Вечерние грезы Испании

Будильник прозвенел очень громко, это давило на уши, и Андер постарался выключить его как можно скорее. Он встал, впервые одетый за всё это время. Так странно. Ему хотелось снова и снова быть в ней, быть в этой красотке, быть и жёстче и нежнее в одно и тоже время, слышать, как она стонет прямо ему на ушко... Он сдержался, чтобы не написать ей раньше времени. Муньос поднялся с кровати, зевнул. Ещё ему было странно то, что он выспался. Да, именно выспался, он не обманывал сам себя, впервые за последние четыре года он почувствовал себя очень бодрым. Слегка потянувшись и повторно зевнув, он медленно поплелся в сторону ванной и по дороге включил электрический чайник. За окном всё ещё шёл ливень, однако, полуясное небо говорило о том, что стихия скоро угомонится. Андер снял с себя футболку и бросил её в угол, к остальным вещам, которые собирался вскоре постирать. Затем он снял боксеры и носки, ступив голой стопой на холодный кафель. Дело исправила горячая вода. Он включил её, как только закрыл за собой дверцы душевой кабинки. Каплей шампуня с запахом мяты и лимона он расправился с пылью и песком, пробравшимися в его волосы посредством ветра и прочего. Смывая с себя пену от шампуня, он заметил, что за его окном дождь стал идти более крупными каплями, но реже и менее шумно, в то время как в его душе был настоящий ливень. Андер вышел из душа и повязал бёдра полотенцем, встал напротив раковины. Ледяная мята зубной пасты освежила полость рта молодого человека, и только после этого он вышел из ванной комнаты. Закрыв за собой дверь и выключив свет, он вышел в кухню и заварил себе чай. Кружка с гжельским узором и такой же чайник были подарком на новоселье от бабушки друга, которая вместе с этим другом жила в Архангельске, очень далеко от Бадахоса. За окном день насыщался теплом от прояснившегося солнца, дождевая влага потихоньку испарялась. Кипятком залив заварку черного и очень крепкого чая, Муньос отошел от кухни и сёл на кровать в своей комнате. Юноша открыл тумбу и достал оттуда маленький пузырёк. — Блять, — процедил он, когда заметил, что его заветный пузырёк оказался пустым. Он взял телефон и набрал номер знакомой. Гудки были очень долгими. Видимо, девушка была там, где связь почти не ловит. Или же она просто не заплатила за услуги сотовой связи. — Привет, Шерил, — быстро протараторил молодой человек, когда услышал звук снятой трубки, — у тебя есть ещё ампулы? Хотя бы штуки три-четыре. Мне хватит на эту неделю, честно, я постараюсь растянуть. — Да, есть, — на конце провода казалось, что она улыбается, — но ты мне будешь должен около 176 евро. Но это грубо вот так звонить с самого утра и просить ещё дозу, не думаешь? — и девушка засмеялась, открывая машину своего красного Форда. — Да, прости, я просто... Ты сможешь сегодня привезти? — по смеху он понял, что переживать не за что, и все её вопросы ничто иное как просто шутки. — Я уже завожу машину и еду прямиком к тебе. Ты дома, кстати? — Дома, конечно. Где же я ещё могу быть в восемь утра? — Например, на работе, Андер, — Блоссом завела глаза к потолку, и сбросила трубку, с небрежностью кинув телефон на заднее сиденье. Тот отрекошетил от спинки заднего сиденья, падая прямо в кожаную сумку. Шерил завела машину и выехала с парковки перед домом. Вообще-то у неё были дела, но они теперь подождут. Помощь другу для неё сейчас стала главной задачей. А после можно было бы и выпить... Но, впрочем, это потом. Она ехала прямо по шоссе около пяти минут, а после свернула на широкую дорогу, по которой проехалась всего с полминуты и завернула во дворы жилого комплекса. Она оставила машину прямо так, посреди проезда, зная, что сегодня выходной, и никому никуда не надо, поэтому жалоб не возникнет. Девушка поднялась в дом, когда кто-то открыл дверь. Это была их общая знакомая, но сама Шерил забыла её имя. Однако, сейчас ей это не было так важно, поэтому она только лишь поздоровалась. Девушка прошла пару пролётов по лестнице и постучалась в железную дверь, на которой были прикручены цифры '6' и '0'. Ей открыл кудрявый юноша, который носил серьгу в ухе. Это был очень приятный молодой человек. Но приятный он лишь с виду. Девушка бесцеремонно шагнула внутрь, да и сам Андер был не против такому её поведению. После того, как она села в кресло супротив кровати Муньоса и достала из сумки ровно пять идеально закупоренных ампул с бесцветной жидкостью, не оставляющей за собой абсолютно никакого осадка, цель её визита стала читателю сразу понятна. Девушка небрежно бросила их на кровать и достала кошелёк, многозначным взглядом воззрившись на хозяина квартиры. Тот по обыкновению