А он просто убежал...

Это случилось, когда мне было тринадцать… На нашу школу тогда напали Пожиратели Смерти и Волан - де - Морт, стремительно уничтожая все и вся на своем пути и безотказно уперто требуя одного - встречи со мной - с великим знаменитым Мальчиком - Который - Просто - Хотел - Нормально - Жить.  Я тогда, якобы, должен был мир спасти, но в тот момент меня почему - то переклинило, и я убежал… Вот просто взял и начал бежать… Сначала через подземный ход прямиком в Хогсмид, потом по проселочной узкой дорожке к центральной станции волшебных каминов, а оттуда домой к Сириусу - своему опекуну, единственному приемному родителю и крестному отцу. Но дома его, к несчастью, не оказалось, из чего я в скором времени сделал печальный удручающий вывод, что он просто - напросто сломя голову полетел в Хогвартс меня спасать, и теперь панически безостановочно ищет меня среди многочисленных безжизненных трупов людей и старых погоревших хогвартских развалин. А на самом - то деле вот он я - живой, целый, невредимый. Но вот только вопрос, жив ли и цел ли там Сириус?… И в этот момент, стоя в грязной ободранной обуви на пыльном красном широком ковре в гостинной, я стал с ужасом осознавать то, что меня медленно, но верно начинает накрывать настоящая паника и тревога, ведь только одна лишь мысль о том, что после всего того, что за тринадцать лет моей жизни со мной случилось, я могу потерять еще и своего любимого драгоценного крестного отца, была настолько кошмарной и пугающей, что меня резко сильно передернуло, а перед глазами невольно предстала очень четкая яркая ужасающая картинка: вот в грудь Сириусу на всей скорости врезается зеленый убийственный луч, его невероятно синие глубокие большие глаза моментально распахиваются в немом шоке и изумлении, длинные черные вьющиеся волосы мягко, подобно прекрасному бархату или шелку, развеваются на ветру, а худое тоненькое тельце выгибается изящной грациозной дугой, прежде чем бездыханно распластаться на влажной желтоватой выжженой траве, уже давно впитавшей в себе кровь и боль тех, кто не успел спастись от жестоких безжалостных приспешников Темного Лорда или охватившего половину школы и заднего двора яркого ослепительного багряного пламени… А все вокруг все бегают, бегают…Мечутся из стороны в сторону, пытаясь спастись или уберечь от летящих в них вражеских проклятий своих детей, родных и близких, которых, скорее всего, постигнет абсолютно та же участь, что и большинства всех сегодня здесь собравшихся… А потом, когда пожар наконец - то будет погашен, лорд Волан - де - Морт и его злобные ПСы побеждены, а все последствия страшной кровавой битвы ликвидированы, в школу, наверное, прибудет множество докторов и министерских мракоборцев, и они все дружно начнут выносить из полуразрушенного здания тела умерших или сильно пострадавших учеников или профессоров, а также посылать своих коллег в город для того, чтобы они объявили семьям погибших волшебников о роковых чудовищных несчастьях, случившихся с их мужьями, детьми или родственниками. А потом, когда я буду сидеть вечером у камина и пусто безэмоционально смотреть в огонь, входная дверь внезапно со скрипом отворится, и на пороге появится совсем бледный и измученный Римус Люпин, который, утирая бегущие по щекам тонкие едва заметные струйки слез, произнесет тихое отчаянное: - Прости, Гарри, но твой крестный мертв. К сожалению, мы не успели его спасти… И я закричу.  И умру, наверное, сразу… От горя, безысходности и разрыва сердца… .                   .                 . Я больше не могу этого выносить… Я теперь плачу, сидя на грязном деревянном холодном полу и не переставая негромко полузадушенно повторять одни и те же сбивчивые нечеткие отчаянные слова: - Прошу тебя, Сириус, вернись ко мне…Вернись, вернись, пожалуйста, вернись! Умоляю тебя… И вдруг кто - то мягко отрывает меня от земли, подхватывает на руки, крепко сжимает в теплом родном кольце рук и начинает бережно успокаивающе качать и ласково поглаживать по голове, шепча нежное приглушенное: - Ну что же ты плачешь, маленький мой? Я здесь, я с тобой, со мной все хорошо, солнышко, видишь? Не плачь, звездочка моя. Не плачь, мой миленький. Не плачь…Не плачь…Т - ш - ш - ш… Я горько надрывисто всхлипнул и что есть мочи прижался к Сириусовой груди, скрещивая руки за его тонкой худой шеей и блаженно упоенно вдыхая чудесный приятный аромат такого знакомого кокосового шампуня, исходящего от его длинных шелковистых темных волос.  - Си…ри…ус… - Тише, маленький, тише. Все в порядке. Все уже закончилось…Ну все…Все, все, все, тшш…Все будет хорошо. Скажи мне, ты не ранен? Нигде не ушибся? Не ударился? - Н - нет… - Я за тебя испугался.  - Я за тебя тоже. Я как подумаю, что ты мог… - Нет. Нет, нет, нет, милый, не мог…Я слишком сильно люблю тебя, чтобы бросить тебя в этом мире одного. Только не так. Только не таким образом. И вообще никаким… - Я тоже очень сильно люблю тебя, Сириус. Больше всех на свете люблю… Мой крестный тогда успокаивал меня еще достаточно долго… Заматывал в теплый шерстяной клетчатый плед, отпаивал сладким чаем и горячим шоколадом с зефирками, растирал мои замерзшие стопы и окончательно окоченевшие кончики пальцев и без устали шептал мне на ухо поток тихих бессмысленных утешительных глупостей, обещая больше никогда в жизни меня не бросать и никуда от себя не отпускать даже на малейший коротенький шаг или миллисекундочку… И я верил ему… А где - то в далеком темном Малфой - Мэноре совершенно раздосадованный и злой Темный Лорд, скорее всего, в праведном неукротимом гневе бился головой об стенку, проклиная Дамблдора, Министерство Магии и Хогвартс на чем свет стоит и с неподдельной уверенностью и стойкостью говоря самому себе, что он непременно меня достанет, чего бы ему это не стоило, и, возможно, в будущем все именно так и произойдет, но сейчас это не имеет абсолютно никакого значения.  Сейчас важен только лишь мой дом, Сириус, и еще те замечательные сияющие великолепные звезды, на которые мы смотрим с ним вместе с просторной уютной летней кухни, убранной нами обоими еще в начале прошлого холодного дождливого лета… И нам хорошо.  И нам будет хорошо.  Всегда. Что бы мы не делали и где бы мы с ним вдвоем ни были… И так будет происходить вечно…