У твоей могилы

Я не верю, что это случилось, Не верю, что сердце твое навсегда остановилось, Хочу засмеяться, услышать, что все это шутка, Но вместо этого плачу которые сутки... Я всегда боялся, что именно этим все закончится, Надеялся, в руках держать себя получится, Но нет, это не тот случай, И воспоминания о прошлом до сих пор меня мучают. Тот день помню отлично Утром снять тебя с петли для меня давно привычно, Потом ссора, просишь прощения, За такое "мелкое недоразумение", - Такое больше не повторится, обещаю. Я раздраженно фыркаю, но опять тебя прощаю Потом пьём кофе и идём собираться, Времени мало, некогда баловаться, Но тебе опять зубной пастой измазать меня удаётся, Зло сверлю тебя взглядом, а ты лишь смеёшься. Уже собрались, целуешь в макушку И говоришь прямо над ушком : - Буду скучать, И весь день лишь о тебе одном мечтать Я заливаюсь краской, но натягиваю безразличную маску : - Да-да, пора на работу, Иди, давай, помогай своему беззащитному народу. Ты усмехаешься, обнимаешь, притягивая ближе И добавляешь, но уже тише : - Я люблю тебя. - И я. - просто отвечаю, И подвоха в твоём поведении не замечаю... Уже на работе ближе к ночи, Меня вызывает в кабинет босс, Сообщает о твоей кончине, Толком не рассказывает в чем была причина, Просто поясняет, что люди из агентства были бессильны И что потеря такого человека, как ты, для всех непосильна, Высказывает соболезнования, что-то еще бормочет А у меня внутри пусто, и что-то слева в груди грохочет. Я слышу чей-то крик, чей не понимаю, Глаза застелает пелена, даже сам не знаю, Слезы по щекам стекают, сознание туманится, Вещи в кабинете гравитацией резко поднимаются. Думаю все, контроль над разумом потеряется, Сердце в груди сильно-сильно сжимается, Воздуха не хватает, грудная клетка бешено вздымается, Атмосфера в помещении опасно накаляется... Но вдруг резко все прекращается, Твой образ живой передо мной воплощается, Ты улыбаешься и просишь остановиться, На тебя не злиться и спокойно проститься, Я сглатываю, бессильно опускаясь на колени, В голове шум, мерещуться чьи-то тени, Падаю на пол, теряя сознание С этого дня закончилась моя жизнь, Начинается существование... Мне тошно от мысли, что детективы До сих пор вспоминают тебя, приходят к могиле, Кто вообще они такие? Они не знали тебя, лишь образ твой фальшивый... Акутагава тоже тебя не забывает, И частенько наедине в подушку рыдает, Еще больше в себе замкнулся, на работу бывает опоздает, Он скучает, ему тебя безумно не хватает, И не только ему... Знаешь, я часто думаю, Что было бы, если тогда ничего не случилось Будто бы все мне это просто приснилось. Я бы тогда вцепился в тебя обеими руками, Прижался к твоей груди и не поскупившись словами, Извинился, поплакал, громко послал бы тебя отборным матом и приказал больше меня никогда не покидать, Задушил бы в любви, заставив имя свое повторять... Жаль, что это всего лишь мечты Они просты, но увы, несбыточны И сейчас мои речи никому не нужны, Ведь ты в могиле и твои дни сочтены. И знаешь, мне так обидно, Перед тобой даже как-то стыдно, Что за все эти годы, так и не разу не согласился с тобой совершить суицид двойной, И понял твою тягу к смерти только сейчас, Когда как оказалось, мне уже больше нечего терять. Ну, ничего, тебе осталось еще чуть-чуть подождать, Завтра приду к тебе, так что готовься встречать, Ладно, больше не хочу тебя напрягать, Пойду-ка домой, надо в последний раз поспать..." Рыжеволосый вздыхает, оглядывает могилу, На которой чётко выгравировано : "Одному любимому суицидальному дебилу, Дазай Осаму, покойся с миром." Он уходит, грезя о скорой встрече, И на душе его становится легче.