Зачем он нам, когда между нами искра?

Я услышал вдалеке заветное от Ё предложение пойти к Яори, на что я лишь кивнул, не смотря на Ёшку. Я рассматривал лишь выпечку, который медленно приближался ко мне, пока никто не видит. Взмах палочки, и вот сиреневый оказался там, за пределами этой поляны, этого местечка для шоу. Он точно не здесь. И обджекты тихо сидели и общались, не обращая внимания на меня и Курасана. — Может уйдём? Не хочу находиться с ними, а ты ещё вернулся, — тот улыбнулся и подмигнул, на что я тихо засмеялся, не осознавая как и почему я это сделал. Просто я привык и делаю то, что прийдёт в голову. Я кивнул, достал палочку и махнул ею, после чего мы оказались в его комнате. Такая тёмная... Света вовсе не было, лишь еле заметные лучи солнца освещали небольшую комнату разделяя на полосы. Темно, светло, луч... Я увидел довольно красивого обджекта, Курасана... Не думал, что он окажется моим любимым другом или чем-то большим. И это взаимно. Вот я чувствую его прикосновения, отчего я неосознанно вздрагиваю, не осознавая отчего же именно. То ли от холодных его рук, то ли от удовольствия. А может всё вместе. Я осторожно положил свои ладони на его руки, поглаживая его и еле улыбаюсь. Так приятно, так необычно... Ещё и необычный свет, который образовался в красный яркий оттенок, напоминающий о закате солнца. Нам не нужно слов, мы понимаем друг друга без этого. И видимо в этот раз мы хорошо используем этот "трюк", отчего мы слышим от друг друга лишь тихое размеренное дыхание. Видимо недолго будем мы так, ещё недолго... Я медленно приблизился к нему, дабы поцеловать. Поднял одну бровь, будто спрашивая его разрешения, на это он лишь улыбнулся. Мы нежно сливаемся в поцелуе, который, возможно, никогда бы не произошёл, если бы не... Кнайф. Вот мы переводим поцелуй на французский, играясь языками, а вскоре проводим их и по зубам, и по нёбу, то терли друг об друга. Слышались тихое мычание выпечки, то вскоре и я поддавался этому. Продолжалось бы это долго, если бы мне это не наскучило. Этого мало, хочется чего-то ещё. Возможно и он этого хочет, даже если мы друг друга и не спрашивали. Зачем глупые вопросы? Вскоре мне пришлось первым оторваться от поцелуя, на что я получил вопросительный знак выпечки, который, видимо, меня не очень-то и понял. — Я хочу, чтобы мы сделали что-то большее, кретин, — последнее я сказал как-то странно. Никогда не думал, что обычное оскорбление покажется для меня чем-то возбуждающим. Конечно, не для того, чтобы обидеть его, но всё же. Он видимо понял и сдержал тихий смех, а вскоре лёг на моё тело, повалив на кровать, прижимаясь ко мне и целуя ниже и ниже, на что получил лишь сдержанные и довольно тихие постанывания. В это время я взялся рукой за его "рожки" и гладил, иногда сжимая его в руке, на что тот отреагировал лишь резким дрожанием, которое я очень хорошо чувствовал. Я будто чувствовал каждое его движение и его эмоции. Это взаимно. Он опускался всё ниже, как только не почувствовал что-то ещё. Да, блять, член. Членом сложно это назвать. Странная слизь, лишь имитирующая половой орган. Тентакля, возможно. — Ты и вправду это сделаешь? — я улыбаюсь и медленно отпускаю с него свою руку, а после вижу его согласие — кивок. А после я чувствую резко его мокрый от слюни язык, который медленно водился то вперёд, то назад. Мне пришлось медленно опустить взгляд, дабы увидеть всю эту красу. Даже снизу он выглядел непоколебимым и серьезным, и это возбуждался я ещё сильнее. Это никак не было похоже на обычное порно, где девчонки сразу таяли и стонали как ебанные шлюхи, какими они и являлись. Они аж бесят своей наигранной в начале похотью, пытаясь возбудить хоть кого-то за экраном. Блевать хочется. И наконец понял, что и вправду возбуждает. Непоколебимый обджект снизу, который вскоре сосёт снизу и чавкает смазкой и слюни, которой всё-таки оказывается много, отчего та стекает по руке француза. Вскоре и он покрывается румянцем и тот невольно стонет, ускоряя свой темп. Даже при этом тот серьезный вид никак не пропадал, придавая пикантности. Как бутерброд с чаем, пока другие пьют чай с тортом. Кому-то нравится приторно сладкий вкус, а кому-то... А кому-то выпечку, который всё-таки начал поддаваться и у того брови домиком встали. Его взгляд смягчился, румянец стал больше, стоны — громче. Мне резко захотелось схватить его и двигать ещё быстрее, что я и сделал. Ещё немного... — Продолжай! Сволочь! Продолжай!~ — я всё же не выдерживаю и долблю его чуть ли не через силу, пока тот уже начал кашлять и давиться. Слишком быстро, но чёрт, ещё немного. Тот скривился и я понял, что же именно было не так. Ещё немного и будет рвотный позыв, так как я уже ебал его рот во всю длину. Как хорошо, что вскоре у меня расплылось в глазах, возбуждение накатило вверх, а член стал ещё твёрже. И как же ахуенно было вытащить член и кончить прямо на его лицо, который схватился руками и пытался нормализовать своё дыхание. — Сволочь... Я бы и сам мог всё сделать... Меня чуть не вырвало... — через силу сказал Куро и поднялся с кровати. — Ты был слишком медленным, — на это он лишь громко закашлял и собирался уходить. В ванную, так как с таким личиком на улицу не выйдешь. — С меня должок. Можешь придумать хорошее наказание за такие неудобства, — я ему подмигнул, на что тот вскоре улыбнулся. Видимо такой расклад его вполне устраивает. Всё же тот уходит в ванную, оставляя меня снова в своей комнате одного.