Капля любви в море вина

Дазай зарывается ладонью в рыжие локоны, аккуратно перебирая их. Карии глаза шатена скользят по сонному личику напарника, желая наслаждаться им, словно картиной в музее. Чуя Накахара был его шедевром на миллион долларов. Чуя Накахара был отдельным видом искусства, особым фетишом в жизни Осаму. Ему нравилось находиться рядом с Чуей. Ему нравилось слушать хриплый, пронизывающий голос, который пробирался в стенки сознания, эхом отзвучиваясь там же ещё много-много раз. Ох, как же ему нравилось заглядывать в голубо-небесные глаза. Они были столь глубокими, и как же всегда сложно было понять, что находится на дне морской глубины его лазурного взора. Оставалось только тонуть в них. Бесконечно тонуть, погружаясь на самое дно, пока наконец не удасться понять…понять эту рыжую бестию. Но даже для того, что-бы наслаждаться своими «нравиться», Дазай действовал всегда по одному и тому же плану. Чуя не давал любоваться собой, он не давал смотреть себе в глаза, не давал слушать собственный голос, ведь постоянно взрывался, начиная кричать на очередной подкол, пытаясь принизить напарника. Как-то раз Осаму предложил голубоглазому мафиози выпить за их победу над весьма опасным врагом. После получения положительного ответа, шатен наконец смог насладиться сидящем возле него человеком. Этот странный момент уединения за бокалом вина, эти тысячи тупых, глупых историй, которые буквально появлялись из воздуха. Такой глубокий момент. Момент, в котором Дазай наслаждался собственной любовью. Своим маленьким наркотиком. — Не думал, что тебе нравится вино.- как-то раз проговорил Чуя, покручивая наполовину пустой бокал в своих руках, наблюдая за алой, как кровь, жидкостью, которая плескалась из стороны в сторону, иногда выбрасывая редкие капли за его пределы. — Я пью, ведь на то есть повод. Нельзя сказать, что оно мне нравится.-- на губах кариеглазого расползается улыбка, пока тот мельком поглядывает на хмурые бровки Накахары, который явно задумался над ответом. Рыжик склонил голову набок, поднимая свой взор, внлядываячь в глаза напротив. — Значит…не нравится? На такой вывод Дазай лишь рассмеялся, прикрыв глаза. Чуя же застыл в непонимании. — Придурок.-- тяжело вздохнул мафиози, поправляя волосы. — Мне нравится пить вино вместе с тобой, мандаринка. Каждый подобный вечер заканчивался тем, что Накахара проваливался в сон, роняя голову на плечо довольного Осаму. И тот позволял себе вновь и вновь наслаждаться своим шедевром, своим наркотиком, своей любовью. Но чтобы получить хоть каплю любви, приходилось тонуть в море вина…