Черёмуховый поцелуй

На улице был чудесный летний день, солнышко ярко светило, ослепляя людей, но при этом дул легкий ветерок, что делал этот день не таким жарким. Был конец июля, уже отцвела черемуха и пустила плоды. Вдоль заборов, где едва могла проехать машина, шли два парня, взявшись за руку. Они говорили о чем-то своем, о том, что некоторые люди даже не поймут. В основном говорил парень, у которого волосы были зеленого цвета, а глаза скрыты линзами с узором спиральки, того же цвета что и волосы. На нем был одет синий свитер с узором на груди, а рукова были задернуты до локтя, ноги были скрыты черными, с отблесками зеленого, джинсы, чуть ниже, кислотно-зеленые кеды. Другой, был блондином, с янтарными глазами, на лице цвела улыбка. Он был в более светлой одежде, чем его «друг», в желтом свитере со улыбающимся смайликом, белых штанах и голубых кроссовках. Что может быть лучше компании человека, которого любишь? И когда это можно уже не скрывать… Блондин бросил взгляд на один из заборов, откуда торчали несколько веток черемухи и остановился, смотря прямо туда, немного грустным взглядом. Старший замолчал и сначала не понял, почему они стоят. — Вару, ты помнишь как все началось? — блондин перевел взгляд на товарища, а он в свою очередь посмотрел на забор и ветки черемухи, затем слегка улыбнулся. — Помню, Феликс. — со вздохом отвечает тот. *** Небо заполнили тучи, скрывая теплое солнышко, хотя еще днем оно грело жителей небольшой деревеньки. Возможно даже пойдет дождь, но в прогнозе точно говорилось, что сегодня весь день будет солнце, как обычно. Тем не менее, наоборот, дождь был бы как раз кстати, так как этим летом его еще не было, а народу уже надоела эта невыносимая жара и палящее солнце. По узкой дорожке, окруженной заборами, шел парень, с волосами блондинистого цвета. Он направлялся в сторону дома своего друга — Зонтика, который пригласил его к себе в гости. На глаза ему попался небольшой кустик, что рос, прямо из-под забора. В голове снова всплыл он. Блондин сам не знает, почему думает об этом парне уже около месяца, а самое странное, что он иногда даже представлял что-то, что давно выходит за рамки дружбы. Хотя, их и друзьями не назовешь. Скорее наоборот. Вару был тем еще хулиганом, что издевается над слабыми, а Феликс пытался вдолбить ему, что так нельзя. Словесно конечно же. А Вару же только насмехался над ним. Это больно. Погодите, что? Больно? Просто потому что он смеялся над его упреками? Феликс слегка нахмурился и помотал головой, пытаясь избавится от навязчивых мыслей, но его попытки были тщетны. Что это за чувство? Ненависть? Может быть. Тогда почему он так ждет новой встречи с ним? Но это точно не влюбленность, нет. Было бы глупо влюбится в человека, что думает только о себе, да и только. А как же фантазии Феликса? — Смотри куда идешь, биполярка! — Феликс едва не врезался в человека, о котором только что подумал, иронично. Правду говорят, только о человеке подумаешь и он объявится. — Сам смотри, куст обросший! — легкая улыбка спала, а брови нахмурились. Ухмылка с лица Вару спала, а щеки еле заметно порозовели, но это произошло буквально на секунду, а потом заменилось тем же выражением, с которым он до этого смотрел на Феликса. Это совпадение. — Ну это не я, знаешь ли, на кусты засматриваюсь. — обидчик хмыкнул и продолжил. — Небось к тряпочке бежишь, на жизнь будете друг другу жаловаться? — до ушей Феликса дошел противный смех, что аж даже хотелось заткнуть уши. — Это не твое дело к кому и зачем я иду. — он хотел было уже уйти, но тут ему на нос упала капля. Затем еще, но уже на макушку. Феликс