"Ты так сильно погружаешься в свои мысли..."

… «Харуки.» тихий шёпот Акихико заставил мурашкам пробежаться по телу Харуки. Его тихий грубый голос был так любим и сладок для ушей. Теплые, сильные руки, нежно обнимающие талию, заставляли тонуть в этих объятиях. Поцелуи в шею и плечи были обжигающе горячие. Каждое действие Акихико заставляло Харуки прижиматься всё ближе и ближе к нему, заставляло хотеть большего, заставляло плакать от любви к этому человеку, который причинял так много боли и сейчас залечивает те же раны на сердце, что и нанёс.   Мысли прерывает отстранение Акихико от него и  ощущение рук на ногах Харуки, расставляющие их в стороны. Он глянул вниз: «А. Акихико, стой! Смазка.»  Резкий вход почувствовался не так болезненно, чем приятнее. До ушей доносся смешок, смешанный со стоном: «Даже сейчас ты так сильно погружаешься в свои мысли. Я уже использовал смазку, расслабься, больнее только будет». Щёки Харуки загорелись от смущения. С расслаблением он и вправду чувствовал меньше боли. Но последнее слово должно быть за ним. Сквозь стоны он тихо выпалил: «Если ты будешь так быстро двигаться, конечно будет больно. ааах!» Акихико вошёл слишком глубоко и неожиданно. Это заставило Харуки притянуть его к себе  и крепко обхватить руками. Стоны разлетались по всей комнате и ударялись об стены и потолки. Темп ускорялся, стоны становились громче и слаще, иногда прерываясь в поцелуях.