Случайный

      Рихард Миллер сидел в роскошном кресле номера для новобрачных одного из самых известных здешних отелей. Город за окном медленно просыпался, зажигая всё больше огней. Ночи здесь не бывают тёмными даже зимой, когда солнце появляется всего на шесть часов. Если вообще появляется. Рихард всегда поднимался рано, но таких пробуждений как сегодня у него ещё не было. Время от времени он поглядывал в сторону кровати. Лежащий там человек вздыхал и ворочался.       Свадьба пошла наперекосяк ещё месяц назад, когда, наконец, выпал снег, и они с Кикой поехали пробовать местную горнолыжную трассу. Рихард раньше катался регулярно, благо горы и лучшие мировые курорты от родного Мюнхена были максимум в паре часов езды. Здесь же кругом были только неосвоенные леса и болота, а снег зимой мог и не лечь вовсе. За прошлый год Рихард не достал лыжи ни разу и теперь, когда погода установилась, очень обрадовался. На вершине он объяснил невесте, которая прежде не каталась, что делать. Она покивала, что поняла, и рванула вниз. Рихард чертыхаясь помчался за ней.       А дальше он толком не понял, что произошло. Девушка резко вильнула в его сторону, Рихард попытался уйти от столкновения, но, вроде бы, получил лыжей в колено. Новичок Кика, истошно вопя и размахивая палками, как крыльями, понеслась дальше. А опытный лыжник Рихард не смог выйти из поворота, кубарем вылетел с трассы и с размаху обнял дерево.       Обратно в город его доставили спасательным коптером. Почти сутки Рихард был без сознания, но оказалось, что отделался он относительно легко. Многочисленные ушибы, вывих, небольшое растяжение, ободранная кожа, но шлем защитил от сотрясения, переломов не было, а внутренние органы, считай, не пострадали. Только горло. Дерево попыталось воткнуть в него ветку.       Теперь у Рихарда был уродливый шрам на шее, и он не мог говорить. То есть мог, но очень тихо и через жуткую боль. Врачи крайне рекомендовали в ближайшие пару месяцев даже не пытаться разговаривать. И вообще горло надо было беречь. Рихарду уже порядком надоело питаться жидкими кашками и протертыми супами, но выбора не было. Выздоровление обещалось неизвестно когда.       Вообще у альф довольно стойкие организмы, способные хорошо переносить тяжёлые условия, сопротивляться травмам и инфекциям. Но это же качество порой и создаёт проблемы, потому что воинствующий иммунитет отторгает лекарства. Главная сложность в лечении альф — обхитрить иммунную систему. На последнем обследовании врач был доволен прогрессом Рихардова горла. Но вчерашний день мог всё испортить.       Из-под одеяла появилась рука. Её хозяин пошарил по второй половине кровати и, никого не обнаружив, проснулся.       — Костя, ты дома? — спросил сонный, но довольно приятный голос.       Рихард печально вздохнул.       Одеяло зашевелилось. Человек сел и удивлённо огляделся.       — Это что вообще? — парень-омега заметил Рихарда и отпрянул. — Ты кто?       Рихард и хотел бы ответить. Он даже попытался, но звук не получился.       — О, чёрт! — омега схватился за голову. Наверное, вспомнил. Он принялся лихорадочно шарить вокруг.       Рихард тяжело поднялся и включил свет.       — Спасибо, — кивнул парень и, наконец, обнаружил свой телефон под подушкой. Омега хмуро смотрел на экран и старательно что-то нажимал. Рихарду даже стало интересно, что там такое.       — Су-ка! — раздельно произнёс парень и швырнул телефон в кресло. — Тупая железяка! Опять завис.       Рихард усмехнулся и поднял аппарат. Старая модель да ещё и с трещиной на экране. Пришлось нажать несколько раз, чтобы телефон начал реагировать.       — Сообщение отправлено вчера в три. Пришло только вечером, а прочитать его я до сих пор не могу, — пояснил парень.       Рихард протянул ему телефон. Страница загрузилась. Послание было довольно коротким: абонент «Котя» писал, что не готов к браку и детям, их отношения были ошибкой, и он уже везёт сумку с вещами бывшего парня к какому-то Сане.       — Урод, — буркнул омега и закрыл лицо руками. — Да всё понятно было на самом деле. Лучше бы я телефон новый купил, чем свадьбу эту устраивать. Костюм ещё такой дурацкий.       Тут Рихард был не согласен. Отделанная кружевом и крошечными стразами туника и брюки цвета шампанского смотрелись на парне прекрасно даже после того, как он в них спал. Рихард погладил омегу по плечу, чтобы как-то выразить поддержку.       — Как тебя зовут? — омега посмотрел на него снизу вверх, ненадолго остановив взгляд на шраме.       — Ри… — на автомате начал говорить Рихард и закашлялся. От этого было только больнее, и кашель усиливался. Рихард подумал, что так и задохнётся по глупости, но тут его голову слегка запрокинули и стали медленно вливать в рот воду.       — Аккуратно, — приговаривал омега. — Маленькими глотками. Молодец.       Теперь Рихард сидел на кровати, а омега стоял перед ним со стаканом.       — Ты поди вчера компрессы не делал? — недовольно спросил он. — Аптечку с собой взял? Давай, я полоскание тебе разведу.       Правда, на слове «полоскание» парень позеленел и принялся отчаянно озираться. Рихард указал на приоткрытую дверь в санузел. Омега умчался туда и его стошнило. Вот уж помощничек. Правда, через пару минут он вернулся в комнату, как будто ничего особенного с ним не произошло.       — Иди полощи горло, — велел омега. — Потом будем делать компресс.       Рихард попытался открыть новую вкладку в телефоне, который всё ещё держал в руке, но тот опять завис. Пришлось достать свой.       «Ты врач что ли?» — написал он в чистой заметке.       — Медбрат, — пожал плечами парень. — В четвертой больнице работаю. В детском отделении.       «Рихард, — написал альфа. — Моё имя».       — Виктор, — протянул руку омега. — Виктор Степаненко.       Рихард непроизвольно рассмеялся, горло опять пронзил спазм. Пришлось идти в ванную и полоскать его лечебным раствором. Заодно он умылся и привёл себя в порядок. Спать Рихард больше пока был не намерен, а ходить растрёпанным не привык. Да и насчёт компресса Виктор был прав, это хорошо помогало. Только лежать полчаса Рихард не собирался, просто придерживал смоченную лекарством тряпку у горла.       «Невеста, которая меня бросила, — написал он. — Виктория Степанова».       — Мне что-то такое вчера говорили, — улыбнулся Виктор. — Действительно, забавно получилось.       Рихард налил себе чистой воды и закинул в рот целую гору разноцветных таблеток, заранее разложенных в таблетнице. Наверняка эти пилюльки сыграли значительную роль во вчерашних событиях.       Великая и неподражаемая русская бабуля Рихарда — Елена, заранее просветила внука о местных свадебных традициях. Он знал, что жених здесь не ждет невесту у псевдоалтаря, как нынче принято почти везде, а сам забирает из родительского дома и везёт на гражданскую регистрацию в специальный зал. Почему тут принято все свадебные мероприятия проводить в один день, так и осталось для Рихарда загадкой, но спорить он не стал. В качестве группы поддержки к нему приехали сводный брат Ян и лучший друг Арно. Втроём они отправились к дому Кики и вместо обещанных бабулей подружек невесты и шуточных конкурсов обнаружили тишину и запертую дверь.       Рихард сначала подумал, что они перепутали дом или улицу, или район. Но ему доводилось бывать там раньше, и место было то. Потом он пытался орать и долбить ногой в дверь. Но брат и друг вывели его на улицу. Арно достал из кармана фляжку… Вообще Рихард уже раз двадцать зарекался пить что-то из рук Арно, потому что в его «Настойке на экологически чистых травах» было градусов семьдесят, и она сносила мозг с одного удара. А тут ещё и действие таблеток добавилось. Дальнейшее отложилось в памяти Рихарда как цирк с клоунами, гимнастами и цветным стробоскопом.       Кажется, это Арно предположил, что Кика могла поступить по западной традиции, и сама поехала в этот их «Зал регистрации браков». Рихард почему-то ему подчинился, хотя понимал, что это пустая надежда. Там друзья ненадолго его бросили. Потом какая-то женщина торжественно спрашивала согласен ли он. Рядом стоял кто-то в светлой одежде и с букетом. Появились какие-то незнакомые люди — две девушки и парень. Рихард указал на своё горло и кивнул. Потом надевал кому-то кольцо на мизинец. Кто-то шипел, что палец не тот, но на другие оно не лезло. Они в чём-то расписались и всей компанией двинулись в ресторан. Что там было, Рихард не запомнил вообще. Но проснулся он в этом номере, одетым, хоть и в обнимку с омегой.       «Ты теперь не Степаненко, — написал Рихард. — Ты — Миллер».       — То есть как Миллер? — Виктор сел. — Это же шутка? Это же всё не по-настоящему было?       Рихард открыл свёрнутую вкладку сервиса гражданских услуг и показал Виктору.       — Рихард Миллер… Ого, тебе тридцать два, — Виктор чуть сдвинул карточку. — Супруг — Виктор Миллер, девятнадцатое марта… Это я…       Он потянулся было за своим телефоном, но вспомнил, что от того нет никакой пользы.       — Но я же с Костей документы подавал! — Виктор вопросительно посмотрел на свежеобретённого мужа.       Рихард выразительно обвёл взглядом номер. Мол, ты его здесь видишь?       — Я беременный! — возмутился Виктор, как будто это волшебное заклинание должно было призвать неведомого «Котю», который не готов к семье и детям.       Рихард посмотрел на супруга снисходительно.       «Я вообще на женщине женился», — всё же написал он.       — И что мы будем делать? — тяжело вздохнув спросил Виктор.       Больше всего Рихарду хотелось найти Яна и Арно и спросить, кому из них пришла в голову эта гениальная идея. Но он написал:       «Закажи завтрак».       — Прямо в номер? — удивился Виктор. — А как?       