Обретённых потеряем

Если бы только потрясение после воспоминаний Динобота было виной той дрожи, что сотрясало весь корпус, то Праймал рассмеялся бы. Но ему не было смешно, он был растерян. Невидящим взглядом меха смотрел перед собою и в его шлем приходили неоднозначные мысли. Например, встать и вмазать предакону, что есть силы, или же крепко обнять. Всё же чёрный мех понимал, что значит пережить предательство. Такие различные действия самому Оптимусу казались странными, но они были сметены, когда Динобот опустился подле него. Его фейсплейт даже после деактивации выглядел хмурым, но это даже радовало максимала. Ему не хотелось бы видеть голый скелет с вывалившимися окулярами. – Ты в порядке? Обычный вопрос, без какой-либо эмоциональной окраски, почти равнодушный. Праймал сжал кулаки и резко повернулся фейсом к Диноботу. Столько слов хотели вылететь из его воколайдера, но самые важные слова, будто застряли в глотке и вышла какая-то неубедительная чушь. – Нет, не в порядке. Ситуация... всё, что с нами происходит – это так выматывает. И Мегатрон-ны...я мечтаю о том, чтобы они попали в Плавильню Юникрона. Из-за них ты...не здесь. Я не думаю, что это справедливо. Жизнь... –...дана раз и есть для того, чтобы её прожить. Я своё прожил и то, что случилось – должно было случиться. Глупо сожалеть об этом Праймал отвернулся в сторону. Доля правды всё же была в словах предакона, как бы не хотел в неё верить сам мех-горилла. И не только из-за правоты, но и из-за боли, что тяготила искру стоило только осознавать, что Динобота больше нет. Заглушив в себе бормотание внутреннего голоса, Праймал выпрямился в полный рост и повернулся к предакону. Тот вновь не проявлял эмоций. "Типичный Динобот" подумал Оптимус. – Знаешь, то, что я сказал – это не совсем то, что я планировал сказать. По правде говоря, я хотел объясниться, признаться. Надеюсь, это не слишком глупо выглядит – Весьма глупо, учитывая, что я уже почти в Послеискрие, а ты решил излить искру. Но...раз начал, то закончи "Так и знал, что я – идиот, но признание выше моих сил и я обязан сказать или я себя не прощу до конца своих дней" решительно настроился Оптимус. Он шагнул к Диноботу и вперив в него взгляд, чётко, чеканя слова, сказал: – Потерять тебя было большой трагедией для всех, но для меня...я до сих пор не верю, точнее, хочу надеяться, что это плохая симуляция. Динобот, знай, я просто хотел, чтобы ты стал одним из нас – Ты сам сказал, что я буду ужасным максималом –Да, так и было бы, но... шлак! Просто я хочу сказать, что ты не просто меха, ты такой необходимый. И без тебя мне плохо. И последнее, что вероятней всего покажется бредом...я люблю тебя Постояв несколько нанокликов с потухшей оптикой, Праймал несмело взглянул на Динобота. Мех стоял с привычной хмурой лицевой, но на сей раз он поджимал денты. Молчание становилось затяжным от чего максимал начинал чувствовать себя последним дураком. "Лучше бы я молчал. Динобот, теперь просто исчезнет, а я буду проклинать себя за глупость. Я – полнейший идиот!" Праймал вздохнул и опустил фейсплейт, погружаясь в меланхолию. – Думаю, ты запоздал с признанием, но всё же это было неожиданно и...