Рыжик

***

Нашу ностальгию прервал телефонный звонок от Леры. На часах было 19:20, а на экране мобильника висели непросмотренных сообщений от неё же. — Серый, быстро давай, Лерка пришла! - спустившись, мы увидели недовольно смотрящую на нас блондинку за окном. — Извини, Валер, не услышал сообщения, - попытался я оправдаться, что получилось плохо. Мы протянул ей руки, чтобы она могла залезть. — Блже, как меня угораздило с вами связаться! - недовольно пробурчала девушка себе под нос, вылезая в окно. — А что с нами не так? Я считаю, что лучше нас ты бы друзей не нашла, - вставил свои пять копеек Разумовский, улыбаясь. — Это сейчас оскорбление было? - раздражённо спросила Макарова, гляда на Сергея. — Конечно нет, Лер! Это был комплимент, - Серёжа был безумно рад чему-то и улыбка не сходила с его лица. — Нам. — Не спорьте, пошлите, - они покорно замолчали и поплелись за мной.

***

— Специально убирались к моему приходу, да? - усмехнулась она, только зайдя в комнату. — Не-а, у нас всегда так, - начали мы, на что девушка лишь прыснула смехом. — Садись, где хочешь. Валерия села на край Серёжиной кровати, разглядывая комнату. Мы устроились на моей кровати, напротив неё. — Вы тут вдвоём живёте? — Да, но к нам новенького скоро подселить должны, - тяжело вздохнул рыжий, наматывая пядку волос на палец. — О, это твой? - она взглянула на меня, держа в руках блокнот. — Нет, это Серого, - я не придал значения её действиям, в отличии от Разумовского, который сверлил её недовольным взглядом, напрягшись. — Положи на место! - прошипел он, не сводя глаз с Макаровой. — Ну дай хоть посмотреть, - кареглазая хотела уже открыть, но Сергей бросился в её сторону, намереваясь бы хватить свою вещь их не рук. — Положи! - не унимался Разумовский, но блондинка проскочила мимо него и спряталась за моей спиной. Пытаясь восстановить дыхание, она все же открыла блокнот, приоткрыв рот от удивления. Лера с восхищением рассматривала изображения статуй, среди которых иногда появлялся я. — Серёж, я не знала, что ты так красиво рисуешь, - сказала она мягко улыбнувшись и вернув вещь её владельцу. Девушка вернулась на противоположную кровать. — Может, фильм посмотрим? — Я за, - поддержал меня Серёжа, щеки которого полыхали. — И я, - согласно кивнула Макарова. — Какой жанр? — Ужастик. — Соглашусь с нашей гостьей. Затушив свет и включив ноутбук, я поставил его себе на колени. Сергей и Лера устроились по обе стороны от меня, прижимаясь к бокам. На протяжении почти трец часов мы наслаждались просмотром, иногда отвлекаясь на смех и комментарии. — Господи, какой же он тупой! - негодовал я. — Ага, - заглянув в телефон, она заволновалась. — Блин, уже поздно. Я уже как час дома быть должна. — Попросись остаться у нас, - предложил голубоглазый. — Хорошо, сейчас позвоню, - она вышла в коридор и вернулась через несколько минут. — Разрешили! Тут же ей в лицо прилетела подушка, а затем началась самая настоящая война. Мы кидались подушками и отбивались от них, заливаясь смехом. — Вдвоём на одного не честно, - возмущённо воскликнул я, но меня никто не слушал, продолжая атаковать. Вымотанные и счастливые, мы свалились на пол. — Лер, - я повернул голову в её сторону. — Ложись на моей кровати, мы на Серегиной устроимся. — Уверенны, я и на полу могу? — Не глупи, Валер, ты все же у нас в гостях. — Ладно, только подушки на места вернуть надо, - встав, она забрала подушку, которую обнимал Серёжа и бросила одну из кроватей, а ту, что была у неё, закинула на другую, устраиваясь на этой кровати. Мы с Разумовский последовали её примеру. — Спокойной ночи, Валер, рыжик, - сказал я, накрывая нас одеялом. — И тебе, Олег. Я пытался заснуть, но все тщетно, из-за этого полчаса я рассматривал белый потолок, вслушиваясь в чужое дыхание, которое мыло прекрасно слышно в ночной тишине. Я вздрогнул, когда Сергей тихо зашептал мне на ухо: — Что не спишь? — Не могу, - выдохнул тихо. — Помочь? - я промолчал, а он мягко коснулся моих губ своими, вовлекая в поцелуй. Прижался ближе, обжигая шею горячим дыханием, скользя рукой по моей шее, спускаясь все ниже, к ключицам, а затем к животу, проскальзывая под футболку и очерчивая пресс. Его руки были чертовски горячими, а шёпот завораживал. Преодолев в себе желание продолжить, я перехватил его за тонкое запястье, прижался к нему ещё сильнее и прошептал на ушко лаского-игриво: — Ай-ай-ай, рыжик, как не стыдно? Твоя подруга лежит на соседней кровати, а ты такое со мной вытворяешь. — Ну, Олеж... Ну, пожалуйста, - тихо попросил он, невинно хлопая пушистыми ресницами. — Хотя-бы пару поцелуев. — Спокойной ночи, Серёжа, - после этих слов я повернулся на другой бок, отворачиваясь от него.