Сквозь забвение

Странные образы проносились мимо, заставляя и без того тяжёлую голову болеть ещё сильнее. Она спит, отчего-то Изабель прекрасно это понимала, но никак не может проснуться. Неожиданно один из образов стал становиться чётче, приблизился, позволяя разглядеть каждую деталь. Заброшенные коридоры, пустые залы, Трэвис, который погружается все дальше в тьму, идя в конец одного из проходов. — Братец! — Крикнула Красавица и попыталась схватить иллюзорного Чудовище за одежду. Ее ладонь прошла насквозь, наваждение исчезло, сотни образов снова заметались вокруг. Она должна выбраться из этого кошмара любой ценой. Мысль о том, что брату грозит опасность прочно засела у нее в голове, запрещая отвлекаться на что-либо еще. Но как ей очнуться? Одна мысль казалась единственной верной: Диадема. Все равно, выдержит она или нет, Вики рассказала ей только самые основные новости, — а ведь сколько наверняка скрыла! — от которых мурашки бегут по телу. Она просто не может спать здесь, пока ее семье и друзьям грозит опасность. Закрыв глаза ладонями, чтобы хоть немного отгородиться от творящегося вокруг хаоса, она мысленно призвала свою реликвию: «Эмоций диадема, явись ко мне мгновенно!» В ту же секунду она почувствовала, как все вокруг начинает потихоньку проясняться и вот она к своему удивлению идет по коридору из выстроенных стенами образов. Изабель все шла, а впереди виднелась только пустота. Поняв, что это не приведёт ни к чему, Красавица замерла. В необъяснимой ярости она впилась ногтями в ладони, замахнувшись обеими руками она хотела стукнуть по одному из призрачных видений, но не смогла: прямо перед ней развернулось воспоминание трёхмесячной давности. *** Бабушка Белль стояла напротив внучки, поправляя в который раз съехавшую на бок Диадему. Это был один из самых первых уроков, когда о практике Изабель могла только мечтать. Отчего-то бабушка запрещала ей даже думать об этом. — Слушай внимательно, милая. — Начала лекцию старшая Красавица. — Ты уже знаешь, что с помощью Диадемы Эмоций мы можем проникать в чужой разум и изменять его, но сегодня я расскажу, как можно использовать ее на самой себе. — Мы можем изменить свой разум? — восхитилась Изабель. Одна мысль об этом подождала в ней восхищение и гордость за собственную семью. — Да, но, так как это очень опасно, мы разберёмся это только в теории. — Подчеркнула Белль. — Хорошо, бабуля. — Поникла младшая Красавица. — Я все понимаю. — Я горжусь тобой милая. Агата хорошо тебя воспитала. — Старушка ласково поцеловала ее в лоб и продолжила. — Навык проникновения в собственную голову обычно используется не для исправления воспоминаний или восприятия эмоций. Мы применяем этот навык при поиске забытых образов или если по какой-то причине застряли внутри своего разума. — Как можно застрять внутри собственного разума? — не поняла Изабель — Бывали случаи, когда меня и твою мать погружали в магический сон. — Пояснила бабушка. — Но в отличие от других людей, Красавицы способны выйти на уровень осознанного сновидения, когда возможно путешествовать по глубинам разума. — Как вам удавалось проснуться? — в нетерпении выпалила она. — Ты должна вспомнить человека, с которым имеешь нерушимую связь. Тогда через его восприятие реальности ты сможешь найти выход. — Объяснила старушка. — Для нас с твоей мамой это были наши мужья, но в твоём случае может быть два варианта: брат-близнец и повязанный. — Трэвис и Сайрус. *** Последние слова она произнесла уже вне видения. Теперь Изабель поняла, как ей выбраться отсюда. Остаётся лишь один вопрос: кого из двух парней она может позвать и не помешать их планам. Бабушка