приятно – Динобот говоря это, не выглядел таким сердитым. Он, словно засиял ярче, от самой искры. Уголок дент Праймала дёрнулся в подобии улыбки, затем меха подошёл к призраку и протянул свою ладонь к его, но остановился. Понял, что не сможет прикоснуться и пройдёт насквозь, так что просто остался стоять рядом. – Хочешь коснуться меня? – через какое-то время раздался голос Динобота. Мех-горилла от неожиданного вопроса, чуть не оступился на корнях, но устоял и уставился на говорившего во все окуляры. Предакон не повторил, вместо этого развернулся всем корпусом и сделал несколько шагов. Искры обоих соприкоснулись. Всё вокруг залил свет. Праймал закрыл оптику и, когда открыл то уже был в другом месте. Не посреди джунглей, а в огромном, белоснежном зале. Стены рассеивали свет, льющийся откуда-то от потолка до глянцевого пола, в котором отражались силуэты мехов. – Где мы? – спросил Оптимус, оглядываясь вокруг. – Это место можно назвать Чистилищем, в которое попадают перед Послеискрием Праймал так и замер с раскрытым воколайдером, не веря, что попал в такое фантастическое место. Он оглядывался и был поражён до мурашек. – Долго будешь глазеть? – раздался немного сердитый голос Динобота. Максимал обернулся и увидел, как мех подошёл ближе к нему и развёл манипуляторы в разные стороны. – Я думал ты хочешь потрогать меня. Я твой Праймал чуть не поперхнулся воздухом, сознавая что только что услышал и как чарующе выглядит предакон, стоя так, раскрывшись и позволяя немного вольности. Шлем меха закружился от всего этого, но он всё же подошёл. Его указатели замерли в сантиметре от корпуса, о котором грезил, что мечтал гладить, а сейчас стоял в нерешительности. "Я же могу сделать это. Просто прикоснуться, ведь Динобот разрешил. Мне можно дотронуться" думал про себя мех, подталкивая к действиям. Спустя почти астроцикл убеждения помогли и ладонь Праймала легла на предплечье оранжевого меха. Чувство восторженности заполнило максимала и он сам того не осознавая, улыбнулся. Динобот же стоял с каменным фейсплейтом, пока Оптимус, словно любознательный спарк гладил его манипуляторы. Это выглядело совсем смешно и по-спарковски. Но через какое-то время Праймал стал серьёзнее и его движения утратили хаотичность и превратились в поглаживания. Мех начал с манипуляторов, поднимаясь по ним до плеч, массируя и немного сдавливая, словно старался расслабить Динобота. Или же он этого и добивался. – Думаю, хватит – сказал предакон. Праймал на это рыкнул и резким движением вжал Динобота в стену. Их взгляды встретились. Один из мехов был немного удивлён, другой же не хотел останавливаться на том, что получил. – Знаешь, к шлаку всё! – воскликнул максимал и его воколайдер впился в такой желанный напротив. Он мял эти денты, втягивал в себя и терял шлем от пьянящего чувства, что исходило из самих глубин, из искры. Меха-горилла был счастлив, целуя того, кого любил и ему было плевать, что он призрак. Осознание всего реального и действительного отошло на второй план. Отрезвил же Праймала укус в денту. Он охнул и отстранился в непонятках смотря на Динобота, который абсолютно спокойно стоял, прислонившись к стене, будто ничего не произошло. – Ты чего? – спросил максимал, всё ещё чувствуя призрачный укус у себя на дентах. – Ты совершенно не умеешь целоваться Праймал вспыхнул, но ничего не сказал. Он посмотрел вниз, чувствуя себя неловко. "Идиот" подумал мех. Он хотел уже отчитывать себя, но тут Динобот подошёл к нему. Указатели предакона обхватили фейсплейт Праймала, оптика замерла напротив, а потом мех наклонился и поцеловал. Он, на удивление, был мягок и нежен. Едва посасывал нижнюю денту, гладил её. Через какое-то время углубил поцелуй и колени Праймала чуть не подкосились. Глосса Динобота щекотно прикоснулась к воколайдеру лишь за тем, чтобы потом проникнуть внутрь и завладеть там всем. Мех стал целовать со страстью, напирая и не выпуская из своих манипуляторов. Вент. системы максимала работали через раз, но это будоражило его. Динобот оторвался от дент и переключился на шейные магистрали, покрывая влажными поцелуями. Пока