Из Магистра в Путешественницу

Спустя несколько дней усиленной работы на винокурне и таверне, Дилюк наконец смог позволить себе долгожданный отдых. Неожиданный праздник пусть и не заставил его понести убытки, но только лишь потому, что вся команда уже на следующее утро и все последующие дни усердно работала на месяц вперёд. Но даже в спокойную безработную ночь парень не смог сомкнуть глаз. Что-то тревожило, нехорошее предчувствие не давало покоя, и это в конце концов вывело его на балкон ранним утром, когда даже птицы сладко дремали в своих гнездах. Лёгкая прохлада, устеленный белым покрывалом туман, и... какой-то шибко уж знакомый силуэт, что только что скрылся за склонами гор, чьи тропы вели к каменным вратам – там начинались земли Ли Юэ. Нахмурившись, Дилюк лишь посмеялся над самим собой, понимая, что того, о чем он думает, просто быть не может, и скорее всего его Джинн сейчас только проснулась в своей теплой кровати, собираясь с силами встать и целиком отдаваться работе. После усмешки над собой он тут же с некой печалью вздохнул, заходя обратно в ещё темную комнату и ложась обратно на ещё не остывшее в постели место, думая о том, что на самом деле, ему ведь жаль, что все так вышло. Засыпал молодой герой с мыслью о том, что может быть, сложись в их жизнях все иначе, они возможно сейчас тоже бы могли сделать шаг навстречу друг другу. Но увы, теперь это сложнее. Со временем уже знакомые Джинн пейзажи сменялись золотистыми деревьями, плотами из бамбука и небольшими бумажными фонариками. Карта показывала, что до Каменных врат осталось всего лишь перейти небольшой мост рядом с водопадом. Казалось, так быстро Джинн забыла о том, что несёт за собой задание привести героиню Люмин в Монштадт, а не путешествует в свое удовольствие по незнакомым ей краям, ещё совсем недалёким от ее родного дома. Но эмоции уже лились через край, заставляя на все вокруг смотреть широко распахнутыми глазами, запоминая каждую деталь. Вот и показались первые люди на пути, и ей уже доводилось ранее принимать в Монштадте гостей из Ли Юэ, потому внешний вид ни капли не удивил девушку тем, что так сильно отличается от ей привычного. Бабуля Цао и дедушка Чжоу сразу заприметили иностранку и пригласили ее на чашечку чая, рассказав о своем маленьком бизнесе. Они часто так принимали чужеземцев, помогая им отдохнуть после долгой – или не очень – дороги, угощали снастями и предупреждали об опасностях, дабы путники не угодили в ловушки похитителей сокровищ, не наткнулись на незнакомых для путешественников местных монстров. Бизнес их не процветал, но вполне держался на плаву за счёт таких проходимцев, как Джинн. – И все же, дочка, знакомо мне твое лицо – после долгого молчания и разглядывания физиономии девушки, старик поставил стакан с чаем на стол с характерным стуком. Бабуля Цао многозначительно посмотрела на своего мужа, показывая, что в этот момент они подумали об одном и том же, и кивнула: – Что Вы имеете ввиду? – не осталась безучастной Джинн. Уже слабая старушичья память все же позволяла вспомнить среди множества проходимцев одного. – Останавливался у нас тут много лет назад один мужчина, на вид точно рыцарь, – вспоминал дедушка – волосы золотые, как сейчас вижу, никогда таких людей не встречали. У нас, в Ли Юэ, нет такого типажа. – Да не один был, с красавицей дочкой! – поспешила добавить супруга. – Не надо, старая, меня перебивать! И сам помню, рассказал бы! – надыбился Джоу. – Чтож ты со своей дурной памятью расскажешь то? – Так и рассказывай сама тогда! Прохладный травяной чай в тот самый момент действовал очень успокаивающе. Ей не впервой видеть такую картину, и все же как не хватало успокаивающего напитка на собраниях в Монштадте, когда коллеги уже не могли или не хотели себе позволить решать вопросы, не повышая голос. И вот сейчас, навострив уши, она просто ждала, когда старики решат свои разногласия: – Так вот, – прочистив горло, дедушка продолжил повествование – да, пришел рыцарь не один, с маленькой дочкой, такой же светловолосой. Уж не вспомню их имена... а ну, старуха, блесни ка памятью! – но не услышав ответа, мужчина мстительно усмехнулся – То-то же. – Куда они держали путь? – может быть, Джинн хотела от двух стариков слишком многого, и все же попытать удачу стоило. Конечно, в ее голове сразу всплыли ассоциации с отцом и сестрой. – Уже не скажем, дочка. – покачала головой бабушка Цао – Давно это было. Больше они не возвращались. Изначально в голове девушки и мысли не было разгадывать может даже несуществующую загадку приключений ее отца, но что-то подсказывало, что стоило хотя бы вскользь заинтересоваться этим. Монштадт в это время жил своим чередом. Слух об отъезде бывшего временного Магистра ещё не успел разойтись, однако же был тот, кто узнал новость из первых уст. Натирание и без того чистых стаканов можно было назвать если не хобби, то точно антистрессом Пиро рыцаря. День проходил размеренно, с очередной "сменой" власти пришли в таверну и новые слухи и споры. Ликовали приверженики старой власти и искренне не понимали, по какой причине не могут задеть тех, кто так защищал временное правление Гунхильдр. А те знали, что Анемо защитница и так вскоре будет у власти, если даже сам Варка назвал ее наследницей. За несколько рабочих смен Дилюку уже наскучили эти споры и его внимание никак не соприкасалось с бурными обсуждениями пьяных горожан. До тех пор, пока барный стул не подогрела самая горячая попка всего Мондштадта. Конечно, в основном так о себе отзывался только сам Кэйа, но то, как уверенно он это утверждал, заставляло поверить даже самых придирчивых и гетеросексуальных. Начнем с самого начала. Что заставило красноволосого снова схватиться за бедные, и так начищенные до блеска бокалы? Скорее всего, какая-то неприятная новость. Кэйа был прекрасно осведомлен о сложных отношениях его брата с подругой, и когда-то он был первым на очереди в роли свахи, но его последняя попытка во время праздника ветра окончилась полным провалом и увольнением с этой почетной должности. Стихи, посланные от имени Дилюка и Джинн, были распознаны, как поддельные и задница из самой горячей превратилась в подгоревшую с корочкой. И все же на этот раз он и не думал о глупых шуточках, лишь отдыхая после рабочего дня и мельком затрагивая тему о том, как теперь все изменится без их драгоценной Джинн. Рагнвиндр медленно склонил голову, хмуря брови: – «О чем говорит этот болван?» – сердце пропустило удар, но пришлось вновь опустить взгляд и как бы без интереса почти процитировать собственные мысли – О чем ты? Известный своим постоянным притворством и неразличимым от правды сарказмом брюнет в этот раз говорил абсолютно серьезно, без доли иронии в голосе. – Ушла она. Сказала, что давно мечтает повидать мир вне Мондштадта. Ещё один удар сердца на мгновение оглушил парня. – Куда ушла? Когда?... – голос и выражение лица Дилюка можно было прочитать, как проявление секундной слабости, но как ни странно, Кэйа не воспользовался этим для своей очередной издёвки. А ведь был такой хороший момент, но все портил неудачный контекст. – В сторону Ли Юэ. Сегодня на рассвете. С восходом солнца она должна была уже пройти мимо винокурни. В голову сразу же ударило воспоминание этого утра, когда лёгкое наваждение, как ему тогда показалось, оказалось правдой, в которую было сложно поверить. А у Джинн приключения только начинаются...