поднял взгляд в небо и капли обрушились ему на лицо, намакивая полностью. Ливень! Только он сделал шаг, чтобы побежать, как его поймали за руку и потянули к забору. — Эй! Ты что творишь? Капли, что беспощадно мочили все на своем пути, перестали тревожить Феликса, но тем не менее он видел как льет дождь. Вару утянул его под черемуху, что раскинула свои ветви из-под забора, рядом с которым они стояли, будто позволяя, чтобы прохожие срывали ягоды. На лице Феликса расцвела улыбка, ведь этим летом это был — — Первый дождь! — Феликс перевел взгляд на Вару, который сложил руки на груди и явно был не доволен этим дождем. — Ни раньше, ни позже, хрен знает теперь когда он кончится и как домой идти. — а ведь секунду назад он громко смеялся над Феликсом. — Ну чего же ты такой не довольный, Вару? — улыбка переросла в оскал и он сам был уже на грани чтобы рассмеяться, но сдержался. Сам Вару же закатил глаза и фыркнул, затем протянул руку к ветке черемухи и сорвал несколько плодов, сразу же отправляя их в рот. Он бросил хитрый взгляд на четвертого клона, который в свою очередь недоуменно нахмурился. — Что? — стоило солнышку задать этот вопрос, как в него полетела косточка, и как только она соприкоснулась с свитером Феликса, упала вниз. — Эй! — в него снова прилетела косточка. — Вару! — Что, Вару? Либо сражайся, либо уходи из убежища! — пятый ухмыльнулся, прогоняя недавнее недовольство. — Ах, так? — он тоже достал пару ягодок и «вооружившись», выплюнул косточку в Вару, а тот, в свою очередь, в него. Смех, под стук капель, разлетался по улице, а косточки не переставали летать друг в друга. Оба уже были полумокрые, так как иногда им приходилось выбегать из " убежища», но буквально на метр, не больше. — Всё, всё, хватит! — хихикая крикнул Феликс, что стоял под дождем, черемуха кончилась, а Вару, у которого было еще целое дерево этого плода, перекрыл путь. — Признаешь своё поражение, биполярка? — Ни за что! — он уже бросился обратно к дереву, но тут же был атакован. — Ладно, ладно, признаю, только пусти, я весь промок! — Так-то, смертный! — пиковый валет победно засмеялся и немного отошел, выплюнув оставшиеся косточки на землю. — Сейчас я покажу тебе смертного! — солнышко подбежал к забору, где разрослась ромашка, сорвал ту, что была еще сухой, так как находилась в самом низу и почти врослась в забор, значит и пыльца еще не смылась. — Ну, держись! — он опять метнулся к дереву, откуда уже отпрыгнул Вару, лишь бы не встретится с этим цветком. — Так не честно! — теперь он мок под дождем, а Феликс, довольный своей победой, с ромашкой в руках, стоял под черемухой. — А никто и не говорил, что я буду играть по правилам! Проси прощения, смертный! — Тогда, лучше уж я промокну и замерзну, чем попрошу прощения! — он демонстративно отвернулся, пытаясь сдержать улыбку. Вару простоял так секунд двадцать, и Феликс, так уж и быть, решил сжалиться, над ним. Четвертый выбросил ромашку под дождь, в противоположную сторону от зеленки, затем с теплой улыбкой повернулся. — Я прощаю твои грехи, а теперь иди сюда и не мокни! — Вот так ты заговорил? — тем не менее, пятый с ухмылкой вернулся под ветви, скрываясь от холодных капель. Повисло молчание. Полностью мокрые парни, смотрели на капли, пролетающие совсем рядом. На языке и в горле, было неприятное чувство вязкости, и все из-за съеденной ими ягоды. В голове Феликса крутилось проведенное время, которое, если честно признаться, совсем не прошло зря. Хоть на это все и ушло минут пятнадцать, было ощущение, что гораздо меньше. А ведь всё началось с того что Феликс направлялся к Зонтику. — Зонтик! — Вару