Хороший день

      — Знаешь, я никогда не думал, что буду вот так сидеть и обниматься с тобой.       — А вспомни как это началось, — улыбнулся мужчина. А в ответ тишина.

***

Солнце сквозь щель, плотно закрытых штор, заглянуло в темную комнату и отправило свой яркий луч прогуляться по ней. Прыгая со стен то на стол, то на темный пол, он подкрался к кровати. Когда следующий прыжок пришелся на лицо Коннора, метис хоть и сморщился, но открыл глаза. Привычка вставать с первыми лучами солнца давно выработалась и сопротивляться было глупо. Он встал, впустив в комнату хозяйку света, и пошел вниз. Где его, на удивление, кто-то ждал.       — Коннор, ну наконец. Я уже хотела идти и будить тебя сама. Давай быстрей, — это была Мириам. Хоть они с Норрисом и поженились, но она оставалась все той же дикой кошкой, неподвластной никому. Так что именно сейчас она пришла к нему, чтобы пойти на охоту, довольно далеко от поместья Дэвенпорт. И естественно, не сказав мужу, ведь тот был бы против. Вообще ее план был изначально уйди одной, но ассасин услышав это, был категорически против, и предложил хотя бы пойти вместе с ней.       — Не думал, что ты придешь так рано, я сейчас соберусь, а ты пока подготовь лошадей, — открывая подвал, кинул Коннор спросонья и пошел собираться. Охотница лишь тихо угукнула и вышла на улицу. Вообще у него не было особого желания обманывать Норриса, но и отговорить Мириам не получалось, так что он выбрал меньшее из зол. Собрав все инструменты и примочки он пошел на улицу. Мирриам уже подготовила лошадей и ждала ассасина.       — Ты уверенна, может все-таки предупредишь Норриса?       — Коннор, — она недовольно посмотрела на него.       — Хорошо, хоть это неправильно, но не мне решать, что тебе делать. Они двинулись в путь.

***

      — Давай сделаем тут остановку, если ничего не поймаем, двинемся дальше, — ассасин слез с лошади и привязал её. — Я пойду сверху, если что-то увидишь, дай знак. Проходив около полу часа они поймали пять лисиц и двух лосей.       — Я предлагаю пойти еще дальше и поймать пуму, — садясь на лошадь и уже уезжая крикнула охотница.       — Боже во что я ввязался, —Коннору оставалось лишь следовать за ней. В то же время ему казалось, что кто-то следовал за ним. Но он списал это на животных.

***

      — Коннор, помоги! Я долго не выдержу! — Мириам была опрокинута и зажата пумой. Её спасало лишь ружье, которым она зажала пасть животному.       — Сейчас, я уже иду! — расправляясь с другой пумой, кричал ассасин. Вдруг пара выстрелов и всё затихло.       — Мириам? Мириам, ты как? — подбегая к месту, где слышались выстрелы кричал Коннор.       — Боже не кричи ты, только привлечешь больше внимания, — перед ним стоял высокий мужчина одетый в длинный синий плащ, уже успевший запачкаться кровью. И такого же цвета треуголку. Его бледно-голубые глаза отливали холодом, смотря на ассасина так будто хотели просверлить в нем дырку.       — Отец… — он даже не успел ничего сказать, как ему всучили в руки чуть раненую охотницу. И окинув взглядом презрения начали отдаляться.       — Подожди… — ему было непривычно это говорить, но переступив свою гордость он все же выдавил. — Можешь поехать со мной в поместье? Давящая тишина накрыла весь лес, все звуки, что наполняли его, будто замерли в один момент.       — Хорошо. — Холодно кинул Кенуэй и сев на лошадь, поехал вперед. Усадив Мириам в седло и следуя рядом с ней, они выдвинулись.

***

Немного не доезжая до Дэвенпорта, Коннор остановился.       — Мириам, ты в состоянии сама доехать до места?       — Да, вполне. Шкуры занесешь потом, — видимо, она все поняла и попрощавшись с ассасином поехала дальше, оставив мужчин один на один.       — Ну и?       — Что ты хочешь услышать? — тамплиер начал удаляться вглубь леса, ассасин следовал за ним.       — Ну хотя бы почему ты смотришь на меня, как на врага народа, — старший Кенуэй резко остановился, так что младший чуть не врезался в него.       — А ты прям не понимаешь почему.       — Представь, не понимаю, я не умею читать мысли, знаешь ли, — метис спрыгнул с лошади и провел ее к реке. Он абсолютно не понимал почему отец так холоден. Совсем недавно они хорошо проводили время вместе, а сейчас.       — Если ты не хочешь отвечать на первый вопрос, то скажи хотя бы почему ты следил за нами? — Коннор заметил ели различимое удивление в этих холодных глазах. Отец все еще продолжал играть в молчанку.       — Хорошо, я понял тебя, если не хочешь– не говори, — ассасин сел на землю прислонившись к дереву. — За мной не пропадет, — так они и «проводили время», каждый был погружен в свои мысли, но никто не уходил. Да и не хотелось.

***

      — Слушай, почему ты просто не уходишь, заче… — резко тень нависла над ассасином. На коже было ощутимо горячее дыхание. А потом поцелуй. Совсем невесомый и нежный. Будто человек, что целовал его, вовсе не испытывал злобы. Коннор было хотел ответить, но тепло с губ пропало, а перед ним сели. Открыв глаза он увидел лицо своего отца, оно было расслабленно, но нотки волнения то и дело проскакивали. Так они сидели очень долго, возможно даже весь оставшийся день. Но в один момент метис засмеялся, так искренне и чисто, будто маленький ребенок который обрадовался подарку на новый год.       — Только не говори, что ты приревновал меня к Мириам, — он посмотрел на Кенуэя. Тот просто отвел глаза в сторону, сделав каменное лицо.       — А я и не думал, что когда-нибудь получу желаемое.       — Что?       — Что? — Коннор состроил лицо полного непонимания.       — …Могу я? — тамплиер коснулся рукой щеки ассасина. Ответом стала ладонь обхватившая ее поверх и прижавшая ближе.

***

Мириам давно приехала домой. Они сидели с Норрисом на кухне и обсуждали как все прошло. На самом деле все это была спланированная провокация в сторону Хэйтема. Только вот знали об этом только охотница и ее муж. Сама Мириам уже не раз замечала как они смотрят друг на друга. Нужно было только подтолкнуть кого-то из них. Ну и мишенью стал Кенуэй старший. Как можно понять, все прошло более чем успешно. Оставалось только ждать.

***

      — Знаешь, я думал, что это со мной что-то не так. Думал, что это неправильные чувства, — начал Коннор смотря в глаза Кенуэю. — Я думал, что если скажу тебе… даже если бы ты меня избил или накричал, мне было бы не так больно, — из его карих глаз начали капать слезы, — я очень боялся, что ты возненавидишь меня… и.       — Тише. Теперь все хорошо и я никуда от тебя не уйду, слышишь? Я люблю тебя, Радунхагейду, люблю, — он аккуратно обхватил его лицо, одной рукой убирая слезы, а другой поглаживая щеку. Так они и сидели, потом уже просто разговаривая. Тамплиер сел, облокотившись об дерево, а ассасин к нему в ноги.       — Если честно, я никогда не думал, что мои желания сбудутся в один день, но это очень хороший день, — Коннор заулыбался смотря в ночное небо.       — Я тоже никогда не думал, что когда-нибудь буду сидеть и вот так обнимать тебя, — чуть тише проговорил Кенуэй.       — А началось то как…