твои руки как снег, а мои словно пламя
28 августа 2021 г., 20:10
Дополнительные занятия Чуи заканчиваются, когда на улице уже темнеет, а снег начинает идти с удвоенной силой. Суровая русская зима во всей красе. Так выразилась мама Чуи утром, выглянув в окно и увидев метровые сугробы.
Чуя спускается в фойе, потирая ладони. В коридорах отопление ни к черту. Всё обещали починить, да только уже два года с того обещания прошло.
В гардеробе нет никого, за исключением недовольной вахтерши (по совместительству гардеробщицы), укутанной в шарф, и парня, который стоит у батареи в тщетных попытках согреться.
— Осаму! — кричит Чуя и машет рукой.
Парень отрывает взгляд от окна и тепло улыбается. Чуя почти физически ощущает это тепло на собственной коже.
Не стесняясь вахтерши, Осаму обнимает Чую. Тот морщится, когда его лицо утыкается в мокрый шарф Дазая. Чуя фыркает и отстраняется, вытирая щеки.
— Долго ждал?
— Да нет, минут пять. У вас тут отопление, кстати, дерь…
Осаму ловит на себе злобный взгляд вахтерши и говорит уже тише.
— …дерьмо, ты в курсе?
Чуя смеётся.
— Очевидно, в курсе. Сам замерз.
Он подходит к гардеробу и просит подать одну из четырех оставшихся курток. Надев ее кое-как, Чуя хватает теплой рукой ледяную кисть Дазая и выбегает на улицу, в догонку слыша недовольное ворчание вахтерши, мол, шапку-то надо надеть.
Фонари слабо освещают улицу, зато падающие снежинки в желтоватом вечернем сиянии выглядят волшебно.
Крупные хлопья снега падают Чуе на волосы.
Осаму смеётся и выхватывает у Накахары шапку из рук. Дазай криво надевает ее на голову Чуи, пытаясь прикрыть уши. Чуя поправляет шапку и подбегает к ближайшему сугробу. Прежде чем Осаму успевает среагировать, ловко слепленный Чуей снежок прилетает ему в затылок.
— Эй! — возмущённо кричит он и бежит к Чуе.
Накахара со смехом лепит все новые и новые снежки, которые так же отправляются в Дазая.
Осаму хватает снег голой рукой и заряжает им в Чую. Тот быстро уклоняется, но не удерживается и поскальзывается.
Осаму торжествует, но вдруг чувствует, как чьи-то цепкие пальцы хватают его за рукав и
тянут на себя.
В следующую секунду Дазай уже утыкается
носом в снег и слышит рядом громко смеющегося Чую.
— Ха-ха, слезь с меня.
— Ты сам меня уронил, — ухмыляется Осаму, но всё-таки переворачивается на спину и ложится рядом с Чуей.
— У тебя так много снега на лице, — Чуя привстает на локтях и вытирает Осаму щеки, лоб и нос. После он нежно проводит пальцем по уже посиневшим от холода губам.
— Холодные? — спрашивает Осаму.
Чуя кивает.
— Согрей их, — ухмыляется Дазай.
Чуя фыркает.
— Ты долбоеб?
После этих слов он накрывает губы Осаму своими губами и ненадолго задерживается в таком положении.
— Доволен? — спрашивает Чуя, отстранившись.
— Более чем, — самодовольно произносит Осаму.
Чуя берет его ладони и сжимает в своих руках.
— Пошли домой, ты явно замёрз.
Осаму качает головой.
— Все в порядке.
Чуя хмурится:
— Я знаю, что ты плохо переносишь холод и быстро замерзаешь. А тут ещё и без перчаток.
Осаму со вздохом поднимается на ноги. Чуя встаёт следом за ним и отряхивается.
— Возьми меня за руку, — просит Осаму.
Чуя улыбается. Как будто он может отказать?
Ладонь Дазая очень холодная. Когда горячие пальцы Чуи сжимают руку Осаму, тот спрашивает:
— Как твои руки даже в холод остаются тёплыми?
Накахара пожимает плечами.
— Так было с детства.
— А у меня наоборот с детства холодные.
Снег продолжает медленно падать на землю, словно мягкий пух.
Осаму покрепче сжимает руку Чуи, и они идут по тропинке, освещенной лишь слабым светом фонарей.
Примечания:
они тут такие милашки ну—
