Токсичность

Несмотря на позднюю ночь, в небольшом домике на окраине города всё ещё горит свет. Невысокий женский силуэт проплыл по тротуару рядом с домом и прокрался к входной двери, зазвенел ключами. — Хэй! Я дома! Мам, извини что так долго! Сразу после школы с подружками были на вечеринке! — звучно распахнув дверь и включив свет, девушка в зелёном огласила на весь дом своё появление. — Тут есть кто-нибудь?! Однако, в ответ прозвучала лишь тишина. С облегчением вздохнув, брюнетка быстро сбросила с себя туфли в небольшой прихожей, спешно прошла в зал, где оставила пиджак с юбкой, распустила длинный хвост, затем на кухню вышла в расстёгнутой рубашке и нижнем белье. В окнах загорелся свет, но задёрнув занавески стройная девушка лишила сенсационных кадров парочку фотоаппаратов, возникших из кустов: — Идите нах*й, извращенцы! Оставив несколько минут у раковины, девушка высушила руки полотенцем и прошла к холодильнику. — Так... Что у нас тут вкусненького? Ага! Немного перекусим...— порыскав внутри, брюнетка вытащила и поставила на столик в центре кухни полную миску салата, тарелку с кучей куриных крылышек, пару бургеров, мешок яблок и вилку, и с расстановкой принялась за трапезу. Через пять минут посуда оказалась в мойке. — Снова... Я даже день вытерпеть на могу... — выключив свет, девушка судорожно двинулась с кухни в коридор, опираясь на стены, разглядывая фотографии на них. Семейные фото. Невысокая, полная девочка с улыбкой обнимает маму. — Ну чего ты лыбишься, дура, — девушка обильно плюнула в фотографию и, сделав ещё несколько шагов, оказалась у туалета. Закрыв за собой дверь, девушка упала на колени, не глядя открыла крышку унитаза, задержала дыхание и отправила два пальца в рот, надавливая изо всех сил на корень языка. С ознобом девушка приготовилась, однако никакого эффекта не было. Несколько минут безуспешно придавливая то одну часть языка, то другую, девушка, покраснев, отчаянно пыталась отрыгивать, но приходилось только сплёвывать подступающую слюну. — Чёрт... Работай же... Ну... — в надежде на другой результат, надавила пальцами другой руки, и он не заставил себя ждать: через мгновение ярко зелёная, полужидкая масса вырывалась изо рта в унитаз небольшими порциями. Девушка судорожно вздрагивала после и перед выходом очередной порции. Покрасневшие глаза устало глядели в унитаз, капая слезами. Через несколько минут выход зелёной массы остановился, но девушка продолжала судорожно вдыхать зловонный воздух, вздрагивать и плакать. Облокотивись на открытый унитаз, девушка прижималась к фарфоровой стенке щекой, по которой тонкой струйкой из открытого рта стекала слюна. Наконец, аккуратно держась, сначала за стенку унитаза, затем за стену и стиральную машинку, брюнетка добралась до раковины и, повернув вентиль, опустила голову под неё, ополаскивая рот проточной водой. Собрав силы, брюнетка выключила воду и подняла взгляд на зеркало над раковиной. Из отражения на неё смотрела сквозь огромные мешки, усталыми, красными глазами бледная, растрёпанная девушка: — Ладно... Может и стоит обратиться к врачу... Завтра... Или в четверг... Точно, в четверг. Опираясь на стену, шатаясь, девушка дотянулась до выключателя, то и дело вздрагивая, и закрыла дверь, провожая взглядом фарфорового друга.