Предыстория : Стреляй.

      Увиденное им здесь стало уже привычным за последние полтора года. Он видел огромные суммы, видел насилие, к нему также пытались его применить, только вот забрать у него желание жить не получится. Оно у него отсутствует.       Когда-то в детстве Антон уже понял несколько вещей: двойные стандарты, лицемерие, лицемерие.       И это началось с родителей, которые подарили ему эти термины, а саму их суть затолкали поглубже в глотку и тот просто молча проглотил.       Если сказать проще: у Антона появилась младшая сестра.       Все внимание перешло по наследству ей и когда-то воодушевленный этим миром мальчишка стал изгоем и понял, что оскорбления одноклассников — не пустой звук.       Здесь начался ещё больший пиздец.       Не о нём сейчас должна идти речь, когда вопросы будут задаваться тому самому Арсению, просто Шастун испугался, что тот залезет к нему в душу слишком глубоко и всё перевернёт. И даже несмотря на стойкое выражение лица, изнутри этот человек действительно сможет воззвать к желанию закончить это всё. И закончит это всё сам. Когда ему придёт на ум. Он же так о себе говорит? Да эту напущенную всевластность даже визуально заметно.       Но Шастун всё же не так прост сам по себе.       Арсений видел, как собеседник словно борется внутри с собой, поэтому захотел посмотреть на результат этого поединка. Виски снова наполнил их стаканы и мужчина расслабленно стал ждать первого вопроса, ожидая, что юноша спросит его о том, как он докатился до этой жизни. На губах снова появилась усмешка.       — Как вы оказались на такой должности? Все же, Антон был интересным. Даже вопросы задавал правильно. Сделав глоток из своего стакана, глава задумчиво посмотрел на свет и выбирая слова, стал спокойно отвечать:       — Изначально, всё началось с организации контрабанды. Мой хороший друг решил, что это будут легкие деньги. И оказался прав. Дальше пошло кредиторское агентство и небольшой бордель. А через несколько лет и компании по обмыванию денег. И вот он я. Можно сказать, решил перепрыгнуть из грязи в князи. — отшутился мужчина и отпил ещё односолодового.       — Так Вы коллектор. — подстрекающей интонацией сбавляет громкость голоса. Со смешинкой в глазах ловит сверкающие глаза голубого цвета и игриво рисует носком кроссовка круги в воздухе.       Грудной смех эхом раздался в комнате, обдавая блондина теплом атмосферы.       Удивлению нет предела, когда Арсений расходится смехом. Антон лишь брови вскидывает, но более ничего не проявляет где-то в себе делая галочку в списке напротив пункта «Приятный смех».       — Можно сказать и так. Но это лишь одна из составляющих. — пожимает мужчина плечами и пожирает взглядом каждое действие блондина, не скрываясь за сдержанностью. Алкоголь позволил главе ослабить оковы серьезности, да и с Антоном по-другому и не хотелось. Хотя, всё же по отношению к нему, он наверное оставался бы серьезным до конца. — Я ответил на твой вопрос. Теперь моя очередь. — хитрый блеск в голубых глазах. — Почему ты не боишься смерти?       Антон резко замер и задумчиво направил взгляд к потолку. Оттого пришлось задрать голову. Тонкая, жилистая шея во всей красе предстаёт под светом тусклых лампочек. Антон чувствует, как жар охватывает его грудную клетку. Расслабленно выдыхает, а ладонью накрывает толстовку, пальцами прихватывает ворот и чуть оттягивает вниз.       — А чего её боятся? Она сплошь да рядом.       Честно, сухо, играючи. Шастуну захотелось немного поволновать нервные клетки Арсения Сергеевича. Ему кто-то запретит? Вроде как даже сам Попов совсем не против.       Очередное прикосновение губ к янтарной жидкости и брюнет взъерошивает волосы, незаметно массируя уставшую голову.       — Звучит даже поэтично. Словно из бусидо или трактата какого-нибудь монаха. — низкий голос с нотками расслабленности обволакивает и дарит ощущение постоянства и безмятежности.       — Не могу не согласится. — Шаст почти готов облизнуться, глядя на мужчину. Это всё непривычно для него и оттого он ощущает лёгкую зажатость. Даже при том, что собеседник максимально расположен на приятное времяпровождение.       — Ты, кстати, ел? Может ужин?— как хороший хозяин, проговаривает мужчина, но все же, привыкший сидеть за компьютером и дрочкой (хера и работы) в своей будке, Антон, редко вылазит куда-то в компании и уж тем более в таком контексте.       Конкретно Антон о теме происходящего не задумывается, просто пьёт снова и всё больше впадает в облако в спокойствие мысли и тела.       — Нет, спасибо. Следующий вопрос: какого цвета мои глаза? — ему, слегка опьяневшему, но всё ещё стойкому, нужно было просто убедиться…