Рихард показал на телефон на столике и лежащее рядом меню.       На Викторе только свадебный костюм был новым и, наверное, недешёвым. Телефон, обувь, куртка — всё это было простенькое и местами сильно поношенное. Рихард не знал, сколько зарабатывают медбратья, но видимо, немного. Наверное, внезапный супруг раньше и в отелях-то не останавливался.       Виктор углубился в чтение меню. Рихард не выдержал и написал:       «Просто набери номер и скажи: «Два английских завтрака в комнату 901»».       Рихард сунул телефон под нос Виктору. Тот смерил его недовольным взглядом, но администратору всё же позвонил.       — Овсянку для моего мужа, — попросил он, после выяснения технических подробностей.       Рихард застонал. Виктор улыбнулся.       — Омлет и овсянку для супруга, Что-нибудь с рыбой и сырники с джемом для меня. Нет, никакого кофе. Чай.       «Ненавижу кашу», — написал Рихтер.       — А снова разговаривать хочешь? — жестко припечатал Виктор. — Будешь вести себя хорошо, через неделю сможешь съесть паровую котлетку.       «Привык с детьми работать? Я — взрослый!»       — А какая разница?       — Так всё же, — Виктор с наслаждением откусил сырник, намазанный джемом и обёрнутый пластиком красной рыбы, — если мы на самом деле женаты, то надо подать заявление на развод.       Рихарду при взгляде на завтрак супруга всё больше нравилась овсянка.       «Нельзя, — написал он. — Через полгода только».       — Через полгода я рожу! — возмутился Виктор.       Рихард развел руками, не понимая претензии. «Ну и рожай», — говорил он своим видом.       — А ты знаешь, что пока мы в браке, ты автоматически считаешься отцом ребёнка? — Виктор недоверчиво склонил голову на бок. — Тебя запишут родителем, и после развода ты будешь обязан платить мне алименты чёрт знает сколько лет.       С такой позиции Рихард на их брак пока не успел посмотреть. На самом деле, незадолго до переезда в этот регион и встречи с Кикой он начинал собирать документы на усыновление. Так что в первый момент, Рихард подумал, что был бы не против при разводе оставить ребёнка себе. Но это жестоко по отношению к омеге.       Однако упоминание алиментов, наконец, разбудило бизнесмена в голове Рихарда. С Кикой у него был подписан договор со всеми условиями возможного развода. Жаль, он не подумал, что брак может вовсе не состояться. С Виктором они, естественно, никаких предварительных соглашений не заключали. А значит, развод у них будет по общим правилам, с судом и разделом совместно нажитого имущества. То есть, этот парень, совершенно ничего не делая, сможет претендовать на половину заработанного Рихардом за те полгода, что они пробудут супругами, да ещё и на алименты. Шутка Яна и Арно становилась всё менее смешной. Эти придурки должны быть в его квартире, стоило поехать туда и высказать им всё. Хотя, высказать он как раз не мог…       Рихард стукнул ладонью по столу, вилки со звоном подпрыгнули. Омега тоже вздрогнул.       — Нет, я не претендую, ты не подумай, — опасливо отодвинулся он. И вдруг всхлипнул. — Я не хотел. Я с Костей…       Рихард растерялся. Вообще-то, на Виктора он почти не злился. Немного бесило, что тот согласился на эту авантюру. Но Рихард хорошо знал своего брата и был почти уверен, что идея его. Арно её подхватил. А под напором этих двоих и скалы не устоят. К тому же, этого омегу тоже бросили. И к фляжке вчера прикладывались все…       Рихард сел поближе и осторожно обнял всхлипывающего супруга.       — Как я мог быть таким идиотом? — рыдал Виктор. — Как я сразу не понял?       Рихард хотел узнать подробности, но до телефона было далеко тянуться. Да и как задать вопрос, он не знал. Поэтому просто поглаживал плечо Виктора, пока тот немного не успокоился.       — Понятно же было, что жениться он не хочет, — вздохнул Виктор. — Да мы и вместе недолго были. Полгода всего.       Рихард посмотрел вопросительно.       — Мы предохранялись, — пояснил Виктор. — Но стопроцентных гарантий, как ты знаешь, не бывает. Когда я сообщил Косте о беременности, он сказал, что надо жениться. Это сразу не выглядело, будто ему очень хочется. Но так и я ничего такого на ближайшие пару лет не планировал. А потом… — Виктор снова всхлипнул. — Он не хотел заниматься со мной любовью. Типа боялся повредить ребёнку. А когда мы заявление подали, устроился на корабль и ушёл в плаванье на месяц. Сказал, что хочет денег на свадьбу заработать. Только ничего не заработал. Как вернулся, начал предлагать сэкономить на том, на этом. Гостей не звать, банкет отменить. От поездки отказаться. Можно подумать мы на Карибы собирались. Всего-то в Псков на два дня. В самом деле, зачем тратиться, если он не планировал являться на свадьбу?       Рихард всё же дотянулся до своего телефона и написал:       «А я почему был таким идиотом?»       — В смысле? — Виктор посмотрел на него в упор.       Рихард поднялся и пару раз прошёл по комнате. Он же почти на семь лет старше и уж точно опытнее Виктора, как он не понял?       «То же самое!» — написал он.       Набирать столько букв, сколько возмущения роилось в его голове, было тяжко, поэтому Рихард размахивал руками, пытаясь всё объяснить, но очевидно, не слишком вразумительно.       «Большая свадьба», — нервно написал он.       — Человек сто? — предположил Виктор, Рихард кивнул. — Родители, друзья…       «Коллеги, деловые партнёры», — дополнил Рихард. Он указал пальцем на своё лицо. Из больницы Рихард вышел тем ещё красавцем. Правая щека была сильно ободрана об снег и дерево. Сейчас шрамы затянулись, только щетина росла неровно. Но если гладко побриться, то почти незаметно, что лицо как будто на тёрке пытались тереть.       «Сказала, что в таком виде мне будет неудобно перед коллегами, — написал он и снова прошёлся по комнате. — Зачем партнёры, если я не смогу с ними разговаривать?»       — Это всё из-за твоей травмы что ли? — удивился Виктор. — Вот сука!       Рихард кивнул. Бронь большого ресторана отменили. А вот куда делись деньги, которые он на это выделял? Всей организацией занималась Кика, он только оплачивал, что скажут. Вот значит, как! Опять Рихард попался на это. А ведь он старался! Так старался построить нормальные отношения, учесть прежние ошибки и сделать всё правильно. Не забывал регулярно дарить подарки, чтобы Кика, как Хельга тогда, не сказала, что Рихард о ней совсем не думает. Устраивал свидания, чтобы доказать, что он не сухарь, и не чужд романтики. Возил её на отдых, чтобы его очередной раз не обвинили в трудоголизме и невнимании. Да чёрт возьми, он в самом деле был к ней внимателен и практически доверял. А она!       Хельга тогда тоже взяла деньги. Всю наличку, которую сумела найти в доме. Сказала, что купила себе на них шубу в качестве компенсации за жизнь с таким чёрствым чурбаном как Рихард. И уехала на море. В шубе…       А он — натуральный болван.       Рихард сел рядом с Виктором. Вот они дебилы.       «Поехали?» — написал он.       — Куда? — не понял Виктор.       «Домой?» — предположил Рихард.       Виктор вздохнул. Ну да, его же выгнали. Интересно, а родителей у него нет, что ли? На свадьбе не было…       «Мои друзья наверняка собираются продолжить праздновать, — написал Рихард. — А твои?»       Виктор взял свой телефон, но тот не включался. Он печально пожал плечами. Рихард показал ему загружаемое приложение такси и жестами велел собираться. Он тоже быстро пробежался по номеру, взял свою аптечку, пальто, ключи от машины. Сама машина осталась у дома бывшей невесты, на чём они ездили потом, Рихард не запомнил. Виктору тоже, кроме обуви и сломанного телефона, собирать было нечего.       Через десять минут такси уже влилось в нескончаемый поток машин. Высадили их у арки облагороженного старого дома. Но Рихард не повел супруга в парадную, а прошел два здания назад и завернул в салон мобильной связи. Он быстро осмотрелся и ткнул пальцем в один из выставленных на витрине телефонов.       Девушка-продавец, на удивление не сонная в такой час, запорхала рядом, задавая миллион вопросов, которые были совершенно бессмысленны при том, что клиент уже сделал выбор. И бесили Рихарда, ведь ответить он не мог.       — Моему супругу тяжело говорить, — прервал её щебет Виктор. — Вы не могли бы просто продать ему то, что он хочет.       — Ой, — спохватилась девушка и пошла было к кассе, но всё же не выдержала.— У нас есть такая модель ещё в белом, синем и красном цвете, вы уверены, что хотите черный?       Рихарду уже хотелось её удавить, но этот вопрос хотя бы был не тупой. Рихард повернулся к Виктору, предлагая выбрать.       — Я? — удивился он. — Но мне не нужно…       Рихард закатил глаза. Пришлось достать телефон и написать:       «Твой сломан. Если мне надо будет с тобой связаться, куда звонить?»       — Но это слишком дорого, — шепнул Виктор.       Рихард обвёл руками салон, а потом ткнул пальцем в часы. Мол, выбирай только быстро. Виктор указал чуть ли не на самый дешёвый, Рихард быстро прочёл характеристики и фыркнув махнул продавщице упаковывать первый вариант. Он наугад ткнул в красный кружочек.       — Синий, — тут же поправил Виктор и мгновенно смутился. — Я больше люблю синий цвет.       Ян — ночная птица, ещё дрых, а Арнольд воевал на кухне с кофемашиной.       — О, молодожены, — обрадовался он, выйдя на звук открывающегося замка, и радостно затянул немецкую свадебную песню.       К концу выступления из дальнего конца квартиры выполз Ян, ругая товарища на адской смеси языков, которой пользовались на их родине. Клоуны.       Виктор осторожно снял куртку и завис, наблюдая за этой сценой.       — Твоя подружка, — без перехода оборвал песню Арно, — которая на имперку похожа.       — Ира, — заторможено кивнул Виктор.       — Дай её номер, — расплылся в улыбке Арно.       — Ничего ему не давай, — вмешался Ян. — Она мне телефончик оставила. А ты в пролёте.       Он показал другу язык и скрылся в ванной.       Рихард, выразительно повертев пальцем у виска, забрал у супруга куртку и пристроил на вешалку.       В салоне новый телефон активировали, и теперь он то и дело жужжал, а Виктор прижимал аппарат к груди, даже не пытаясь читать сообщения. Привыкнет. Рихард усмехнулся. Виктор с новым телефоном казался ему очень забавным и милым. Да и вообще смешно получилось. Салон ведь из самых обычных, рассчитанный на средний сегмент. Никаких тебе золотых корпусов и особых дизайнов. Так что телефон просто не мог так уж много стоить. Да и Рихард выбрал не дорогую, а проверенную и надежную марку. Но ему очень нравилось наблюдать за эмоциями Виктора. Ни одна из прежних пассий Рихарда так подаркам не радовалась. Даже когда они были намного более дорогими.       Рихард жестами указал супругу проходить дальше. Тот очнулся и всё же посмотрел свои сообщения.       — Саня пишет, что они с Олей и Ирой едут сюда, — улыбнулся он.       Арно изобразил танец победителя и умчался обратно на кухню под писк таймера. Видать, что-то готовил.       Рихард поманил супруга за собой в спальню. Он нашёл в шкафу новую футболку и спортивные штаны. Ростом и телосложением они с Виктором почти не отличались, кроме того что омега, естественно, был шире в бёдрах. Но штаны Рихард случайно купил на два размера больше. Должны были подойти. Он отдал Виктору вещи и указал на дверь второй ванной. Запас полотенец хранился прямо там. Как-нибудь разберётся.       Самому тоже хотелось в душ и переодеться, и он пошёл выгонять Яна. Прямо как в детстве, когда они ещё делили одну комнату и регулярно дрались и ругались из-за очереди в ванную и всего прочего. Хотя теперь Рихард особенно не мог ругаться, и Ян, похоже, восполнял недостаток шума, споря с Арно о девушке Ире. Надо бы предупредить её о несерьёзности этих двоих.       — Нет, мы не родные братья, — услышал Рихард, когда вышел из ванной. Пришлось идти на кухню, где благоухали еда и кофе.       Виктор обнаружился там же. Себе он заварил чай. Арно и Ян бодро поглощали яичницу с колбасками. Рихард им завидовал, но всё же от общей картины почувствовал себя хорошо. Как дома.       — Я от первого брака матери, а он — отца, — продолжил Ян, кивнув в сторону Рихарда. — Но мы с пяти лет росли вместе.       — А твоя родная мама? — осторожно обратился Виктор к Рихарду.       Тот кивнул брату.       — У него был ома. Он умер. Рак, — сообщил Ян. — А мой родной отец ещё жив вроде. Шляется где-то.       Рихард ткнул брата в плечо и кивнул на Виктора.       — А твои родители? — интерпретировал сигнал Ян. — На свадьбе их не было.       — Отец умер, — пожал плечами Виктор. — К счастью. Работал на стройке, пьяным упал с высоты. Или спрыгнул, не знаю. Мне тогда десять лет было. А мама в Италии живёт. Недалеко от Рима. Она пять лет назад второй раз замуж вышла. Раньше работала библиотекарем, потом увлеклась историей искусства, стала записывать видео обо всяких картинах. На фоне этого познакомилась с ещё одним искусствоведом-энтузиастом. Так-то Джузеппе физику в школе преподаёт, но в свободное время они по всяким итальянским галереям ходят и новые ролики в мамин блог записывают. Они… не смогли приехать.       — На свадьбу сына? — удивился Арно.       — Ой, ну тупо получилось, — махнул рукой Виктор. — Они купили дешёвые билеты и не посмотрели, что это чартер, и он летит из другого аэропорта. Пока разобрались, самолёт уже улетел, билеты сгорели. А… ну, они не богатые люди.       Рихард понимающе кивнул и пихнул в плечо Арно, который давился смехом.       — У вас, я смотрю, тоже родители не приехали, — вскинулся Виктор.       — Наша бабуля на прошлой неделе решила поиграть в теннис. Где-то после пятнадцати лет перерыва, — усмехнулся Ян. — Сломала руку. Мама осталась её опекать. А отец должен был лететь с нами, но к нему в офис государственная проверка пришла. Прямо на пороге завернули.       Телефон Виктора снова прожужал, и он поспешил прочесть сообщение. Однако это его не удовлетворило, и омега полез что-то листать в сети, постепенно становясь всё мрачнее. Пока все наблюдали за ним, Рихард потянулся к аппетитному куску на тарелке брата.       — Тебе пока нельзя колбаски, — не отрываясь от телефона, оборвал его Виктор. — Омлет можно.       Ян заржал, и Арно тут же подхватил. За этим они едва не пропустили звонок в дверь. Рихард пошёл открывать, но Виктор обогнал его. Гостями оказались парень и две девушки, которых накануне Рихард в бреду посчитал гимнастами. Девушки обе были невысокие и хрупкие. На вид помладше Виктора. Одна из них пахла как омега. На свадьбе обе были в чём-то облегающем и блестящем, наверное, из-за этого вся компания так легко вписалась в картину цирка в голове Рихарда.       Парень поставил перед Виктором объёмную сумку.       — Представь, пока мы вчера ждали этого козла возле Зала, он притащил ко мне твои вещи, — возмущенно сообщил гость.       Виктор выглядел удивленным, хотя он читал сообщение от «Коти». Рихард не сразу понял, в чём дело.       — Слушай, — смутился гость. Судя по всему, Саша. — Я не могу тебя к себе пустить.       Виктор перевёл взгляд на одну из девушек, ту что была омегой. Не похожа на имперку, значит, не Ира. Она стояла ближе к Александру и по всей видимости была его парой.       — Его соседка совсем крышей поехала, — пояснила она.       — Мы же вчера поздно возвращались, — припомнил Саша. — Ну и решили, что Оля может у меня переночевать. Только зашли…       — Об сумку эту запнулись, — добавила Ольга.       — Вот-вот, пока смотрели, что это такое, сразу в комнату не пошли. Так эта чокнутая выскочила с топором. Представь!       — Вопила, что омеги — отродья Дьявола, — скривилась девушка. — Что нас надо уничтожать и всё такое.       — Вы смогли сбежать? — спросил подошедший Арно.       — Мы полицию вызвали, — гордо заявила Ольга.       — Бесполезно, — отмахнулся Саша. — Она сказала, что услышала шум среди ночи и подумала, что воры залезли. Мол, спросонья нас не узнала, а топор взяла, только, чтобы напугать. Мы к Ирке поехали. Короче, мне теперь надо искать новую комнату, а Вику ко мне заходить не стоит. Мало ли что ей в следующий раз в голову взбредёт.       Рихард взял сумку и понёс в свою спальню.       — Эй, зачем? — Вик, как его называли друзья, попытался отобрать свои вещи, но не преуспел.       В комнате под любопытными взглядами всей компании, Рихард достал телефон и набрал:       «Ян завтра уедет и освободит вторую спальню».       — Но это как-то неудобно, — смутился Виктор.       «Девушки у меня теперь нет, — написал Рихард и усмехнулся. — Ты не помешаешь».       — Я буду платить за аренду, — пообещал супруг, Рихард только отмахнулся. Мол, потом разберёмся.       Он поспешил вернуться на кухню и всё же стащил кусочек колбаски. Правда, челюстью шевелить тоже было больно, так что он смог только обсосать колбасу в попытке ощутить вкус. Пришлось всё выплюнуть. На языке остался неприятный слой жира. Рихард поспешно запил его чаем Виктора. Всё же тот был прав, надо ещё немного подождать, дать горлу восстановиться.       Ян с улыбкой наблюдал за этими манипуляциями. Рихард в ответ пожал плечами. А что ему ещё оставалось?       — Хорошие они ребята, — вздохнул Арно, вернувшись на кухню.       Рихард посмотрел на него недовольно. Он вообще пытался прислушиваться к разговору в комнате. Только слышно было плохо.       — Да при чём здесь это? — повысил голос Виктор. — С ним всё понятно! Тебе зачем было так делать?       Ответ Рихард не расслышал.       — А что обо мне теперь подумают?       — Кто? — Саша не выдержал и тоже повысил голос. — Костя и его дружки-идиоты? Тебе не об этом надо заботиться, а о ребёнке!       Арнольд дёрнул Рихарда за рукав и вопросительно кивнул в сторону комнаты. Рихард ехидно улыбнулся и изобразил пантомиму «У нас будет ребёнок». Но потом всё же достал телефон и набрал:       «Ты представляешь, во что мне это обойдётся при разводе?» И ткнул экраном в нос Яну.       — Ну так не разводись, — усмехнулся тот.       Рихард уставился на него как на идиота.       «Я знаю этого парня меньше суток!» — написал он.       — Это что последние сутки в твоей жизни? — Арно явно выбрал сторону другого брата. — Познакомься.       — Вы разве не сегодня летите в свадебное путешествие? — добавил Ян.       «Но он же…» — начал писать Рихард и передумал. Это была очень невразумительная причина. Будь у него голос, может, Рихард и попытался бы объяснить, что его так напрягает, но спорить с ними из заведомо уязвимого положения не хотелось.       Рихард только вздохнул и пошёл организовывать стол в гостиной. Такой большой компанией да ещё и с почти незнакомыми людьми сидеть на кухне казалось ему неправильным. Арно и Ян пришли, когда он уже заказал доставку закусок, а Ольга и Вик расставили посуду. Саша дулся, сидя в углу. Виктор демонстративно не смотрел в его сторону.       — Что у вас случилось? — тут же обратил на это внимание Арно.       — Этот кретин выложил фотки из Зала Регистрации, — пожаловался Виктор.       — И? — не понял Ян.       — И подписал их так, будто я сразу собирался замуж за Рихарда, а Кости вообще не было.       — И теперь у этого говнюка взыграла ревность, — выплюнул Саша. — Сначала сам бросил, а потом, посмотрите-ка, его бесит, что Вик посмел не страдать по нему.       — Он там по потолку бегает и орёт, что Вик ему изменял, — вставила Ольга.       — Что я — шлюха продажная и тому подобное, — возмутился Виктор.       Рихард попытался знаками объяснить, свою мысль, но никто пантомиму не понял.       «Ты — омега. Запах», — написал он.       — В смысле, запах другого альфы меня бы сразу выдал? — уточнил Виктор.       «Кто поверит?»       — Дураки всякие поверят, — вздохнул Вик. — Можно сказать, что я это делал с бетой.       — При чём здесь какой-то бета, когда Рихард — альфа? — возмутился Саша. — Ну хочешь, я напишу, что вы — внезапно встретившаяся истинная пара?       — Истинность — это байка для тупых!       — Они и есть тупые!       — Покажи-ка мне его аккаунт, — попросил Арно, хищно улыбаясь.       — За дело берется профессионал, — одобрительно улыбнулся Ян.       — Ненавижу таких людей, — кивнул Арно.       В этот раз Рихард был умнее и к фляжке лучшего друга не прикасался. Да и вообще на пару с супругом пил только чай. А потом всё равно не понял, как они оба в обнимку с чемоданом оказались в аэропорту. Вот вроде бы Ира предложила игру-знакомство, и все увлечённо принялись болтать о любимых фильмах, детстве, домашних животных и прочих мелочах, а вот уже дружной командой пакуют вещи и вызывают такси.       Виктор тоже выглядел растерянным. Он пытался отказаться. Говорил, что для свадьбы взял только два дня выходных, но Саша, как оказалось, его коллега, ловко уговорил позвонить и передоговориться. Так что Вик, неожиданно для себя, ехал к тёплому морю.       — Не знаю, что ты обо мне думаешь, — Виктор повернулся к мужу. — Но, наверное, ничего хорошего. Поэтому я хочу показать тебе то, что Косте не показывал.       Он сунул Рихарду в руки свой телефон. На удивление, на экране было открыто банковское приложение. Рихард лениво пролистал немногочисленные цифры и вопросительно посмотрел на супруга.       — Чтобы ты не думал, что я из-за денег, — пояснил тот. — Мне есть на что жить.       Рихард понимал, почему Вик поднял этот вопрос. Он слышал, как друзья убеждали омегу не отказываться от случайного шанса. Они тоже сначала решили, что это шутка. Думали, что сфотографируются в красивых костюмах и поужинают в уже оплаченном ресторане. Почему бы и нет? А потом регистраторша сверилась с бумажками и решила, что заявления просто перепутались, Костя должен был жениться на Виктории Степановой, а Рихард на Викторе Степаненко. И свадьба оказалась настоящей. Да, никто этого не ожидал, но это ещё не значит, что ничего дельного не выйдет. Мол, Рихард — серьёзный хорошо обеспеченный альфа, где Вик ещё такого найдёт?       — Мы его второй день знаем, — Виктор ответил гораздо тише, но Рихард всё равно услышал. — Вдруг он бандит или маньяк. От хороших мужиков невесты в день свадьбы не сбегают.       Рихард и сам постоянно думал, что же с ним не так. Он не был ни маньяком, ни бандитом. И вообще считал себя хорошим человеком. Во всяком случае, он старался таким быть и не делал никому ничего плохого. С женщинами пытался обходиться так, как описывают идеальных мужчин в популярных журналах. Никогда ни к чему не принуждал, не настаивал на близости, дарил подарки и демонстрировал заботу. А они бросали Рихарда с неизменным цинизмом. Да и было-то их всего четыре. В его тридцать два.       Омег у него прежде не было. Если не считать парня, который преследовал Рихарда в школе. Но от того Рихард сумел сбежать.       Он вернул Виктору телефон. Сумма на счету не была такой уж огромной, но всё же намного большей, чем можно было подумать.       — У меня была комната в коммуналке, — сообщил Виктор. — Один мужик захотел выкупить всю квартиру и предложил неплохую цену. Я тогда как раз переехал к Косте, ну и согласился. Понимаешь, я всегда хотел стать врачом, а не медбратом. Но после школы мне на бесплатное обучение не хватило трёх баллов. А на платное не было денег, поэтому я пошёл в колледж. Прошлым летом я снова пересдал экзамены. Теперь не хватает одного балла. Мне предлагали пойти на платное. Там через год можно пересмотреть условия и, в зависимости от оценок и освободившихся мест, могут или снизить плату или вообще её отменить. У меня хорошие шансы. Но мне тогда всё равно платить было нечем. И… Ну в общем, когда мы начали жить с Костей, я подумал: если всё сложится и мы будем вместе, я с этих денег оплачу первый курс. А теперь даже не знаю. С ребёнком я всё равно пока учиться не смогу. Наверное, надо купить маленькую квартиру на окраине. Мне как раз хватит.       «Совместно нажитое имущество», — написал Рихард.       Виктор посмотрел на него непонимающе.       «Если купишь, пока мы в браке, квартира будет общей. Мне не надо, но суд будет делить».       — И где мне жить? — возмутился Виктор.       «Полгода. Живи у меня».       Рихарду всё происходящее тоже казалось странным, но этот вариант решал проблему. Виктору нужна крыша над головой, а у Рихарда есть свободное место. Да и, честно сказать, ему было скучно. Кика ещё две недели назад сказала, что жених должен забирать невесту из дома родителей, и съехала к ним, якобы, готовиться к свадьбе. А Рихард из-за своего горла не ходил на работу и торчал целый день дома один. Ему это совсем не нравилось. Если хотя бы иногда кто-то будет рядом, это даже хорошо.       Они успели договориться, что Виктор будет оплачивать часть коммунальных услуг и покупать себе продукты, когда началась посадка.       Разумеется, бизнес-классом Вик никогда не летал и снова выглядел таким же удивлённо-смущённым, как и с телефоном. Рихард написал, что можно заглянуть во все уголки и ящички, и с улыбкой наблюдал, как супруг осторожно исследует их парное место, принимая серьёзный вид, когда в поле зрения появляется стюард. Рихарду это зрелище казалось ужасно забавным. Он даже не стал сам проверять все кнопки, как обычно делал. Хотя потом, когда самолёт уже поднялся в небо, и они заказали еду, Рихард написал длинную заметку о том, что бизнес-класс это всегда немного аттракцион. Каждая авиакомпания в каждом типе самолётов делает их по-разному. Так что почти всем приходится изучать место, чтобы понять, где на этот раз пульт управления, и как всё работает.       — А в номере тоже сплошные сюрпризы? — недовольно спросил Виктор.       В номере был один главный сюрприз — большая двуспальная кровать. Рихард попытался объяснить администратору, что им нужен другой номер, с двумя отдельными кроватями, но тот почему-то не умел, или не желал, читать с телефона, а пантомиму не понимал. Потом в диалог вмешался Виктор и, наконец, стало ясно, что нужный тип комнат дешевле забронированного, и в этом вся проблема. Рихард разрешил переплату не возвращать, и их сразу переселили. Виктор, правда, настаивал, что на этого администратора надо жалобу написать. И в общем-то был прав.       Рихард предполагал, что Виктору потребуется что-то купить, но тот радостно сообщил, что в колледже занимался плаванием и даже выиграл какие-то соревнования. Да и теперь берёт льготный абонемент в бассейн от больницы. Так что купальные принадлежности у него есть. Из одежды на жарких островах требовались только майки и шорты, с ними у супруга тоже проблем не было. Рихард подозревал, что все эти вещи куплены в дешёвых магазинах, но был готов признать, что короткие джинсы и футболка с героем популярного фильма ничем принципиально не отличаются от футболок и шорт других отдыхающих. Правда, многие омеги носили одежду более вычурного дизайна — с рюшами или кружевом. Но не сказать, чтобы Вик был здесь единственным, кто не подчёркивал свой половой тип.       Одну вещь мужу Рихард всё же купил — обувь. Правда, это была парная покупка. Рихард, как оказалось, с этим тоже прогадал. Ни его брендовые кожаные сандалии, ни пластиковые шлёпанцы Виктора не справлялись с жарой, влажностью и набивающимся всюду песком. Тут нужны были мягкие и лёгкие местные тапки с ближайшего рынка, на которые ко второму дню переходили все. Рихард первым же утром купил две пары. Хотя Виктор был не очень доволен, потому что свои хотел оплатить сам. Какая разница, копеечная же покупка?       В первое время Рихард чувствовал себя слегка не в своей тарелке. Он привык развлекать свою спутницу рассказами о месте, где они находятся, вине, которое они пьют, людях, которые делали всё это прежде, и чёрт-те чём ещё. Набирать всё это в заметках телефона было как-то слишком. Он мог разве что находить нужную информацию в сети. Это казалось не очень хорошей идеей, но Виктор зачитывал найденные статьи вслух и комментировал по ходу. Они смеялись или быстро обсуждали какие-то моменты. На пятый день Рихард перестал ощущать свои возможности как ограниченные. Виктора не надо было развлекать, он сам неплохо справлялся. А на то, чтобы договориться о планах или поделиться впечатлением, коротких заметок и жестов вполне хватало.       Самое забавное было, когда во время одной из обычных прогулок по острову, Рихард привёл спутника в заведение с самыми лучшими, на его взгляд, морепродуктами. Он был там в детстве, когда приезжал с родителями. И позже, когда отдыхал один. Ни одна из его спутниц туда бы не пошла из-за слишком неизысканной кухни и низких цен. А тут Рихард даже предложил Виктору разделить счёт. Кика за такое растерзала бы его на месте, а Вик обрадовался. Он сразу заметно расслабился. Они даже позволили себе по слабенькому коктейлю и чудесно провели вечер. Хотя Рихарду приходилось рвать креветок на мелкие кусочки и разминать пальцами, чтобы легче было глотать. Впрочем, к концу поездки его это почти не беспокоило.       В общем-то Ян и Арно были отчасти правы, утверждая, что путешествие их сблизит. Рихард и Виктор действительно научились понимать друг друга, хотя их отношения совсем не напоминали любовь навсегда или хотя бы семью. Просто было понятно, что полгода вынужденного брака они смогут провести под одной крышей без потерь с обеих сторон.       