он делал это, успевал ещё и гладить броню на груди и животе, что вызывало статику. Праймал сбивал её, не хотелось ему перезагрузиться от столь невинных ласк. Динобот, будто чувствуя состояние Оптимуса, специально царапал под бронёй, гладил одни и те же места, наэлектризовывая их. – Могу ли я опрокинуть тебя на пол? – Что? – Ладно И Динобот сделал то, о чём намеревался и Праймал оказался прижатым к полу, не до конца осознавая произошедшее, как оранжевый меха сделал ситуацию ещё горячее. Он облизал денты Оптимуса с таким похотливо-животным видом, что максимал выгнул шею, надеясь получить ещё ласки. Но Динобот тихо хмыкнул и с привычным выражением фейсплейта опустился к животу меха. Оптимус хотел было приподняться, чтобы понять происходящее, как его одним движением уложили обратно. Через мгновенье он почувствовал глоссу, что скользила меж стыков брони, очерчивая каждую линию рельефа и заполняла антифризом небольшие углубления. "Он просто облизывает меня, а я уже взвинчен" думал максимал и в подтверждение своих мыслей, его корпус рефлекторно дёрнулся. Оптимус выпустил горячий воздух и стал бешено вентилировать, пытаясь больше не дрожать и не дёргаться от приятных прикосновений. Но не смог сдержаться, когда почувствовал прохладу из-за отсоединённой паховой пластины. – Нет, что ты делаешь?! Динобот... – Замолчи и наслаждайся – Но это слишком... – его джампер погрузили во влагу – ... смущает – Предакон стал интенсивно сосать, заглатывая почти до основания. Праймал был не в силах сдерживать стоны, он лежал и тихо вздыхал, когда корпус содрогался от наслаждения. Его коннектор облизывали вдоль, затем сосали и снова облизывали. Мех старался не толкаться в воколайдер бондмейту, но тот слишком его распалил, что делать это было сложно. "Великий Праймус!" мысленно взмолился Оптимус, когда почувствовал обильную влагу вокруг головки джампера и подумал, что вот-вот кончит. Но Динобот, будто чувствуя состояние максимала снизил давление и стал гладить его бёдра. Статика прошлась по стыкам и рассеялась возле живота. Оранжевый меха хмыкнул, потом глубоко взял коннектор и стал его сосать. Вздохи и тихие стоны уже стали привычным звуком для обоих, но Праймал продолжал чувствовать себя неудобно. Динобот научил страстным поцелуям, Динобот ласкал, всё делал Динобот. Это немного задевало максимала, он тоже хотел сделать меху приятно. Только Праймал приподнялся на локтях, как Динобот навалился сверху и не дал пошевелиться. – Динобот, пожалуйста, я хочу сделать тебе приятно – Не стоит, и дай мне уже начать – на последних словах голос меха стал ниже. Это придало ему хищный оттенок, что Праймал не стал возникать. Он не был против ласк, но и хотел дарить их взамен, да спорить с Диноботом оказалось бесполезно. Предакон наклонился и стал жадно целовать максимала, успевая гладить его шею, плечи и грудную секцию. Каждое прикосновение которого отдавалось статикой и несильными разрядами тока. Это одинаково распаляло желание в обоих меха, что они уже не стеснялись и стонали. Динобот укусил Оптимуса за шеврон над аудиосенсором, потом с жаром прошептал: – Я хочу тебя – Максимал выдохнул воздух, а предакон поймал его своим воколайдером, после чего поцеловал. Он начал плавно двигаться, задевая пах бондмейта, чтобы тот стал подобно действующему вулкану. Стоны срывались с дент Праймала каждый раз, стоило только Диноботу слишком сильно надавить на его джампер. Оный ослаблял натиск и начинал заново, откровенно наслаждаясь своими действиями. Чёрный мех лишь мог прижимать его к себе, иногда целуя, пока он не вырвется, чтобы начать провокацию глоссой. Он вылизывал, ставил