Малина

Набухались мы знатно. Самое мерзкое, что я потерял таки контроль и, выйдя следом за Димоном покурить, зажал его, словно девчонку, в малиннике. — Отпусти меня, дурак, Сашка на крыльце. Злые кулаки по рёбрам, а я, словно протрезвев, отпрянул. Димка дышал тяжело, а потом вдруг начал нервно ржать. — Пипец, я продюсера продинамил, коллегу по цеху отшил, а охранник из «Шестёрочки» меня чуть не изнасиловал в кустах. Как низко я пал! — Я принял тебя за девчонку утром и влюбился… — охренеть, что за бред я ему говорю… — Миха, ты пипец как откровенен. Ты пидор что ли? — Нет, до тебя меня не тянуло на мужиков. Димон достал сигарету и прикурил. Он как-то исподлобья наблюдал за мной, а меня качало на пьяных волнах желания. — Знаешь, Миш, — вдруг сказал он совершенно трезвым голосом, — если завтра утром ты скажешь мне всё это на свежую голову, то я обещаю тебе одну встречу наедине. — Замётано! Ох, какой я смелый, когда пьяный… Наутро готов был под землю свалиться от стыда. От одних воспоминаний удушливая волна катилась от сердца и замирала в пылающих ушах. Как я мог? Вот же докатился! Но увидеть его так и тянуло, поэтому я стрельнул у Сашки пачку сигарет, налил огромную кружку кофе и вышел к малиннику. Попивая кофе, закурил и потихоньку двинулся к забору, будучи твёрдо уверенным, что объект уже на месте. Сначала я продумывал, что сделаю и скажу, когда он придёт, потом, выпив кофе и насобирав в кофейную кружку ягод, тупо ждал его. Все диалоги в голове были проговорены, я был уверен, что сведу всё к пьяной шутке. Но когда прошло часа два, и я уже съел малину из кружки и накурился до болей в желудке, а его всё не было, я всерьёз обеспокоился. И лишь только я собрался вылезти из малинника и потопать к соседям с официальным визитом, он появился. Сердце сжалось, потом ещё, потом вдруг забилось и разогнало кровь так, что щёки опалило. Я надеялся, что он увидел меня, идёт ко мне, и встал в равнодушную позу, достав очередную сигарету. Типа я тут чисто на покурить. Но когда он, не глядя по сторонам, уселся в малиннике и затянулся, я от досады и стыда разозлился. Да что ж это такое? Кашлянул. Димон поднял на меня равнодушные глаза. — О! Миха, здоров! Он привстал и протянул руку через забор. Прохладные красивые пальцы. Сжимаю и не хочу отпускать. Он пристально глянул в глаза, потом на руки. Пришлось отпустить. — Дим… мы вчера… — Я помню, — огрызнулся он зло. — Прости, Мих, но я не пидор и становиться им не желаю. Не ты первый ошибся во мне, но я реальный — не такой. Закончится съёмка и я стану обычным с короткой стрижкой и бородой парнем. — Да, прости, я был пьян. — Проехали, пойдёшь сегодня купаться на залив? — Конечно!