Клуб "Голубая лагуна"

      Одинокий звук саксофона пронзил полутёмное пространство клуба и унёсся ввысь, под задрапированный чёрной тканью потолок. Мадемуазель Домире выбирала только стопроцентные, проверенные временем хиты. «I will always love you», — проникновенно выводил саксофон, а мадемуазель кружила по танцполу посреди практически безлюдного, если не считать двух возящихся в углу официантов, помещения, томно прильнув к приземистому, крепко сбитому молодому человеку в зелёном спортивном костюме. Облегающее длинное бархатное платье мадемуазель в некоторых местах уже было слегка помято вездесущими руками этого самого спортсмена. В боковом вырезе, доходящем до середины бедра, мелькала белая гладковыбритая ножка, заканчивающаяся лакированной туфелькой сорок третьего размера.       Молодой человек глубоко вздохнул, посильнее стиснул едва намеченную талию мадемуазель, отчего она приглушённо пискнула, привлёк её к себе поближе и положил голову прямо на глубокое декольте, благо его рост, чуть ли не на голову ниже, чем у неё, позволил ему это сделать.       — Ты это, — произнёс он прямо в декольте, тиская задницу мадемуазель широченными ладонями, — распределение на завтра опять не забудь.       Домире что-то невнятно промычала в ответ и, прикрыв глаза, придвинулась к нему ещё ближе.