Один Абарай, два Абарая...

      Солнечный диск уже заходил за горизонт, постепенно становился рыже-алым, бликами играл на улицах Сейретея, отражался в глазах Кучики Бьякуи, что стоял в своем саду и наблюдал за угасанием очередного рабочего дня. Работы сегодня выдалось на удивление мало, даже лейтенант не сильно сорил ошибками в отчетах, а офицеры прилежно выполняли все, что им было приказано. Сегодня было особенно тихо и спокойно, но Бьякуе это категорически не нравилось, ведь это было воистину настоящее затишье перед бурей. «Хотя бы будет затишье», — вздохнув, подумал Кучики и чинно отвернулся от умирающего солнца, направляясь к себе в комнату. Предчувствие никогда не подводило его, а сейчас оно требовало успокоения и подготовки к чему-то, но к чему? Самые главные проблемы были уже давно решены, Айзен в тюрьме, новых врагов не предвидится, а Сейретей находится под охраной закаленных в кровавых боях капитанов и лейтенантов, а иногда даже и офицеров.       Бьякуя решил подумать об этом позже, а сейчас насладиться тишиной поместья, прохладой комнаты и мягкостью футона, что неизменно ждал его в богато обставленном помещении.       Близилось время набора новичков, которое вызывало в Ренджи крайне отрицательные эмоции.       Новичков приходилось обучать, рассказывать им заученные на зубок правила, объяснять, что вообще такое Сейретей, его устройство, почему и как он отличается от того, что они изучали на теории, и, что самое главное, требовалось рассказать о капитане.       В последнее (да и не только последнее, если быть совсем уж честным) время цензурных выражений в его адрес становилось все меньше и меньше, что было пропорционально растущей работе на плечах несчастного лейтенанта. Проблем с врагами не было, поэтому командование решило скинуть на всех бумажную и такую нудную-нудную работу как проверка отчетов, разбор всяческих завалов оплаты жизни отряда, что шинигами, бывавшие в России, называли коммунальными услугами. Ренджи мало понимал, что за коммунальные услуги и при чем тут Россия, но особо не возражал, принимая данное словосочетание и используя его.       Однако что-то было не так, Абарай это чувствовал так явно, как никогда ранее. Он понимал, что кто-то придет, разломает ему об голову торшер капитана, рассмеется и убежит, но… такого быть пока не могло: тот, кто мог так поступить, еще не может поступить на службу в Сейретей, как ты ни старайся. Остается год до того, чтобы такое произошло, но предчувствие вопило о том, что это произойдет очень скоро, а очень скоро, к сожалению, был набор новичков из Академии шинигами.       Вздохнув, Абарай почесал ананасовую голову и встал с лавочки, на которой его посещали страшные думы. Решив развеять свои сомнения, он двинулся к окраине Сейретея, на ходу придумывая как бы получше выспросить терзающие его вопросы, чтобы ответ несносной девицы был достаточно правдив.

