Прощение

Прощение

Берёт без остатка, швыряет об стену И топчетeт брат память, любовь и мечты. Простить он не может за эту измену, И дать пересечь проведённой черты. Черты, отделявшей ту детскую ласку, Не братские чувства, к стыду своему, От нынешней злобы, и младшего маски, Предателя брата – бельма на глазу. Глядит сверху вниз – смеряет презреньем, Ничтожество видит напротив себя. Кончилась в прошлом та правда сраженьем, Сердце разбив, две души раздробя. В безлунную ночь, что кровью омыла Отеческой ласкою руки его, И страшную правду о брате открыла, Оставив в сей мире совсем одного, Пиро избранник Глаз Бога нагрел – Брата убил не мечом он, а словом. Братскую клятву нарушить посмел, Бросив любимчика Крио Архонта. И младший остался один на один С ледышкой в руке и дырою в груди, Осевший рыдать в груде тёплых руин, Развалин их клятв и остатках семьи. «Ненавижу его!... Не хочу потерять, – Шёпотом вновь повторялось в ночи Пламенным парнем опять и опять. «Спасите его...» – у Богов он молил. Холодное сердце молилось Архонту, И слышался рёв под сотнями лун: «Вернись ко мне, братец! – кричал горизонту. – Ошибка моя – был глуп я и юн». А Боги желания слышат отчётливо – И Ветер доносит домашний уют; Огонь согревает братишку заботливо; Льдинки же старшего вовсе не бьют. Долгие годы их разделяли Мили лесов, сотни рек и морей. Старые чувства и правда завяли? Мальчиков в прошлом – отныне мужей. Искренность в прошлом. Остались уловки Старые чувства чтоб вновь пробудить: И флирт, и улыбки; движения ловки – И цель их одна – Огонь возбудить. И звания их напускные: – Сэр Кайа. – И хитрое: – Мастер Рагнвиндр! – в тиши. – Будьте добры, коктейльчик смешайте. – Голос свой пьяный сперва приглуши. – Братец, чего же так грубы со мною? – И алая ярость рождается в миг В глазах столь желанных, что стали мечтою – К действиям грубым ведь младший сподвиг. – Не смей сюда шагу отныне ступить, Видеть тебя не желаю теперь. Кто дал тебе право произносить Столь важное слово?! Выйди за дверь. Приказ его тих, но суров и отчётлив Сэр Кайа его игнорирует. Вновь. – Остыньте же, мастер, – хитёр, изворотлив.– Куда подевалась вся Ваша любовь? Вдруг бьётся стекло – упала бутылка, Шатко стоявшая рядом с двумя. Гости выходят, хозяин же пылко Дышит, на брата свой взор устремя. Бесстрастие меркнет, рождается гнев. Пылающий взгляд к стене прижимает. А месть его сладка. Он брата согрев, Вгрызается в шею клыками, ласкает. Ведётся сегодня на эти уловки Желанные губы целует, кусает. Знает, что делать – движения ловки. Дыханием смуглую кожу сжигает. Младший не убежит, своего он добился: Прижаться поближе, вдохнуть и обнять. Вновь чувства увидеть Архонту молился, В момент единения имя стонать. Брат ниже ведёт, языком изучая, Руками он держит недвижимо тело. Другой же всё стонет, одежды сминая, Под братский язык подставляясь умело. Движения их и грубы, и жестоки – Желанья звериные выше всего. Греху придаются, видны их пороки Без страсти для братьев уж нет ничего. Нет. Не братья уже. Любовь давно тлеет В сердцах молодых, не давая уснуть; Взаимное чувство теперь не робеет. Скорей бы друг другу в глаза заглянуть. Всё ниже и ниже. И бёдра раздвинув, Пальцами ловкими внутрь проник. Голову полную мыслей откинув, Сверху развратнейший восклик возник. Лицо машинально к нему потянулось, Ладони горячие взялись покрепче: Желание спящее годы проснулось... А дышит он жарко и пошлости шепчет. Рука запустилась в копну алых прядей, Голые бёдра задвигались в такт – Годы сэр Кайа прожил без объятий. Славно кончается первый контакт. Огонь прижимается прямо в упор, И похоть блестит в одиноком глазу. И сказано было: «Скорее...» – в укор. Стон в комнате гаснет и колет внизу. Коль брат пожелал – так будет исполнено, Смуглое тело сжимает сильней... И страсть и любовь. Голова переполнена, И ритм растёт. С каждым мигом быстрей... И вспышкой настиг их пик наслаждения. Дождик постукивал мирно в окно, Символом стал он перерождения, И прошлым кровавым – забыть не дано. Души слились их в страсти животной, Но старые раны всё так же болят. Не станет обида в секунду бесплотной, И вряд ли друг друга когда-то простят. Зачем им прощать? Для слабых прощенье. Для сильных привычнее снова начать: Учиться доверью, оставить в забвении Покойников, ложь, и привычку бежать.