Уезжая, Рихард оставил квартиру на Яна и Арно. Виктор же сам догадался предупредить об их спорах свою подругу Иру. Та только фыркнула.       — Неужели ты думаешь, что я не заметила? — сморщила носик девушка. — Я же учусь на психолога! Естественно, я вижу, что Арнольд, хоть и пытается притвориться брутальным самцом, совершенно несамостоятельный. Он очень зависим от мнения друзей, особенно Яна. А Яна в раннем возрасте бросил отец, и он до сих пор, условно говоря, «пытается сломать ногу, чтобы папа навестил его в больнице».       Рихарду стало ужасно интересно, что же будущий психолог думает о нём самом, но она только смутилась и сказала, что курс по диагностике людей с нарушениями вербальной коммуникации у них является факультативом, и она его не брала. Рихард подозревал, что это ложь, но настаивать не стал.       Вернувшись, Виктор на следующий же день пошёл на работу. Теперь он приходил по вечерам и делился мнением о пациентах и рабочем дне. Рихард сначала смущался и даже злился, потому что ему казалось, что Вик говорит за двоих и старается его развлекать. Но на самом деле тот трепался не так уж много и уж точно не придумывал темы просто так. Ему действительно было интересно то, о чём он рассказывал. И Виктор не забывал спросить, как прошёл день Рихарда. Причиной злости было в основном то, что проходили дни однообразно, и рассказывать было не о чем. Рихард сидел дома и проверял различные документы.       Впрочем, когда было не лень печатать, он понемногу делился историей своей компании.       Это была почти копия фирмы отца, ориентированная на Восточный блок стран Альянса. Отец же работал в Италии, Франции и Германии. Сколько Рихард помнил, отцовское предприятие было довольно успешным, хоть и не самым преуспевающим в этой отрасли. Однако около десяти лет назад, когда Рихард только закончил Университет, правительство Альянса ввело большой пакет законов, регулирующих взаимодействия между своими членами. Тогда началась некоторая неразбериха и многие фирмы, работавшие с несколькими странами, сильно пострадали. Так что первой настоящей работой Рихарда было вывести отцовскую компанию из кризиса. Он ощущал огромную ответственность и едва не ночевал в офисе, придумывая варианты реорганизации и обзванивая возможных партнёров. Тогда его бросила Хельга. Обозвала чёрствым сухарём и трудоголиком. Мол, он не уделяет ей внимания. Хотя Рихард старался посвятить ей всё свободное время, которое в тот момент мог найти.       Сначала Рихард не собирался рассказывать супругу о своих бывших, но как-то речь сама зашла. Все эти женщины были жадными стервами, похожими друг на друга так, что можно было запутаться. Как Рихард раньше этого не замечал?       У Виктора, впрочем, ситуация была примерно такая же, трое его бывших альф сначала говорили о «вместе навсегда», но едва отношения переходили в действительно постоянные, и речь заходила о совместной ответственности, пугались и исчезали, как ветер за горизонтом.       Разговоры текли не то чтобы особенно бодро, но всё же стали привычными ещё в путешествии. Так что когда Виктор был на ночном дежурстве, и Рихарду приходилось ужинать одному, ему было не по себе. Вообще, сначала они пытались питаться отдельно, но уже через пару дней поняли, что гораздо удобнее будет готовить по очереди. Ну или заказывать, когда Рихард смог, наконец, есть нормальную еду.       Под контролем профессионального медбрата, который заставлял вовремя делать компрессы и полоскания, заживление шло хорошо. Через пару недель шевелить челюстью и глотать было уже совсем не больно. Даже шрам не казался таким ужасающим. За несколько дней до планового визита к врачу Рихард попытался заговорить, но получился только невнятный хрип. Его это очень напугало. Всё оставшееся время до осмотра Рихард не находил себе места, даже когда Вик пытался убедить супруга, что ничего ужасного не случилось. Однако доктор подозрения подтвердил. Физически Рихард был здоров. Но заговорить почему-то не мог. Врач лепетал что-то о том, что мозг успел забыть, как разговаривать. Чушь собачья! Ещё месяц назад, когда Рихард орал под дверью своей сбежавшей невесты, мозг всё помнил. С какой стати ему теперь забывать? К тому же, он ведь не монолог Гамлета декламировал, а всего лишь пытался сказать простые вещи — своё имя или «Привет». Губы складывались в нужную форму, а слово не получалось.       Домой он в тот вечер вернулся ужасно злой. И был встречен запахом любимых жареных колбасок и пирога с малиной. Виктор молча поставил перед ним тарелку с самой вкусной едой в мире и не лез с расспросами, пока Рихард сам не написал:       «Ты знал?»       — Что лечение альф порой непредсказуемо? — уточнил Вик. — Конечно. У меня всё же медицинское образование.       «Я здоров». — написал он, указал на горло и покачал головой.       — Знаешь анекдот про немого сына? — улыбнулся Виктор. — Который про «повода не было»?       «Не смешно».       — Да ну? Может, ты просто считаешь, что не о чем со мной разговаривать, — пожал плечами Виктор. — Как только появится достойный повод, у тебя сразу всё получится.       «Какой повод?»       — Откуда мне знать? Наверное, что-то важное для тебя, — предположил Вик. — Не переживай.       Эти слова заставили Рихарда серьёзно задуматься. Что же для него может быть действительно важно? Работа, друзья, родные? Или что-то другое?       Друзья Виктора частенько заглядывали в гости. Ольга увлечённо рассказывала о предстоящей открытой конференции по правам человека и зазывала тоже её посетить. Правда, два дня, три зала с почти непрерывными выступлениями всяких умников и ещё различные семинары и круглые столы Рихарда скорее пугали, чем вдохновляли. Но всё же он нашёл лекции, которые хотел послушать. Рихарда больше интересовали юридические аспекты, Виктор выбрал пару выступлений медицинской тематики. Но ходили они вместе. Было довольно интересно, но восторга Ольги они не разделяли.       Александр вместо комнаты снял маленькую квартиру и пребывал в некоторой эйфории. Он рассчитывал начать жить с Ольгой. Однако через пару недель после мероприятия Саша ввалился к Миллерам пьяным и сказал, что Оля его бросила. Познакомилась на конференции с какой-то женщиной-альфой, которая там выступала, и теперь встречается с ней. Саша кричал, что омегам нельзя доверять. Вик отвечал, что он вообще-то тоже омега, и нечего из-за одной девчонки всех записывать в предатели. И вообще, та женщина весьма хороша. Рихарду такое мнение совсем не понравилось. Выступление женщины-альфы он готов был признать достойным. Но сама она — широкоплечая, с короткой стрижкой и застывшим на лице неодобрением не произвела на него большого впечатления. Тем удивительнее было, когда Саша всё же признался, что один раз представил её на месте своей девушки во время секса.       Ира тоже приехала успокаивать друга своими психологическими приёмчиками. Рихарду даже в какой-то момент показалось, что она хочет занять место Ольги. Но вскоре стало известно, что на каникулах Ира собирается в Мюнхен. Когда её спрашивали, к Арно или к Яну она едет, девушка так активно изворачивалась, что закрадывалось подозрение о романе на троих.       Наблюдая за всем этим, Рихард приходил к выводу, что не понимает в отношениях вообще ничего. В популярных журналах всё выглядело как-то проще.       В какой-то момент на пару дней приехал отец. Виктор явно побаивался немолодого сурового с виду альфу и держался настороженно. Папа тоже дружелюбия не проявлял. Но уже перед отъездом похвалил выбор сына. Какой выбор? Он ведь знал, что всё вышло случайно. К тому же отец большую часть жизни женат на женщине, а с омой, вроде бы, они не были так уж счастливы. Да и смерть его доставила отцу очень много страданий. Рихард всегда думал, что тот не сможет принять омегу в качестве зятя.       Впрочем, размышлять об отношениях сильно мешала работа. Его филиал, или клон, отцовской фирмы был основан чуть больше года назад и незадолго до пресловутых лыж только вышел на запланированный оборот. И вот теперь квартальный отчёт показывал, что без директора прибыль резко упала. И что было делать, если говорить Рихард по-прежнему не мог, а выйти на работу было необходимо?       Первое совещание Рихарда сильно разозлило. Мало того, что его сотрудники оказались безответственными бездельниками, которым нужен контроль и мотивирующие пинки, он сам только тыкал пальцем в каждого по очереди и даже не мог выразить свою реакцию. Впрочем, на второй день, с подсказки Виктора, он приспособился по ходу совещания набирать текст, а сидящая рядом секретарша его озвучивала. Тоже получалось медленно, но всё же намного эффективнее. Деловые партнёры, правда, часто жаждали пообщаться по телефону. Приходилось перенаправлять их звонки заместителям. А те не слишком хорошо справлялись. Двое людей отказались от сотрудничества, чем Рихард был весьма недоволен.       Как-то вечером, зайдя в лифт, он столкнулся с одним из своих замов в компании главного бухгалтера. Они вежливо кивнули, отвернулись и продолжили обсуждать, как выяснилось, Кику. При этом его самого, ни мало не смущаясь, величали «этим уродом». Мол, бедная девушка не смогла жить с таким как он, уехала лечить нервы на дорогой курорт и там пала жертвой мошенника. Ужас-ужас. Рихард был настолько шокирован поведением своих сотрудников, что даже не сумел показать, что всё слышал.       — Уволь их, — порекомендовал Виктор, когда Рихард вечером рассказал ему об этом.       «За оскорбление меня?» — недовольно спросил Рихард.       — Недавно у нас лежал мальчик. Его мать — глухонемая, между собой они общаются на языке жестов. Одна санитарка решила, что он тоже не слышит, и пока убиралась в его палате, рассказывала, что такие как его мамаша вообще размножаться не должны, и уроды рожают уродов. А он оказался не глухим. Мы не можем заставить всех хорошо относиться к инвалидам и всем прочим, но следить за языком стоит научиться каждому. К тому же, если твой заместитель не понял, что у тебя всё нормально со слухом, он, вероятно, не слишком умный.       Рихард устроил проштрафившемуся заму дополнительную проверку и уволил с чистой совестью, показатели этого болтуна были весьма посредственными. И бухгалтера Рихард выгнал тоже, не забыв, правда, на прощание показать, что слышит прекрасно. А потом, подумав, велел отделу кадров поискать на эти должности специалистов с инвалидностью.       Вскоре после того, как Рихард вернулся к работе, он задумал сделать супругу какой-нибудь подарок. Всё же тот помогал гораздо больше, чем можно было ожидать от случайного знакомого, который вынужденно делит с тобой кров. Правда, что подарить, он думал довольно долго. Даже подыскивал варианты в сети. Но в конце концов доверился проверенному способу в виде консультанта в ювелирном магазине. Они подобрали браслет, на взгляд Рихарда, вполне подходящий Виктору. Не слишком вычурный, скорее просто мужской, чем предназначенный именно для омеги. Рихард был доволен выбором, но Виктор только повертел подарок в руках и отодвинул.       — Не трать деньги попусту, верни это в магазин, — сказал он.       Рихард уставился на него в недоумении. Он ведь хотел снова увидеть то смущение и радость, которое было при покупке телефона, а тут такой облом. Хотя подарок ведь объективно лучше.       — Мне некуда и незачем такое носить, — всё же пояснил Виктор. — На работе вообще любые украшения запрещены, кроме обручального кольца. И то, только если оно без камня.       Браслет Рихард сдавать не стал, но задумался. Возможно, вместо того чтобы отказываться от украшения, нужно создать повод его надеть? Но тут он сомневался ещё сильнее. Его бывшие девушки были рады идти куда угодно лишь бы в новом платье, и всевозможные светские мероприятия доставляли им наслаждение именно возможностью покрасоваться. Но Виктор, похоже, мыслил иначе. Рихард пока не знал, что может ему понравиться. Судя по обилию футболок с киногероями, Вик любит кино, но кинопремьеры очень редко обставляют как полноценные приёмы. На мысли о театре Рихард завис, не зная, не станет ли это испытанием для него самого.       Зато когда стало теплее, мгновенно родилась идея другого подарка. Вечером Рихард вручил супругу пакет с новым полупальто. Тот пытался сказать, что ему не надо, но Рихард принёс из прихожей его старую куртку и демонстративно сунул палец в дырку на рукаве.       — Я не заметил, что она порвалась, — Виктор смущённо покраснел.       Рихард изобразил руками живот и показал, как на нём не сходятся полы. Обновка, которую купил он, была трансформером и её можно было носить и потом, когда живота не будет. И новое полупальто было синим. Рихард запомнил, что супруг любит этот цвет.       Этот подарок Виктору действительно понравился. Хоть он и придумывал причину отказаться, долго крутился перед зеркалом и разглядывал карманы и замочки. А Рихард любовался им и радовался, что снова удалось добиться такого эффекта.       — Я тоже должен ему что-то подарить, — услышал Рихард тем же вечером из комнаты Виктора. Наверное, он разговаривал по видеосвязи, потому что Саша ответил несколько изменённым голосом.       — Разве не очевидно что?       — Например?       — Секс…       — Вызвать проститутку? — ехидно переспросил Виктор.       — Ты что, идиот? — возмутился Саша. — С тобой. Ты сам в подарочной упаковке. Или вообще без всего.       — Я о том и говорю, — спокойно ответил Виктор. — Если я займусь с ним сексом, то тоже буду принимать в этом участие и, с большой вероятностью, получу удовольствие. И какой это тогда подарок для Него? Это скорее для меня. Ну в крайнем случае, приятное совместное времяпрепровождение.       — Вообще-то нигде не сказано, что даритель от своего подарка не должен получать удовольствия, — урезонил его Саша. — Но если ты такой упёртый, дари еду.       Рихард поспешил уйти, чтобы не узнать, какой сюрприз ему готовят. Еда в качестве подарка его устраивала. Больше, чем секс, во всяком случае. Хотя о приятном совместном времяпрепровождении Рихард всё же задумался и, плюнув на браслет и светские мероприятия, позвал Виктора в кино. Было довольно весело. Ещё бы на них не шипели за свет телефона, когда Рихард пытался поделиться комментарием по ходу просмотра.       Через пару недель после кино Рихард завтракал на кухне, когда сонный Виктор пришёл медитировать на чайник. По утрам он частенько начинал выбирать среди трёх видов чая и подвисал, глядя в одну точку. Рихард отложил телефон, чтобы понаблюдать за этим явлением, и неожиданно поперхнулся кофе. Виктор тут же подскочил, чтобы похлопать его по спине. Рихард наблюдал за ним с удивлением. Виктор это заметил и быстро оглядел себя.       — Что? — спросил он, смущённо натягивая футболку на живот.       «Я думал, запах альфы только после течки исчезает», — написал Рихард.       — А что, исчез? — Вик понюхал своё запястье и сунул его под нос Рихарду. Тот осторожно потянул носом и кивнул. — Вроде бы дело не в течках, а во времени. Мы же… Я давно в последний раз это делал. Месяца за два до свадьбы.       Рихард снова кивнул, будто всё понял, но на самом деле это была какая-то новая информация, которая совершенно выбила его из колеи. Запах того альфы — Кости — был неприятен, заставлял держаться на расстоянии. Но Рихард уже привык ассоциировать его именно с Виктором. Теперь же, как будто всю информацию в голове надо было переписать заново. Вик будто снова стал незнакомцем, но при этом все скопившиеся знания о нём создавали что-то вроде эффекта дежавю. Рихард весь день то и дело возвращался к этой мысли. Документы приходилось проверять на два раза, потому что никак не получалось сосредоточиться.       А вечером, когда Рихард наконец-то вернулся домой, его ждал сюрприз в виде коробки маленьких мюнхенских шоколадок в таких же обёртках, как были в его детстве. Теперь такие наборы тоже выпускаются, но уже в другом дизайне. Рихард осторожно вытащил одну. Этикетка была распечатана на обычном принтере. Вероятно, Виктор нашёл картинки в сети, а потом сам упаковал каждую шоколадку в свой фантик. Это было ужасно трогательно.       Сам супруг наблюдал за реакцией, прячась за углом. Рихард очень хотел сказать ему «Спасибо». Вроде бы у него даже получилось «С», но дальше дело не пошло. Виктор тут же подскочил ближе и обнял, пережидая нервные хрипы.       — Всё хорошо, — шептал он. — Я так всё понял.       Спазм был недолгим, совсем не таким как в начале. Только вот, из-за того что теперь их вообще не должно бы быть, осадок на душе оставался куда более паршивый. Те двое в лифте говорили, что Рихард и так-то человек не очень — требовательный, самовлюблённый сухарь и зануда, а теперь со всеми шрамами и немотой, с ним рядом вообще неприятно находиться. Честно сказать, он и сам так думал. Не в смысле самовлюблённого сухаря, а в смысле, никто больше не захочет быть с ним. Надо было хотя бы заговорить, правда, Рихард не был уверен, что это бы помогло.       Виктор предложил сделать чай, чтобы успокоить горло. Рихард привычно сел и, пытаясь совладать с нервами, наблюдал за движениями супруга. Как тот наливает воду и включает чайник. Как он тянется за чашками на верхнюю полку. Футболка задралась, обнажая низ круглого животика. Рихард мечтал его потрогать, но попросить стеснялся. Резинка штанов сползла вниз, под живот. Рихард невольно проследил её движение взглядом и не сразу понял, что под ней выпирает член.       Виктор поставил кружки и поспешно потянул майку вниз, стараясь прикрыться.       — Живот давит сверху, кровь приливает, — смущённо пробормотал он. — Это ничего не значит.       Рихард подскочил к нему сзади и обнял, утыкаясь носом в шею. Одной рукой он прижимал Виктора к себе поперёк груди, другая непроизвольно легла на живот. Хотелось рассказать, как это удивительно, что прямо вот здесь — жизнь, как это прекрасно, что Виктор пахнет как поле в альпийских предгорьях и одновременно, как улицы любимого города, как хочется прикасаться к нему. Рука скользнула вниз и легла на член. У Рихарда никогда раньше не было омег и он не знал, как это должно быть, но он прижал бёдра Виктора к себе, чтобы ощутить его и дать почувствовать себя. Виктор положил голову ему на плечо. Рихард поцеловал его шею. Любой Боже, кажется, он никогда не был настолько возбуждён. И никогда не набрасывался на людей…       Рихард шокировано отпрянул. Виктор же сказал, что это ничего не…       — Значит, — супруг развернулся и поймал Рихарда за руку, не давая сбежать.       Виктор шагнул ближе, практически прижимаясь животом и обхватил за шею, призывая наклониться.       — Это значит, что ты мне нравишься, — шепнул он и поцеловал Рихарда. Словами тот всё равно не смог бы ответить.       Где-то в глубине души Рихард хотел несколько раз переспросить, точно ли Виктор уверен в том, что сказал. Но целоваться было так сладко, а до телефона, где он бы мог написать свои вопросы, так далеко, что Рихард забыл об этом.       Живот, который в него упирался, отвлекал внимание, но его Рихард старался не трогать. Он хотел прикасаться к этому чуду, но не в тот момент, когда член распирает брюки. Виктор стянул футболку и положил на стул. А смотрел при этом так смущённо и доверчиво, как будто просил разрешения отдать всё. Рихард с удивлением вспомнил, что всё ещё в костюме, в котором пришёл с работы, и развязал галстук. Виктор аккуратно снял с него пиджак и наощупь повесил на спинку стула. Рихард гладил его плечи и шею. Что-то было во всём происходящем и правильное, и неправильное одновременно.       