Тот, кто знает, не говорит. Тот, кто говорит, не знает

На улице царствовала ночь. Свет луны отражался в окнах и смешивался с синеве волшебных фонарей парящих в деревне синоби. Осенняя прохлада шальным ветром пыталась забраться под одеяло, но Мэй упрямо куталась в одеяло. Ей не спалось. Тревожные мысли не покидали юную девушку и очень много что приводило к размышлениям. Недавний бой. Легкий поцелуй Такао. Распаянное лицо Азуми, которая не могла смирится с мыслью, что её простили, а не казнили. Несколько попыток лишить себя жизни, чтобы смыть позор предательства не увенчались успехом. Теперь она была под четким наблюдением Кадзу и Сатоши, взявшиеся на себя эту ответственность. Сино-Одри...Загадочный Ёкай, который проявлял к ней интерес. Она до сих пор ни кому не говорила о ней, даже дзёнину и даже под пытливым допросом, когда выясняли все обстоятельства и подробности связанные с Азуми. Как Мэй оказалась рядом с Азуми и сумела её переубедить, не совершать самою большую глупость в жизни. Просто пробегала мимо? Ей не поверили и это было видно. Легкий червячок недоверия с оболочкой подозрения уже заполз за шиворот и недавал покоя. Но он был настолько мал, что скорее предоставлял неудобства самой девушке. Котора размышляла....Размышляла... Не выдержав и поняв, что уснуть ей так и не удасться, лисица одела кимоно и быстро приведя в порядок волосы, взяла веер и вышла на улицу. Она залюбовалась тем волшебством, что царило в деревне. То осязаемое , как вода наполнявшая кувшин, но со всем не обременительное, так как кувшин был из прозрачного стекла, через который проникал холодный свет луны и вода превращалась в целое необъятное озеро, над которым парили светлячки. Мэй поддавшись необъятному желанию и быв полностью убежденной, что все спали, начала танцевать. Подкинуть веер, сделать поворот, поймать, раскрыть. Плавные движение. Снова подкинуть веер, сделать поворот, поймать раскрыть, прокрутится во круг своей оси. Отточенные до мастерства. Она слышала чарующую музыку ночи и поддалась ей. Забыв о тревогах, погрузившись в себя и не заметила, как та музыка что она слышала стала реальной. Местные жители спавшие чутким сном и изнеможённые после недавнего боя, ведомые любопытством вышли из своих домов и застыли в немом изумлении. Глубокая ночь. Луна , казалась бы, озарявшая определенный участок. Волшебные фанари, роем кружившиеся во круг девушки светлячки, которая поддалась танцу. Красивому, не забываему, волшебному. Дзёнин тоже вышел на крыльцо дома и поймав недоуменные взгляды Кадзу, Масамунэ, Сатоши, Азуми, Хонга лишь улыбнулся оперевшись о балку, которая держала дом. Дедушка Чонган тоже вышел посмотреть. Что же там происходит? И так же как Дзёнин тепло очень улыбался, не смотря на время. Не смотря на глубокую ночь. Но тут произошло то, что удивило даже Такао. Появилась тень. Тень которая присоединилась к танцу Мэй. Мужчина напрягся, сузив глаза. Он чувствовал, что это Ёкай и был готов защищать свою воспитанницу, ставшей частью его души. Но нападать не спешил, существо не проявляло враждебности, оно вдруг приняло человеческий облик красивой юной девушки с длинными черными волосами, в которых красовалась заколка в виде паука. Сино-Одри державшая все время в тени, вдруг вышла из укрытия, она присоединилась к танцу, закружившись в вихре вееров. Мэй хоть удивилась, но виду не подала, она тепло улыбнулась Ёкаю. Глубокая ночь. Воистину волшебную. Заиграла инструментальная музыка. В частности Цинтра. Местные жители присоединились к танцу, но как все закончилось они так и не поняли. Наступило утро. Мало кто помнил, что было этой ночью. Об этом постарались Ёкаи, которые присутствовали на этом празднике души. Мало кто помнил, но все же помнил. У Мэй дико болела голова, она словно не спала во все. - Что со мной...- вопрос был задан в пустоту. - Проснулась таки? - дедушка Чонган ехидно улыбался сквозь усы. Мэй не понимала к чему это ехидство с утра пораньше. Хитрая ухмылка. Словно что-то произошло о чем Кицуне не помнила. - Я... - но её прервали довольно грубо. - Тебя ждут. У нас гостья в деревне. - Гостья? - Мэй удивилась, она быстро поднялась не смотря на голову, которая вдруг решила стать камнем. Умылась, оделась. На завтрак получила только одну морковку, на что удивилась ещё больше, но промолчала из вежливости и направилась к дому Дзёнина. - Такао? - неуверенно спросила почему-то лисица, она хотела постучаться, но дверь была открыта. - Входи входи, - отчетого хохотнул Сатоши, за что получил тычок в бок от Кадзу. Все расположились в главной комнате Дзёнина попивая из чашек чай. Масамунэ стоял спиной ко входу, задумчиво смотря в окно. Такао в доме не было. - Что происходит? - Мэй явно напрягалась от ситуации. - Мне сказали что в деревне гостья и она желает меня видеть. - Неведьма. А ты не помнишь что было ночью? - Кадзу недоуменно поднял брови. - А что было ночью? - Мэй опешила, когда взгляды всех присутствующих устремились на неё. Сатоши не выдержал и прыснул со смеху. Лисице явно стало неловко, внутри нарастал гнев, но она быстро взяла себя в руки. Вдруг ей на плечо легла знакомая забинтованная ладонь. Сатоши резко замолк поперхнувшись чаем, стали уже подхихикивать уже Хонг с Кадзу. - Волшебство. Ночью было во истине волшебство. - Чарующее волшебство, - добавил знакомый голос. Сино-Одри? Мэй удивленно повернулась не понимая что происходит. И тут Мэй начала вспоминать, что происходило. Её белоснежное лицо стало наливаться краской. Ей почему-то стало стыдно за своё поведение, что она поддалась желанию. Но Дзёнин только мягко и загадочно улыбался и неожиданно произнес. - Твоё обучение магии закончено.