Белль говорила, что в первый раз такой «выход» может сильно воздействовать на них обоих. — Трэвис в опасности, поэтому рисковать не стоит. — Приняла решение Красавица. — Надеюсь Сайрус в лучшем положении, чем мы с братом. Прикрыв глаза для лучшей концентрации, Изабель представила Брумстика. К ее удивлению это получилось не сразу, но результат превзошёл все ожидания: ее руку обвила знакомая красная нить и потянулась вперед, пропадая среди видений. Едва опомнившись, Красавица распахнула глаза и побежала туда, куда протянулась нить. Коридор казался бесконечным, она петляла среди своеобразных экранов, начинала кружиться голова, но сдаваться было глупо: путеводный артефакт с каждым шагом начинал сиять сильнее. — Изабель? — донеслось со всех сторон одновременно. — Изабель, очнись! В ту же секунду она раскрыла глаза, дыхание сбилось, а тело дрожало, Сайрус сидел рядом, приобнимая ее за плечи, и волнительно осматривал ее с ног до головы. — Получилось. — Улыбнулась Изабель, отвечая на объятия. — Спасибо, Сайрус. — Не стоит благодарности. — Непонимающе ответил Брумстик. — Почему на тебе Диадема? Мы же тебя предупреждали! — Я все объясню, обещаю. — Спохватилась Красавица. Ей очень не хотелось оставлять его без ответов, но понимание ради чего она все же проснулась заставило ее отложить разъяснения на потом. — Сейчас мы должны спасти Трэвиса. — Ты что-то видела? — удивился он. — Можно и так сказать. — Кивнула Изабель. — Но без своей реликвии я не смогу быстро найти это место. — Я помогу. — Раздасованно ответил Брумстик. — Диадема слишком опасна для тебя. Не принимая возражений, он сел в позу лотоса и начал глубоко дышать. Через несколько минут его тело совсем расслабилось, он был где-то далеко. — Я. я не могу уловить только одну энергетику, на территории, где он находится их слишком много. — Он разочарованно хлопнул по кровати Сайрус, и уже было хотел открыть глаза, но она не позволила. — Доверься мне. — Прошептала она, кладя руку ему на голову. Неизвестно помогла ли красная нить, которая все не исчезала, или же недавняя практика, но Красавица тут же подключилась к видению Брумстика и все прояснилось. Академия, заброшенный корпус, учителя с тяжёлыми мыслями и пропитанный яростью Трэвис. — Летим туда! — Воскликнула Изабель, едва увидев брата. *** Дыхание сбилось окончательно, но ярость не позволяла остановится. Он осмотрел все, что только мог, даже больше, осталось последнее: заброшенная часть Королевской академии. Трэвис сомневался, что найдёт там что-то стоящее, но надежда умирает последней, особенно когда ты жаждешь найти пропавшую любовь. Пробравшись через кучи хлама он осмотрел четыре пыльных, полуразрушенных помещения, осталось три. Увиденное заставило его присвистнуть: кто-то здесь неплохо обжился. Нет, на первый взгляд сильных изменений не было, столетняя пыль покрывала все вокруг, затрудняя дыхание, но вот несколько десятков разбросанных колб с магическими компонентами и огромный котёл со свежим зельем очень смущали. — Все это время чертовщина творилась у нас под боком. — Раздосованно прошептал Чудовище, со всей ярости ударяя в стену. Конструкция, не выдержав напора начала сильно трескаться, поднялся неимоверный грохот. Все началось с потолка. Пыльная люстра свалилась упала с семиметровой высоты, хрустальные осколки разлетелись во все стороны, исцарапали руки и лицо Трэвиса, но пугало не это: купол начал медленно осыпаться. Словно по наитию Чудовище стал что-то искать — он должен найти хоть какую-то зацепку, как распутать этот чёртов клубок тайн. Неожиданно взгляд упал на странную тряпицу. На белом клочке был изображён символ семьи Железный