— i love you always.

на улице дождь. сильный ливень, что бьёт по стёклам очень сильно, словно готовится их выбить, предупреждает говорит стуком, что всем пора заварить горячий шоколад, взять плед и наслаждаться приятным запахом сырости, что сочился через совсем немного приоткрытое окно. казутора не любил дождь, грозу и гром, всё это вызывало в нём лишь негативные эмоции: и грусть, и злость, и желание расплакаться. но когда рядом с ним чифую, то всё совершенно по-другому. дождь становится чем-то приятным, тем, что греет душу, несмотря на холод, который он приносит. хотя на самом деле ему нравилось, что в такие моменты чифую приносил две чашки горячего шоколада, мармелад и очень тёплый плед. мацуно прижимался к нему, рассказывал какие-то истории или моменты из манг, которые недавно прочитал, а ханемия с чашкой в руках и набитым мармеладками ртом слушал это, широко улыбаясь. он боялся, что однажды захлебнется в огромной любви к блондину, но знал, что тот не позволит ему захлебнуться, что будет до последнего рядом и вытянет из абсолютно любого состояния.

мацуно, неожиданно для казуторы, притягивает к себе последнего, с довольной улыбкой смотрит в глаза и целует так нежно, трепетно и чувственно, что сам казутора готов расплавиться, вот только позволить этого себе не может. поцелуй в одно мгновение перерос из нежного в настойчивый, как им обоим нравилось: от таких поцелуев бабочки в животе вальс устраивали, голова кругом шла и все части тела слабели настолько, что казалось, что они и вовсе сейчас отвалятся. а у казуторы сейчас неряшливый, растрёпанный и милый; волосы в пучок собраны, — который чиф любил трогать — и растянутая футболка с надписью «love», из-под которой виднеются короткие чёрные шорты. честно, мацуно отдал бы всё, лишь бы видеть его такого абсолютно всегда.

они оба безумно любят котят, у них есть даже парные носочки с лысыми котиками. на работе казутора может настолько заиграться, что какой-нибудь котёнок обязательно цапнет его за щёку, а чиф потом весь следующий день ругается, бурчит и бубнит что-то, говоря, что ханемии нужно внимательнее быть. ханемия же рад, когда этот злющий комочек сидит перед ним, обрабатывает его раны и говорит: «какой же ты дурак, казутора. я так сильно люблю тебя, что моё сердце уходит в пятки, когда с тобой что-то случается...» и после этой фразы чиф обнимает парня напротив, утыкается в грудь и продолжает шептать, гладя по спине: «прошу, люби меня и ты дальше... сегодня, завтра, через неделю... всю жизнь». лицо чифую приподнимают, заставляя смотреть прямо в глаза. и поцелуями проходятся по щекам, носу, лбу и губам, под конец произнося тихое: «я буду любить тебя безумно сильно всю жизнь».