***

      — Джокиширо-сан, здравствуйте, — Ренджи добродушно махнул рукой, входя в кабинет учителя по кидо.       — А, Ренджи, это ты, — мужчина радостно улыбнулся под густыми темными усами. Это был высокий человек средних лет с темными короткими волосами и густыми красивыми усами. Его голубые глаза были честны и прозрачны, почти всегда в них сверкала мягкая, добродушная насмешка, которая просто не могла обидеть. Ренджи очень любил своего учителя; тот был добр ко всем, не признавал насилия и постоянно улыбался даже самым неудачливым своим ученикам. Коим, кстати, и являлся нынешний фукутайчо шестого отряда.       — Как Ваши дела? — Абарай с позволения учителя присел на кресло перед ним и, не переставая улыбаться, продолжил: — Надеюсь, Рин-чан не принесла Вам больших проблем?       — Нет, — учитель добродушно рассмеялся, проводя рукой по усам, — она очень способная ученица. В кидо ей нет равных на всем курсе, однако вот с владением мечом у нее большие проблемы, — мужчина улыбнулся и посмотрел на бывшего ученика. — У вас такие разные задатки шинигами, но вы так похожи, что я иногда путаю ее с тобой. Вы близнецы?       — Да, — Ренджи кивнул, услышав радостную для него новость, — я случайно узнал о ней на одном из заданий, а потом, как Вы помните, привел непосредственно к Вам, в Академию. Насколько я помню, она не была на меня так похожа, чтобы нас путали, а волосы у нее вообще короткие…       — Ренджи, ты когда в последний раз видел ее своими глазами? — Джокиширо-сан лукаво посмотрел на лейтенанта и улыбнулся, увидев его смущенно потупленные плечи и бегающий взгляд. — Ты, конечно, постоянно спрашиваешь у меня о ней, знаешь все, что известно мне, а известно мне немало, но почему нельзя подойти к ней самому? Она все-таки твоя сестра. Абсолютно, между прочим, похожая на тебя.       — Джокиширо-сан, я… — Ренджи не успел договорить, как в кабинет ворвался красный ураган.       — Рен-нии! — этот самый ураган понесся на несчастного фукутайчо, сбив его на пол и усевшись сверху, при этом ухмылка его была так же широка, как и улыбка знаменитого Чеширского кота. — Ты наконец-то пришел меня проведать!       — И тебе привет, Рин-чан, — Ренджи устало вздохнул и аккуратно сел, поднимая вместе с собой и свою младшую сестру. — Ты повзрослела.       — Конечно! — Девушка схватила брата за щеки и начала дергать из стороны в сторону, за что получила увесистый тумак. — Ах ты так?! А я так!       Несчастный Ренджи подвергся пыткам (страшнее, чем Сенбонзакура), а именно вытягиванию густых красных волос. Параллельно сестра успевала и щекотать его, зная самые сокровенные и чувствительные к данному виду деятельности места, и щипать за покрасневшие щеки. Джокиширо-сан внезапно рассмеялся, наблюдая за красноволосыми братом и сестрой, встал и торжественно заявил, что воссоединение семейки произошло успешно. Ренджи только вздохнул, а Рин на радостях обняла брата так, что у крепкого парня хрустнули кости.       — Айрин, — учитель по кидо посмотрел на девушку осуждающим взглядом, — не надо убивать брата в первый же день, у вас будет еще много времени впереди.       Ренджи дернулся и застыл, понимая, что его самые худшие опасения подтвердились, и в его глазах, широко раскрытых от ужаса, его учитель прочитал все его мысли и рассмеялся пуще прежнего.       — Да-да, Ренджи, — мужчина вытер выступившие от смеха слезы и выдохнул, успокаиваясь. — Твоя сестра на год раньше попадет в Сейретей на службу. К тебе поближе.       — Как так? — Ренджи открыл рот, на лице было написано ошеломление, а бровь нервно дергалась. — Почему она на год раньше закончит Академию? Разве она какой-то чертов гений?       Айрин довольно улыбнулась, поправив распущенные красные волосы, и подмигнула брату.       — Я просто нереально афигенный чертов гений, ты разве не знал? — девушка улыбнулась и посмотрела на учителя по кидо, который на этих словах обреченно помотал головой.       — Джокиширо-сан, что это значит?       — Твоя сестра, Ренджи, опасна для общества, ты знал? — Ренджи испустил обреченный вздох. — Она выносит всем мозг с полуслова, никто даже и подумать не успеет о том, что с ним происходит, а дело-то уже сделано. В общем и целом, твоя сестра — бесшабашная балбеска, которая не хочет учиться, а хочет попасть в Сейретей. А еще она выносит этим своим желанием мозг всем, кто попадается под руку, даже уборщикам! Уже третьего за последнюю неделю выискиваем.       Айрин хихикнула и гордо выпрямилась, мельком взглянув на своего учителя.       — В конце концов я всех достала, — довольно протянула девушка, потягиваясь, — а потом еще и припомнила, что я твоя сестра; теперь приду на сбор новичков в этом году, а он скоро, да?       Ренджи сделал фейспалм и окончательно поднялся на ноги, отряхиваясь. В голове истерично билась, сотрясая мозг, единственная мысль: «Хоть бы не мой отряд». Хотя, даже если она попадет в другой отряд, она и там найдет себе неприятностей на свою пятую точку, а еще будет прибегать к нему, к Ренджи, который строчит отчеты, сидя в одном кабинете с капитаном, и доставать. Капитан такого просто так не оставит. Ренджи нервно сглотнул, представляя изощренные пытки, которые может придумать двадцать восьмой глава клана Кучики, и тряхнул головой, решив подумать об этом попозже.       — Тогда, Рин-тян, увидимся на сборе новичков.       — Эй! Эй-эй-эй! — Айрин схватила брата за плечо и с воинственным кличем, которому мог бы позавидовать даже Забимару, запрыгнула ему на спину. — Ты не посмеешь кинуть свою сестру скучать! Пошли, мой верный конь!       — Рин!       — Рен!       — Что ты себе позволяешь, малявка?! — Ренджи яростно дернулся, пытаясь скинуть с себя сестру, но не тут-то было: она вцепилась в него, будто обезьяна в банан, и не собиралась отпускать. Джокиширо-сан посмотрел на эту сцену и вздохнул.       — Можете быть свободны, Абараи.       — До свидания, Джокиширо-сенсей! — радостно воскликнула Айрин, пиная Ренджи, чтобы тот продвигался в сторону выхода.       — До новых встреч, — буркнул Абарай-старший на прощание и исчез в дверном проеме.       — Дети… они еще такие дети, — тихо произнес учитель кидо и вздохнул. — Но все-таки они любят друг друга, даже если и ведут себя, как ненормальные орангутанги. И при условии, что знают друг друга от силы лет десять, если не меньше.       Мужчина встал, потянулся и подошел к окну, за которым уже почти зашло алое солнце. День заканчивался, но жизнь продолжалась, почему бы не порадоваться? Он улыбнулся, вспоминая парня и девушку, так похожих друг на друга, но настолько отличающихся.       «Хотел бы я увидеть их в бою. Наверное, это будет фееричное зрелище двух красноголовых сорванцов».       И как он оказался прав.