веер, но что-то в нем настораживало. Откуда он вообще здесь взялся? Не долго думая, Трэвис подхватил кусок ткани и вылетел из помещения за секунду до того, как потолок рухнул бы ему на голову. Едва оказавшись на улице, он пожалел, что вообще здесь появился: на подходе стояли предводители пяти великих семей с наведенными на него палочками. — По решению совета семей ты, обе ветви твоей семьи и Брумстики объявляются вне закона и должны быть заточены до выяснения всех обстоятельств. — Объявила Белоснежка, выходя чуть вперёд. — Но это сумасшествие! — Не стал терпеть до предела взвинченный Чудовище. Раскрыв сжатую ладонь он развернул тряпицу со странным гербом и показал им. — Не может быть! — Выпалила Железный веер, в ту же секунду оказываясь рядом с ним. — Я заберу Трэвиса, дело приняло неожиданный оборот. — Ты не имеешь права, мы все согласились, что отправим всех преступников на Землю! — Воспротивилась Белоснежка. — Преступников?! — Возмущенно переспросил Чудовище. — Вы сами себя слышите, профессор?! — Прекрасно слышу и осознаю всю серьёзность. — Достойно ответила старушка. — От ваших семей слишком много проблем в последнее время. Может вы вообще решили сговориться со сказочными злодеями? — Прекратите! — Внезапно встряла Золушка. — Мы так не договаривались, Белоснежка! Чудовища и Брумстики наши союзники, ты не имеешь права обвинять их в измене без веских доказательств. Хватит того, что совет семей решил отправить их на Землю до выяснения всех обстоятельств. — Моя сестра снова вышла на путь мести. — Слова были произнесены очень тихо, но возымели эффект разорвавшейся бомбы. Ошарашенные главы семей с ужасом посмотрели на Железный веер. — Эта тряпица прямое доказательство, на ней клейменный герб моей семьи. — Только сейчас Трэвис разглядел, что помимо привычных узоров на зелёной поверхности просматривается непривычный белый узор. Так вот, что его насторожило. — И прямое доказательство вины Чудовищ, как минимум. — Вставила свои пять копеек Белоснежка. — Откуда-то он же взял этот кусок тряпки. — Я нашёл его в заброшенной части академии! — Не выдержал он. Вся эту ситуация его крайне раздражала: они только теряют драгоценное время. — В той, которая рухнула у тебя за спиной? — любезно уточнила Белоснежка. — Очень подозрите. — договорить она не успела, несколько зелёных лучей сверкнули на площади и старушка стала медленно оседать на пол вместе с остальными учителями. Чудовище глянул наверх, на одной из башен сидел его семейный дракон и уставшие Изабель с Сайрусом и Шоном. Железный веер, единственная из профессоров, кто остался на ногах, удивлённо посмотрела туда же. — Некогда играть в гляделки, забирайтесь быстрее. — Рыкнул дракон, спуская свой длинный хвост к ним. — Как вы меня нашли? И почему Изабель на ногах? — всполошился Трэвис. — Она почувствовала, что ты в беде, разорвала сонное заклинание Вики и мы нашли тебя с помощью диадемы, хотя я был категорически против. — Протараторил Сайрус. — А я не успел вернулся в наш замок, как эти двое подхватили меня у библиотеки Рапунцель. — Это все, конечно, хорошо, но не будем терять время. — Напомнила Железный веер. — Сайрус, ты единственный, кто может заглянуть в будущее, куда нам стоит отправиться? — Боюсь, у нас нет другого выбора, как посетить Нетландию. — Ошарашил он всех. — Омут вот-вот откроется, единственный шанс исправить хоть что-то — встретить наших врагов с другой стороны Лабиринта. — Тогда летим. — Подвёл итог Трэвис. *** Взвинченная до предела Лин Лин едва сдерживалась, чтобы не схватить жалкую обманщицу на месте, но годы тренировок давали о себе знать: она послушно следовала за