда-то далеко в прошлом чувства посеяли зерно сомнения и не дают спустя много лет сделать шаг навстречу друг другу. Как жаль, что пока это максимальная близость, которую они могут себе позволить... «Прямо сейчас, стоя в этом прекрасном городе, среди прекрасных людей, смотря на прекрасного мужчину, я думаю о том, что готова покинуть все это... все, кроме тебя, Дилюк» – Джинн не могла прочесть мыслей Пиро мечника, а даже если и могла бы, то от стыда не стала бы об этом даже думать. В конце концов, в ту ночь у дуба, ей все же удалось принять окончательное решение, а потому, наверное даже к лучшему, что они не так близки. Пируй, Монштадт! Прощай, Монштадт... мы еще встретимся.