Виктор потянул его за собой в свою спальню, но на пороге Рихард всё же вышел из транса и повернул к своей. Кровать у него была больше. Виктор неуверенно замер посреди комнаты. Рихард снова оказался у него за спиной и обнял. Он подумал, что прикасается к голой коже Виктора тканью своей рубашки, и это может быть неприятно. Рихард поспешил её снять. Он хотел быть приятным своему омеге, хотя взрывающиеся в мозгах фейерверки очень мешали думать о чём-либо.       Виктор сел на кровать и пару раз подпрыгнул, как будто проверял, выдержит ли конструкция то, чем они собираются заняться. Когда Рихард приблизился, Виктор схватился за пряжку ремня и ловко расстегнул его, всё так же взглядом прося разрешения. Рихард расстегнул брюки, и они упали на пол. Виктор улыбнулся. Сразу захотелось повалить супруга навзничь и накрыть эту улыбку губами.       — Погоди, — остановил его Виктор. — Ложись рядом.       Он устроился так, чтобы ничто не давило на живот, и при этом можно было целоваться. Для Рихарда это всё было в новинку. Кика любила заниматься любовью перед зеркалом, это было немного необычно и смущало Рихарда, но на самом деле не требовало от него каких-то особенных действий. Просто не смотреть на отражение, или даже закрыть глаза. Здесь же ему хотелось и смотреть, и трогать, но он понятия не имел, как будет правильно. Наверное, Виктор это понял, и сам двигался активно, насколько мог — трогал пресс, несколько утративший рельефность за месяцы болезни, ласкал соски, сжимал член Рихарда через трусы, пока тот не сообразил снять их и не стянул с Виктора штаны. Волосы у того в паху были коротенькими и колючими.       — Я не планировал, — смутился Виктор. — А то удалил бы.       Рихард помотал головой, что не надо. В этой естественности было что-то необычайно притягательное.       Виктор перевернулся на другой бок, согнул ногу в колене и скользнул пальцем между ягодиц. Рихард едва не кончил от одного вида этого блестящего от смазки пальца. Презервативы болтались где-то в тумбочке. Сколько они там лежали без дела? Это точно было ещё до поездки на лыжах. Четыре или даже пять месяцев. Рихард с трудом их нашел. Виктор тем временем засунул в себя два пальца. Рихард поцеловал его колено и осторожно скользнул по его руке к дырочке. Он неуверенно просунул внутрь кончик пальца, но Виктор подбодрил:       — Можно, — простонал он, убирая свою руку. — Я хочу тебя.       Растягивать его тоже было приятно, но хотелось всё же попробовать не только петтинг, а возбуждение уже зашкаливало.       — Давай, — ответил на вопросительный взгляд Виктор.       Рихард придвинулся ближе и устроил согнутую ногу Виктора на своём плече. Головка входила с трудом, но Вик твердил: «Да, да, да», и это, видимо, означало, что ему не больно. К тому же, его член торчал и упирался в живот, пачкая его смазкой. Рихарду это показалось неуместным, и он поймал головку рукой. Виктор положил свою ладонь сверху, показывая, как сжать, и что делать.       — Это потрясающе, — выдохнул он, когда Рихард начал двигаться быстрее и увереннее.       Перед своим оргазмом Виктор подтолкнул мужа лечь на бок и прижался задом как можно крепче.       — Не бойся, узел мне не навредит, — сообщил он и со стоном выгнулся.       Рихард осознал, что ему тридцать два и он впервые в жизни испытывает сцепку. На какую ерунду он потратил эти годы? Он лежал, уткнувшись носом в шею Виктора и ощущал, как меняется запах омеги, становясь ещё роднее и привычнее, чем был.       От пульсации узла внутри Виктор кончил снова и задремал. А Рихард ещё долго лежал без сна и без мыслей в голове и нежно поглаживал круглый живот Вика, пока узел не опал. Виктор поймал его руку и удобнее устроился в объятиях. Рихард уснул тоже.       Утро ничего толком не изменило. Рихард проснулся в своей кровати с омегой, окружённый их совместным запахом. И это было всё так же приятно. Только теперь Рихард нервничал. На кухонном столе по-прежнему лежал набор шоколадок, и Рихард не стал завтракать. Быстро собрался и поехал на работу, хотя делать там по большому счёту было пока нечего.       Рихард вяло проверял вчерашние бумаги, хотя все их уже подписал или расставил пометки. Да и, признаться честно, этим утром он был не намного внимательнее, чем предыдущим. Рихард отложил всё, едва заметив на экране зелёный значок под именем Яна.       «Я переспал с Виктором», — написал он без всяких приветствий.       «Все супруги так делают, разве нет?» — ответил брат через минуту и добавил целую шеренгу смайликов. Разгадывать, что значит этот набор рожиц, Рихарду не хотелось.       «Настоящие — может быть», — громко стуча по клавишам, набил он.       «Вы состоите в официальном браке, живёте вместе, теперь ещё и спите вместе. Если это не настоящее супружество, то что?» — написал Ян. Рихард замер, занеся руки над клавиатурой. Компьютер звякнул ещё одним сообщением: «Поверь, брат, тебе повезло».       Рихард знал, что девушка Ира вернулась из Мюнхена не слишком довольной, видимо, их тройственный союз не сложился. Но через неделю на выходные заглядывал Арно. К Миллерам он заскочил буквально на пару часов. А где провёл остальное время, рассказывать не захотел. Ян злился на друга. Рихард хотел бы ему посочувствовать, но всё-таки написал:       «Ты не понимаешь!»       «Что?» Ян набирал что-то ещё, но Рихард как раз только собрал смелость, чтобы сказать это, и не стал дожидаться.       «Он же омега!» — написал Рихард. Он был готов, что брат сейчас обсмеёт его или потребует объяснений, потому что такой повод для беспокойства ему и самому казался глупым. Но всё же Рихард всю жизнь избегал омег. — «Я теперь к нему привязан!»       Ян молчал минут десять, пока Рихард то тянулся к клавиатуре, чтобы ещё что-то сказать, то к кнопке выключения чата.       «И как это ощущается?» — наконец, спросил брат.       Действительно, он же не альфа, он понятия не имеет, что это такое. Рихард вздохнул. И Ян, и Арно — беты. Они не привязываются к омегам, могут себе позволить устраивать отношения на троих с другими бетами и относиться ко всему несерьёзно. А он — альфа, и… Рихард хотел было написать длинное объяснение, но вместо этого малодушно закрыл чат. Он не ощущал в себе особых изменений. Кроме разве что сексуального влечения, которое он обычно подавлял или игнорировал. Теперь оно разыгралось так, что не замечать его было невозможно. Что и неудивительно после чуда сцепки, которое он вчера испытал впервые. В остальном же все эмоции в отношении Виктора были такими же как накануне или за день до этого, или за месяц.       Может быть, Рихард какой-нибудь бракованный альфа, и гормональная привязка на него не действует? Или Виктор — необычный омега, ведь раньше его бросали альфы. Хотя, Костя, будь он неладен, выходил из этих отношений постепенно, чтобы разрыв прошёл для него безболезненно. Да и вообще, это не первый известный Рихарду случай, когда пара альфы и омеги расходилась. Говорят, что такие союзы крепче, чем у бет, но это не значит, что сто процентов их создаются раз и навсегда. Исследования вообще утверждали, что сама по себе гормональная привязка ничего не гарантирует. А некоторые любвеобильные альфы придумали десяток способов уменьшать её влияние.       Когда пришла секретарша — Мария, Рихард сумел собраться и переключиться на работу. В сети писали, что сосредоточенность на сложной задаче хорошо помогает притупить привязанность. Хоть Рихард и не мог понять, в чём же она вообще выражается, решил испробовать самый простой и доступный из предлагаемых методов.       Однако ближе к обеду его отвлек голос Маши.       — Вы на собеседование? — дружелюбно спросила она у кого-то в приёмной. — У меня не записано, наверное, кадры очередной раз что-то перепутали.       Охрана опять пустила непонятно кого, а Маша снова неплотно закрыла дверь кабинета. Рихард недовольно посмотрел в сторону её места. К сожалению, его взгляд стены не прожигал, и Мария не могла его заметить.       — Господин Миллер второй день какой-то странный, — продолжила девушка. — Точно уволит кого-нибудь. Но, может, вам и повезёт.       — А что, он у вас злой? — донёсся удивлённый голос Виктора. Рихард зачем-то встал, продолжая прислушиваться.       — Не то что злой, — Мария, похоже, смутилась. — Требовательный. Чуть опоздаешь или что не так сделаешь, сразу выговор. Да вам объяснят. Скажите ваше имя, я ему доложу. И должна предупредить…       — Он не разговаривает, — весело закончил Виктор. — Зато отлично слышит. И поскольку вы, как всегда, неплотно закрыли дверь, он уже знает, что я пришёл. Моё имя — Виктор Миллер. Я — его муж, — он обернулся уже в дверях. — А тех, кто опаздывает и бездельничает, ни один начальник не любит.       Рихард с удивлением смотрел на супруга. Одежда на нём была новая. Не одна из тех уже растянувшихся на животе футболок, которые Вик носил обычно. А похоже, специальная туника для беременных. Как и брюки. И ему это шло.       — Привет, — мгновенно смутившись, поздоровался Виктор.       Рихард знаками показал закрыть дверь плотнее.       — Ты быстро ушёл утром… — Виктор разглядывал пол.       Рихард подошёл, стянул с него пальто и повесил на вешалку рядом со своим. Это выглядело правильно. Как дома. Рихард включил чистую заметку в телефоне, но не представлял, что хочет написать.       — Я хотел сказать, что я не хотел… — пробормотал Виктор и тут же покачал головой. — То есть хотел. Я давно хочу тебя. Но я не хотел, чтобы ты подумал… Чёрт, я понятия не имею, что ты подумал. Я знаю, что наша встреча и совместная жизнь — это случайность, и… я сам не знаю, что говорю. Рихард, если ты в самом деле не хочешь, ещё можно разойтись. Мне давно стоило снять комнату и перестать торчать в твоей квартире.       