отметины на гидравлике и даже там, где Праймал думал невозможно, тоже. Вся броня меха стала походить на влажный кибертроний, с потёками антифриза и бьющей в стыках статики. Это состояние уже неумолимо перегружали системы, но Динобот даже не перешёл к основному. Он лишь двигался на Оптимусе, имитируя интерфейс. Это продолжалось не так долго, пока максимал не стал дрожать от перевозбуждения. Паховая пластина Динобота ушла в пазы и он наклонившись, прошептал: – Я тоже люблю Праймал не успел удивиться, как в него вошли. Корпус дёрнулся в приятной судороге, а порт наполнила смазка. "Шлак, лишь бы не перезагрузиться от первого толчка" подумал мех и тут предакон вышел, затем с хлюпающим звуком погрузился внутрь. Максимал обхватил бондмейта за плечи и сильнее прижался к его животу, надеясь чувствовать его насколько возможно и двигаться в едином ритме. Динобот входил с силой, будто не был уверен в реальности происходящего и пытался почувствовать это своим корпусом. Занимаясь интерфейсом, он смотрел прямо на Оптимуса. На каждый его вздох, прикрытые от удовольствия окуляры или открытую шею. А в то же время максимал понимал, что скоро всё закончится и его возлюбленный отправится в Послеискрие, и это нельзя ни как изменить. Откладывая все тревоги, оба хотели наслаждаться друг другом, пока это было возможно. Движения Динобота становились яростнее, он не просто входил, вколачивался. Праймал, стиснув дентопластины, еле сдерживал всхлипы, чересчур глубоко он входил и неоднократно задевал чувствительную точку. Это было, как пытка, но мучительно приятная, которую чёрный меха хотел бы продолжать дальше, но корпус был на грани. Ещё пара толчков и они подвели Оптимуса к перезагрузке. Он успел притянуть к себе Динобота и поцеловать на прощание, потом он отключился. *** – Праймал! Праймал, ты в порядке? Эй, среди вас есть медик? – раздавался приглушённый голос Читора, где-то над шлемом. Оптимус поморгал, мир виделся неотчёливо и размыто. Поморгав ещё, мех дал привыкнуть оптике и через клик сфокусировал взгляд на гепарде, что стоял на корточках и кричал на кого-то, кто не был в пределах видимости максимала. Наконец, Читор обернулся и наткнулся на очнувшегося лидера. – Слава Матрице, ты пришёл в себя. Не расскажешь, что произошло? Оптимус сел и посмотрел на собрата, думая, что стоит оставить всё в секрете, а тот ждал, склонив шлем к правому плечу. "Никто и никогда не узнает о нас с тобой, Динобот. Я обещаю" дал себе клятву лидер максималов. Мех провентилировал, чувствуя лёгкую слабость. –Читор, что ты видел? – спросил Праймал. Гепард сел поудобнее. – Ты лежал на земле, тяжело вентилировал и что-то бормотал. Я хотел помочь тебе, но не смог привести в чувство, а дотащить до Арка не смог бы. Тогда я пошёл за помощью, а когда пришёл, ты не двигался. Я аж испугался! Повезло, я просто похлопал тебя по щекам и ты очнулся. Но что с тобой случилось? Слабая улыбка осветила фейсплейт Праймала. Он улыбнулся своим мыслям, своему секрету. – Наверно попал под излучение электромагнитного поля. Ты же знаешь что происходит вокруг. Кругом галлюцинации и иллюзии – Ну, да. И, кстати ты перед пробуждением сказал Динобот. Он снился тебе? Оптимус встал на сервоприводы и поднял фейсплейт к небу, на котором песчинками были рассыпаны звёзды. Посмотрел туда, где должен был быть их дом; туда, куда улетали все искры...и Динобот. – Знаешь, все мы просто искры, блуждающие во Вселенной и мы ищем пристанище, что сможет называть домом. Мой хороший друг нашёл его, надеюсь, мы тоже сможем Оптимус Праймал оглянулся к товарищу и ему показалось, что на небе засияла ещё одна яркая звезда.