стоящий рядом, даже вздрогнул от неожиданности и бросил косой взгляд на Фелю. — Я же шел к нему! Он наверное уже заждался! — он уже ступил на мокрую землю, чтобы пуститься в бег, но его опять поймали за руку и притянули. — Неужели тебе так хочется полностью промокнуть, ради Зонтика? — на этот раз он не спешил отпускать солнце, лишь сильнее сжал, не давая даже шанс на отступление. — Но мы уже полностью мокрые, в чем проблема? — тот нахмурился, не понимая почему его не отпускают и начал пытаться вырваться. — Он же ждет меня! Я обещал прийти через пару минут, а задержался уже на двадцать! — Феликс. — Зонтик наверное переживает, ты же знаешь его, да и я должен сдерживать свои обещания! Я не хочу заставлять его волноваться! — Феликс! — Что, Феликс?! Отпусти меня сейчас же! — он начал сильнее вырываться, за что, абсолютно не ожидая такого, был грубо прижат к забору. Кажется Вару тоже не ожидал. — Прекрати! Ты только и говоришь о своем Зонтике, будто он целый мир для тебя! Я только и слышу в свою сторону ругательства, из твоего рта, а эту тряпку ты жалеешь как можешь! — от былого веселья не осталось и следа, что аж Феликс, вжался в стенку, невольно смутившись от позы. — Ты всё время меня избегаешь, и единственное что мне остается, так это травить эту тряпку, лишь бы ты обратил на меня внимание! — эта фраза вогнала в краску четвертого, и где-то на душе стало легче, будто он ждал этой фразы всю жизнь. — Сегодня мне предоставился такой шанс, без помощи Зонтика, побыть с тобой, но даже сейчас, ты умудряешься уйти! Ты — Вару был резко и даже грубо, притянут за свитер, он почувствовал на своих губах тепло. Феликс трепетно коснулся своими губами губ Вару, зажмурившись. Новое чувство захлестнуло их обоих, утягивая куда-то на дно и перекрывая все пути к отступлению. Они полностью замерли, боясь шевельнуться, мысли запутались, не давая трезво думать. Как это вообще произошло? Неужели не было другого способа заткнуть Вару? Почему именно так? Солнышко распахнул глаза, когда почувствовал на своих губах что-то мокрое и более теплое, и от неожиданности приоткрыл рот, как это что-то, что оказалось чужим языком, проникло внутрь рта. Сначала он замер, не понимая что нужно делать, ноги подкосились, а в животе залетали бабочки, но затем, неумело, попытался повторить движения Вару. Руки Феликса ослабили хватку и перешли на шею друга, хотя сейчас и даже до этого их трудно так называть, а Вару в свою очередь начал одной рукой поглаживать по голове, иногда оттягивая мокрые волосы, а вторая так и осталась прижимать к забору. От черемухи, и настойчивых движений языком, образовывались катышки, дыхание сбилось, а уши и щеки пылали пламенем, все это немного отвлекало. Поцелуй прервал тот, кто его и начал. Феликс приложил одну руку к щеке, чувствуя как ее обжигает жар, и отвел взгляд лишь бы не смотреть в эти очки-спиральки. Собрав мысли и силы в кучку, он попытался что-то сказать, но выходил только непонятный бубнеж, из которого Вару, с трудом, понял «Ты мне нравишься» и «Кто мы теперь друг для друга?». С ухмылкой, Вару встал к Феликсу, уперевшись спиной об забор, наблюдая за дождем, что никак не собирался заканчиваться. — Я думаю, мы пара. Они молча наблюдали за, падающими на землю, каплями и каждый думал о чем-то своем. Кто бы мог знать что плохая погода сведет их таким образом. Зонтик подождёт. *** Феликс вернулся в настоящее, когда почувствовал, как в него плюнули черемуховой косточкой, рядом стоял Вару и ухмылялся. — Ну погоди у меня! И снова под деревом черемухи раздавался смех, как и год назад, но теперь домой они придут сухие.