своему достал из кармана две стоевровые купюры, и девушка приняла их, аккуратно сложив в отведённый для этого кейс, совершенно выполненный из кожи крокодила. Она стало быть начала доставать монеты, дабы сдать юному красавцу сдачу, но он произнёс: — Сдачи не надо, — и она защелкнула застёжку кошелька. Она встала и поцеловала парня в щеку, на что он ответил спущенной и скованной улыбкой, однако, она получилась какой-то небрежной. — Что-то не так? Видимо, ты у нас обрёл наконец-то счастье, мужское, надеюсь? — она ядовито усмехнулась, — Ну и кто же эта твоя избранница? — Её зовут Алиша. Алиша... Дэниелс, если я не ошибаюсь. Знакомы мы всего лишь со вчерашнего вечера, но мне кажется, что я успел втрескаться. И знаешь, что самое странное? Я перепихнулся с девчонкой на трезвую голову, полностью при этом убеждённый, что я гей, — он протянул ей кружку, которую наполнил горячей жидкостью пряного аромата, (видимо, он добавил в чай мёд), — Теперь меня трясёт от бисексуальной паники. — Я думаю, для дурака вроде тебя это норма, — девушка приняла бокал, усмехнувшись, но уже с большее доброй заинтересованностью, нежели с ядовитыми и ехидными мыслями в голове, — Спасибо за чай. О, ты помнишь про мёд? Как мило, — её взгляд к другу смягчился на самый нежный, который можно было ожидать от этой девочки-стервы; она сделала небольшой глоток из кружки. — Да, я не могу забыть о том, что ты мне помогаешь. И мы как ни как друзья, — он пожал плечами, и его вдруг осенило, — Слушай... Сегодня я назначил Алише встречу в парке, может, составишь нам компанию, если будет время? Я дико смущаюсь. На эти слова девушка откровенно засмеялась. — Ты серьёзно, Андер?! Ха-ха, трахнуть девчонку, а потом бояться взглянуть ей в глаза из-за мальчишеского смущения? Муньос, твою мать, тебе лет-то сколько? Тринадцать? У тебя с кем только не было отношений... — Она старше меня, Шерил. С кем угодно, но не с милфой. Она выглядит лет на восемнадцать, а по факту ей двадцать пять. У нас разница восемь лет. — Семь. — Да плевать, она всё равно меня старше, черт тебя дери, — он вздохнул и стал складывать в тумбу шприцы и ампулы, нервно при этом покусывая губы. — Во-первых, драть меня не надо, я и сама кого хочешь отодру, тем более чёрта, которого ты так добродушно в пример приводишь, — рассудительно поправила она с самым, теперь, серьёзным видом, — Во-вторых, какая разница, старше она тебя или нет? Если вы оба друг другу нравитесь, то бояться тут совершенным образом нечего. Солнечный испанский Бадахос решил, что этого ливня ему хватит на целую тысячу лет, и теперь солнце палило во всю силу и мощь: термометры показывали порядка тридцати восьми положительных градусов по Цельсию. Это было очень много, но горожане терпели, ведь от природы не убежишь. Андер и Шерил с абсолютным синхроном отпили из кружек, их руки достаточно нагрелись от стенок посуды. Они взглянули друг на друга. Блоссом прониклась слегка его рассказом, ведь у него совершенным образом не было опыта, а девушка по своему обычаю помогала ему во всем, в чем только разбиралась. — Я поеду с вами. Прощупаю почву, посмотрю, что она из себя представляет, сделаю должные выводы, а потом объясню тебе, что и как, — рыжеволосая поставила кружку на стол, на который опирался юноша. — Спасибо, Шер, — он легко улыбнулся, облегченно выдохнув. Двушка тоже изобразила улыбку ему в ответ, и парень заметил, что красна я её помада совсем не по дёрнулась от питья и оставалась совершенно яркой, как и была до этого момента. Она ждала его примерно двадцать минут. Он всегда собирался не слишком долго, просто сегодня, в данный период времени, он очень сильно нервничал. Первые свидания удавались ему не слишком удачно, хотя сегодня он сам приглашал впервые. Ребята вышли в жару, и их взгляды столкнулись. Они смеялись одной шутке, которую Андер всегда произносил, когда нервничал — это его более-менее утешало в такие минуты. Муньос и Блоссом сели в машину, девушка завела двигатель и пристегнулась. Андер, сидящий на сидении рядом с водительским, достал телефон, который загудел от пришедшего на него сообщения. — Алиша пишет, что ждёт меня. Поехали. После этих слов, он назвал адрес. Квартиру он не запомнил. А говорила ли она? В тот момент он был так сбит с толку её красотой, что даже забыл, в какой башне заточена его принцесса, — а ещё ведь рыцарем назывался. Этому он тоже мысленно улыбнулся. Парень всегда шутил, когда его волновало что-то. Да и вообще посмеяться над чём-то, даже над тем, что не кажется смешным другим людям, он любил. Но не более, чем ту девушку, которую встретил вчера и к которой спешит сейчас на встречу. Его глаза то и