Лжевенди. Догадаться о подлости было не так уж и сложно, все же настоящий герой никогда не будет клеймен. Уж она в этом разбиралась — бабулина сестра носила похожий знак за тем же левым ухом. — Долго ещё? — поинтересовалась порядком уставшая Джой. — Уже пришли. — Наигранно улыбнулась Линд, указывая на открывшуюся за поворотом поляну, явно подготовленную для какого-то ритуала. Зеркала, свечи, кубки со странном белым зельем, огромный начерченный круг, по периметру которого это расставленно, и странные символы на земле: тёмная магия. — Оставьте оружие здесь, оно может сбить магический поток. — Хорошо, вот только перед тем, как провести ритуал, не поделишься историей своей метки? — решилась Железный веер. Больше тянуть не было смысла. Неизвестно на что способна эта злодейка. — А ты умнее, чем я думала. — Усмехнулась Лжевенди, вынимая палочку из кармана. — Магия веера! Лин Лин едва успела увернуться, крик замешкавшейся Джой послышался позади. Сохраняя внешнее спокойствие, Железный веер подкинула палочку, призывая семейную реликвию: «Лук волшебный лунный явись сию секунду!» Первая стрела послушно полетела в сторону соперницы, которая, впрочем, легко от нее увернулась. В ответ прилетела очередная атака. Ловко преодолевая мелкие препятствия, Лин Лин постаралась подобраться к Лжевенди как можно ближе, но та, разгадав ее план, двинулась в круг зеркал, прячась за самым ближним. — Выходи на честный бой! — Крикнула Железный веер. Мысли о происхождении этой девушки мучили ее, словно самая жестокая пытка, но она не имела права отвлекаться — пора выловить врага и разобраться во всем этом хаосе. — Заходи за силовое поле или ты боишься? — насмешливо проворковала Линд. Пару секунд на размышления, решение принято: она не поведётся на эту хитрость. Вскинув лук, она выпустила три стрелы, которые рикошетом отскочили обратно, едва не превратив ее в игольницу. Похоже придётся играть по правилам злодейки. Черта осталась позади, силуэт соперницы проглядывался с каждым шагом все лучше. Перехватив лук поудобнее, придерживаясь безопасной дистанции, Железный веер переместилась прямо напротив Линд. Злодейка стояла прямо как на ладони, держа руки за спиной, улыбка не сползала с ее лица. Потеряв контроль над эмоциями, Лин Лин попыталась выпустить сразу несколько стрел, но те расстаяли так и не сформировавшись до конца. Она растерялась всего на пару секунд, в реальность ее вернул смех Лжевенди. — Как же приятно видеть хоть одну из вас совершенно беспомощной. — Отсмеявшись, прокомментировала она. — И как такая жалкая ветвь семьи смогла доминировать? — Так вот откуда эти силы. — Поняла Железный веер. — Ты потомок бабушкиной сестры, главного позора семьи. — Заткнись! — В порыве ярости она выплестнула содержимое кубка, спрятанного за спиной мимо зеркальной глади, но это ее не остановило. Подхватив еще один, она попала точно в цель, а затем кинулась на Лин Лин, пытаясь силой затащить ее в открывшийся портал. Обе повалились на пол, с огромным усилием Лин Лин все же смогла подмять под себя соперницу. — Не знаю чего ты хотела этим добиться, но игры окончены. — Заявила Железный веер, пытаясь удержать победу. — Или ты сейчас же все расскажешь, или подвергнешься своему тёмному обряду. — Мечтай! — Пропыхтела она и с помощью подлого удара смогла поменять их ролями. Лжевенди сидела, удерживая её, взгляд безумных глаз приводил в дрожь. — Теперь-то я отомщ. ква-ква. — Неожиданно стало очень легко, к сжатым до этого запястьям притронулось что-то склизкое. Лин-Лин заликовала от восторга. — Почему-то все забывают про Лягушек. — Мило улыбнулась немного помятая Джой, убирая палочку в карман.