Рихард схватил его за плечи. Как это разойтись? Ему плохо становилось от одной только мысли об этом. Наверное, так и работает привязка, да и чёрт с ней. Рихард и в первый день знакомства не хотел, чтобы этот парень куда-то уходил.       Он притянул Виктора к себе и поцеловал.       «Мы вместе», — написал он, обнимая мужа одной рукой, как будто боялся, что он исчезнет. — «Я рад, что ты пришёл».       — Неделя с новым графиком, — слишком бодро пожал плечами Виктор. — Ещё не привык, что я сейчас не должен быть на работе. А ты давно говорил, что мне надо купить новую одежду. Я был в торговом центре и… Вот.       Рихард, конечно, имел в виду, что это он купит мужу новые вещи. Но в ответ всё равно улыбнулся.       «Ты красивый», — написал Рихард. — «Почему ты раньше не приходил?»       — Твой муж, пахнущий другим альфой? Представь, какие сплетни распустили бы твои подчинённые!       Эти могли. Трепаться они любят. Но всё же в этом взгляде в пол было что-то подозрительное.       «Что-то случилось?»       Виктор вздохнул.       — Приходила какая-то женщина, пыталась открыть дверь своим ключом, — сознался он. — Но ты, видимо, сменил замки.       Их сменил Ян, но сути это не меняло.       — Потом стучала и говорила, что всё тебе прощает, — Виктор смущался всё сильнее, а Рихард вдруг улыбнулся и приподнял его голову, чтобы заглянуть в глаза. — Я испугался, — сознался Виктор.       Рихард обнял его и мягко подтолкнул к стульям. Но Вик уселся на стол и обхватил мужа ногами.       — Я боялся, что она как-нибудь всё же сумеет войти. Или встретит где-то тебя. Ей же снова нужны деньги. То есть, я не думаю, что ты её простишь. Но… Я боюсь тебя потерять. Наверное, для этого нужно что-то делать. Я не знаю что, но может, пообедаем вместе, — всё больше ускоряясь к концу, протараторил Виктор.       Рихард только улыбнулся и поцеловал его снова. Он вполне понимал это чувство, ведь тоже ужасно боялся потерять то, что досталось ему совершенно случайно.       Поцелуй становился всё горячее, и уже казалось, что этот обед не будет иметь отношения к еде. Рихард с усмешкой подумал, что раньше никогда даже не фантазировал о сексе в своём кабинете. Но тут в их идиллию ворвался пронзительный голос:       — Как это не пустишь? — взвизгнула женщина. Даже плотно запертая дверь не спасала от таких интонаций. — Хочешь, чтобы я сама ему позвонила?       «Чёрный список», — написал Рихард, подошёл к двери и слегка повернул ручку, чтобы лучше слышать.       — Я — его жена!       — Вот это вряд ли, — ответила Маша. — У него муж. С вот таким пузом.       — Толстый? — не поняла Кика.       — Беременный, дура! — повысила голос Маша. — Что-то я думаю, ты всё врала про ваши отношения. И не собирался он жениться. Вернее, собирался, но не на тебе. Так?       — Ах ты стерва! — завопила Кика, переходя на ультразвук, который вдруг резко оборвался.       — Виктория, — вмешался мужской голос. Один из начальников отделов, который подозрительно часто заглядывал в приёмную. — Что ты здесь делаешь? Тебя ведь давно уволили за систематические прогулы.       — У меня уважительная причина! — не так громко как раньше возмутилась девушка.       — Думала, что нашла богатого спонсора и можешь больше ничего не делать? — усмехнулся мужчина. — И теперь, когда твой миллионер оказался таким же альфонсом, надеешься вернуться? Забери документы в отделе кадров и уходи. Не позорься ещё сильнее.       Когда цокот каблуков удалился, Рихард снял с вешалки пальто и жестом предложил пойти обедать. Виктор показал, что он сидит на столе, и они собирались чем-то заняться.       — Дома, — беззвучно, одними губами, проговорил Рихард.       — Вчера, во время оргазма, ты произнёс моё имя, — сообщил Виктор, сползая со стола.       Рихард смотрел на него удивлённо. Он попытался сказать «Вик», но как обычно закашлялся.       — Можешь, можешь, — улыбнулся Виктор. — Ты разговариваешь во сне. У тебя приятный голос.       Рихард только отмахнулся и открыл перед супругом дверь. Несколько человек делали вид, что идут куда-то по делам, но явно вышли поглазеть на своего босса. Это даже забавляло. Ещё бы они работать не забывали.       Прежде чем пойти в ресторан, Рихард завел супруга в ювелирный.       — Я понимаю, что мы вроде как вышли на новый уровень и всё такое, но не надо снова дарить мне украшения, — Виктор замер у входа.       Однако Рихард потянул его к прилавку и показал консультанту кольцо супруга, всё так же натянутое на мизинец. Простым жестом Рихард объяснил, что нужно такое же только на безымянный.       Два с половиной месяца промелькнули как пара дней. Виктор всё так же утверждал, что Рихард разговаривает по ночам, но отказывался рассказать о чём. Рихард уже и сам мог вспомнить, что в некоторые неосознанные моменты произносит отдельные слова, но поймать это ощущение и действительно заговорить всё ещё не получалось. Впрочем, он почти не беспокоился. Да и дела поважней имелись.       Они как-то поздно сообразили, что ребёнку потребуются различные вещи. И если детскую одежду Виктор давно начал покупать, то с кроваткой и тому подобным он не спешил, потому что не знал, где будет жить. Он был уверен, что сумеет решить вопрос быстро, купив что-нибудь с рук. Рихард считал, что малышу необходима комната со свежим ремонтом и новой мебелью. Выбирая это всё, они тратили ужасно много времени на споры. Вообще договариваться было нелегко, но Рихард старался не давить, а Виктор брал время на подумать, а потом начинал искать компромисс. Возможно, он советовался с Ирой. Та своих психологических тайн не выдавала. Арно приезжал к ней раз в пару недель, но отношения были хлипкими. Ян с ним помирился после того, как на юбилее делового партнёра встретил женщину своей мечты. На удивление, она оказалась не молодой красоткой, как обычно, а дамой его возраста и вполне заурядной внешности, бухгалтером и заводчицей каких-то специфических терьеров.       Оля пыталась помириться с Сашей, но обида того была слишком сильна. Отношения с женщиной-альфой у девушки не сложились по каким-то техническим причинам. Они остались хорошими подругами. Даже приходили однажды к Виктору вместе, но было видно, что ни одна из них не счастлива.       Живот Виктора становился всё больше. Вик пытался делать вид, что бодр и полон сил, но всё же уставал всё быстрее. Когда сексом заниматься стало слишком тяжело, он, кажется, расстроился сильнее Рихарда. Вик в этом плане не делал одолжений, ему в самом деле нравилось. А Рихарду нравилось лежать, устроив руку на животе Виктора. Малыш иногда пинал его в ладонь. Но, конечно, всегда так продолжаться не могло.       Рожать Виктор отправился в специализированную частную клинику. Хоть он и пытался сказать, что обойдётся общей палатой и средним сервисом, Рихард заявил, что его муж и сын достойны лучшего, и целый хор друзей и родни с этим согласился.       И все они собрались под дверью палаты на следующий день после рождения маленького альфочки — Макса. Рихарда втолкнули в дверь первым.       — Привет, — смущаясь, пробормотал он, даже не сумев удивиться звуку своего голоса.       — Привет, — просиял Виктор. — Или ты это Максу?       — Обоим, — Рихард опасливо приблизился к супругу. Малыш лежал у него на руках. Розовенький младенец, с лёгким пушком на голове и пока довольно бессмысленными голубыми глазками. Рихард осторожно коснулся его ручки и улыбнулся. Это было прекрасно. — На тебя похож.       — Да, я опасался, что…       — Ну хватит, дайте мне взглянуть на правнука, — донеслось от входа в палату. — А то помру тут под дверью и так и не увижу.       — Бабуля, ты ещё женить его успеешь, — усмехнулся Рихард, всё же пропуская к кровати неугомонную старушку.       — Если он будет медлить, как вы с Яном, то не успею, — отмахнулась она.       — А ничего, что он, — Виктор смутился, — не родной?       — Ась? — пожилая дама приложила ладонь к уху.       — Не притворяйся, бабуля Елена, — вмешался Ян. — Ты не глухая.       — Но я не понимаю, что он сказал, — пожала плечами бабушка.       — Так посмотреть, — улыбнулся Миллер-старший, — и Ян мне не родной, но мне всегда казалось, что они с Рихардом близнецы.       — Это наш ребёнок, — улыбнулся Рихард, глядя на супруга. — Твой и мой.       Стройная загорелая женщина — мать Виктора, осторожно взяла из рук сына младенца и отошла к мачехе Рихарда, позволяя друзьям тоже протиснуться в палату и поздравить молодых родителей.       Когда все, наконец, вышли, Виктор поймал супруга за руку.       — Ты не разучишься говорить снова, пока я тут лежу? — спросил он. — Хотелось бы многое обсудить.       — Что например?       Виктор отвёл глаза.       — Мы будем разводиться? — тихо спросил он.       — Зачем? — испугался Рихард.       — Мы так планировали…       — Нет. Никакого развода я тебе не дам, — уверенно решил Рихард. — Даже ради того, чтобы пожениться снова.       Виктор притянул мужа ближе и поцеловал.       — Может, годовщину отпразднуем как свадьбу? Всех соберём, — предложил он.       — А это у нас ещё будет время обсудить, — улыбнулся Рихард и ещё раз на прощание пожал ручку младенца и поцеловал мужа. — Отдыхай, там все ждут твоей выписки, чтобы устроить праздник.       Ирина только фыркнула, когда Виктор, рассказывая о визите толпы родственников, порадовался, как удачно у них с Рихардом совпали характеры.       — Вы — два упёртых зануды, — сказала подруга. — Готова поспорить, что он тоже, прежде чем к кому-нибудь подкатить, всегда просчитывал отношения на пять лет вперед.       — Ты так говоришь, как будто это что-то плохое, — рассмеялся Виктор.