дело оглядывали улицы. Почему она живёт в таком ужасающем районе? Это очень опасно. Его буквально разрывало от различных мыслей. Но вот, не успел он до конца сойти с ума, как машина остановилась и мотор заглох — Шерил доехала до нужного места. Дом, однако же, оказался хорошим и благоприятным, плохую роль играло освещение — его было до безумия мало, оттого и казалось всё тёмным и страшным вокруг. Андер вышел из машины и сразу увидел её — в чёрном, длиной чуть выше колен, платье, балетках, таких же чёрных, но бархатных. — Привет, — Муньос взял девушку под руку. — Привет, — спустя такое долгое ожидание, (видимо, не одному ему показалось, что время тянется очень медленно), девушка улыбнулась, — Это твоя подруга? Алиша кивнула, глядя на Блоссом. Рыжая смотрела в сторону, зевая и прожигая взглядом детскую площадку, которая была занята всего лишь двумя детьми: мальчик-инвалид, имевший всего лишь одну руку, умело лепил левой рукой фигурки из мокрого песка, а девочка, лет девяти, просто сидела и зевала на качелях, даже не раскачиваясь. Эта унылая картина ещё больше вторгла в сомнения Блоссом, которая поневоле стала думать о том же, что и Андер до того, как обратил внимание на малочисленность освещения жилого комплекса. Такие же сомнения настигли и на Дениэлс. Однако, сомневалась она по совсем другим причинам: она уже успела влюбиться, но у неё стараются отнять эту любовь, ведь он привёз незнакомку вместе с собой на свидание. Хотя, она же за рулём и вполне может просто довезти их до парка, а после прогулки забрать и закинуть домой. — Это Шерил, моя давняя подруга. Ты не против, если она будет с нами? Хорошая компания, думаю, нам не повредит. — Хорошо, — стараясь меньше говорить сквозь зубы, она пошла вместе с Андерсом до машины, и они оба сели на заднее сиденье. — Всё, голубки, можем ехать? — Шерил улыбнулась им двоим. Ребята кивнули, и заметившая это через зеркало заднего видения рыжая девушка завела мотор. Они выехали из района быстро и направлялись к центру Бадахоса. Сейчас погода решила оставаться более-менее размеренной, однако, душной, не прохладной. Алиша держала парня за руку, сидя с ним на заднем сидении автомобиля, чуть облокотясь о его плечо. Она разглядывала его пальцы, делала это без всякой надобности и смысла. Тем не менее, прикосновения были для Муньоса более чем приятными, а потому он совершенно не сопротивлялся и только прижимал девушку к себе, обняв свободной рукой хрупкие её плечики, такие же смуглые, как и её спущенное личико. Шерил включила музыку и подпевала каким-то хитам из семидесятых годов со старого радио: иногда хотелось послушать такие старые дрянные штуки, и она этому желанию вовсе не противилась. — Ещё долго ехать? — спросила Алиша, наблюдая в окно другие машины и пустующие деревья. Обычно здесь можно было наблюдать птиц или летучих мышей, но сегодня город почти пустовал даже относительно людей, которые также старались сидеть дома. И никто из тех троих не понимал, почему всё казалось вымершим. Шерил сняла и убрала солнечные очки в бардачок, открыла окно и выключила музыку. Дорожный инспектор властно подозвал их, чтобы те остановились, но как только подошёл, стеснительно убрал руки за спину. Алиша зевнула и чуть больше прижалась к Муньосу, наблюдая за ситуацией. Брови Шерил сомкнулись, казалось, в одну — так сильно она хмурилась. — Не знаю, возможно, придется совершить объезд вокруг парка, — ответила Шерил, останавливая машину перед молодым инспектором. — А мы разве не в парк едем? — Алиша нахмурила брови, наблюдая за сложившейся ситуацией. — Мне нужно заскочить по делам в одно место, — Блоссом сняла и убрала солнечные очки в бардачок, открыла окно и протянула права. — Да, я не за этим, мисс, — чуть отодвинул он права рукой, качая головой, — Я вижу, что вы честный и грамотный водитель, но вам придется объехать, — инспектор сложил руки за спину и всмотрелся в лицо водительницы, нервно сглатывая ком в горле. — Что? Что-то случилось? — она ещё больше нахмурилась, что получилось даже эффектнее, чем у Алиши. — Ничего, просто въезд на эту территорию запрещен. Вам придется объехать, — он натужно улыбнулся, но затем сдался, и с невероятной грустью добавил, — Здесь военный лагерь. Не сказав ни слова больше, Шерил закрыла окно и снова завела мотор. Они оставили инспектора вместе с его напарником, который, по всей видимости, был совсем глуп и не понимал, что же всё-таки здесь происходит. Блоссом развернула машину и на секунду, пока перекресток был открыт для пешеходов, задумалась. Девушка повернула голову вправо, а затем, не дожидаясь возможности проезда, свернула на тропу, в выгоревшие лесопосадки.