Онигири с сакэ

— Чертов ребёнок! За сегодня Санджи отказало три девушки, высмеял собственный ресторан, а к концу дня ему пришлось сбегать от собак, приставших к Зоро. Костюм был испорчен, сигареты потеряны, а последняя неспешно докуривалась, чтобы успокоить нервы. Он никогда не ощущал себя настолько жалко, как сегодня, даже злиться или ругать Зоро сил не было. Хоть всё началось именно с этого глупого ребёнка, которого Санджи однажды накормил, встретив в переулке, когда выбрасывал мусор. Зоро был в ужасном состоянии. У Санджи сердце ныло, глядя на ребёнка, который с трудом сдерживал слезы, потирая ушибленный бок. Зоро выглядел стойко, даже с глубоким, рванным шрамом на щеке, оставленным лезвием ножа или того хуже — меча. — Хей, что тут делаешь? — Санджи не считал себя ангелом-спасителем, собирался просто пройти мимо, будто ничего не видел, но отчего-то эти слова сами покинули рот. Возможно, как бы Санджи не отпирался и как бы не строил из себя холодного и безразличного, внутри он тоже был ребёнком, когда-то прошедшим через ужас. Но глупой или наивной жалости он не испытывал даже к раненому, ведь от этого никому не легче. Зоро молчал, а терпеть чьё-то упрямство себе дороже, поэтому Санджи лишь махнул рукой, бросив мальчишке завёрнутый пакет. — Не валяйся у мусора, и так ранен ещё и заразу подцепишь, — с этими словами он покинул его, щёлкнув зажигалкой. Санджи затянулся и выдохнул, краем глаза замечая, как Зоро раскрыл пакет. Только после окончательно покинул переулок, так и не заметив счастливой улыбки и влажных глаз, когда приготовленные на перекус онигири откусили. С тех пор Санджи почти не вспоминал о том ребёнке, пока снова не встретил в ресторане. Занятый обслуживанием одной прекрасной леди, он бы и не обратил внимание, если бы на весь ресторан не раздалось детское: — Завитушка! Бровастый-завитушка! И с того дня этот ребёнок стал вторым личным адом Санджи. Но только потом он узнал имя несчастья — Ророноа Зоро. Зоро приходился учеником одного из храмов, сиротой судя по всему. Санджи не был удивлён, ведь манер явно не доставало, а никакая мать не позволила бы своему ребёнку вырасти таким наглецом, который придумывает всем извращённые клички. Зоро бегал за ним постоянно, но в чем именно была цель — загадка. Санджи догадывался, что это — просто издевательства, но Зоро был не так прост. Особенно когда предложил подраться. — Ты в курсе, что я старше тебя? — зажав сигарету меж пальцев, спросил Санджи, хотя не понимал, почему удостаивает вниманием этого ребёнка. — Возраст — не главное! — гордо заявил Зоро, что для ребёнка выглядело скорее самоуверенно, комично. — И ты не сильно старше меня! — А что главное? Ты бы девушку и ударил? — Какая разница — девушка или нет? Тем более… если она сильнее. Санджи впервые тогда увидел Зоро таким — смущённым, прячущим взгляд, будто в обиде на что-то. Не стал спрашивать, но позже всё-таки узнал, что именно тогда, в переулке, Зоро отсиживался после драки с одной девчонкой из того же храма. Санджи поймал себя на мысли, что Зоро тоже может быть милым, как любой обычный ребёнок. И не заметил, как стал узнавать этого ребёнка лучше. С каждым днём, месяцем, проведённым вместе и вплоть до того дня, когда Зоро вновь пришёл в ресторан. — Онигири? — удивился Санджи, внимательно оглядывая официанта на намёк шутки. Это был ресторан, и заказ простых онигири для местных не было обычным делом. Такое просили только бедняки или заезжие из каких-то небольших деревень. Тем более в комплект шло лишь сакэ, что больше смущало. — И я о том же! — подтвердил официант, хлопнув по столу. — Но шеф сказал обслужить. Надеюсь, у этого молокососа есть хоть деньги. — Молокососа? — Санджи не стал зацикливаться на прозвище и отложил заказ, чтобы достать готовый рис. — Неважно, я займусь. Лишь закончив с работой и решив проветриться на балконе, Санджи вновь вспомнил о том заказе, уже отданном полчаса назад. Словно монетку, подбросив зажигалку, он мысленно сделал выбор и взглянул на ладонь. — Не та сторона, — усмехнулся, потушил сигарету об пол, прежде чем вернуться в ресторан. Санджи оглядел столики, наполненные людьми — от скрывающих личность пиратов до дозорных, среди которых особенно узнавалась одна зелёная макушка на дальнем столике. Санджи почуял неладное — быстрее, чем за секунду оказался рядом и выхватил бутылку, прежде чем та коснулась бокала. — Какого черта, шеф?! — возмущался после Санджи на кухне, ухватившись одной рукой за ухо виновника, а в другой держа полупустую бутылку сакэ. — Мужчине всегда можно немного выпить. — Он ребёнок! Да и кто тем более додумался класть ему на столик целую бутылку?! Этот вопрос остался без ответа, а упрямство шефа заставило сдаться. Санджи вернул бутылку и потащил Зоро к балкону, подальше от посетителей и поваров, которым мог помешать. — Хватит! Отпусти! — наконец вырвался Зоро и показал Санджи язык. — Завитушка! Я же сказал, что оплатил, а значит могу пить сколько хочу! — И кто это тебе такое сказал? — Санджи ударяет его кулаком по голове. — Ай-я-я-яй! Прекрати! Я всё равно не опьянел, как видишь! Зоро скрестил руки на груди, обиженно надувшись. Смотря на это, Санджи не понимал, откуда такое наказание и почему ему вообще есть дело до этого мелкого идиота. Но мысль о том, что Зоро дали алкоголь… Санджи требовалось время, чтобы остыть и привести мысли в порядок. — Не пьян, — подтвердил он и взглянул на Зоро, который немного успокоился после того, как правоту признали. — Но мог. Чёрт, стоило догадаться, что что-то не так. Кто вообще заказывает одни онигири с сакэ? Санджи простонал, потянувшись за пачкой сигарет. Зоро, рассматривал недовольное выражение лица и искренне недоумевал, что не так с заказом. Все эти названия в меню были слишком заумны, а онигири он хорошо знал, поэтому и заказал. — Ты вкусно готовишь, — после недолгого молчания произнес Зоро, отворачиваясь, чтобы скрыть смущение. Санджи не поджёг сигарету. Ошеломлённо уставился на Зоро, так и замерев с зажигалкой в руках. Но тот не заметил, рассматривая через приоткрытую дверь балкона столики, наполненные разной и наверняка очень вкусной едой. — Мне очень понравились те онигири, что ты сделал… вот я и заказал, — продолжил Зоро и, вернув свою гордость, вспылив. — И ничего не странный заказ! Санджи отмер, наконец поднеся зажигалку к сигарете. Затянулся и отвёл взгляд от Зоро, подняв его к вечереющему небу. Смена закончена, но в каюту не хотелось. — Я могу готовить тебе что-нибудь иногда. Но даже не смей заикаться о сакэ, — произнес строго Санджи и облокотился на стену ресторана. — Понял? Зоро взглянул на него, пару раз моргнув в неверии, но опустив руки и потёр с усмешкой нос. — Ага! Санджи не представлял, что это лишь начало их долгого пути. И что через лет десять он снова будет так стоять рядом с Зоро, поедающим его еду. — Как всегда вкусно не так ли? — ухмыляется Санджи и садится рядом, чтобы насладиться покоем подальше от остальных, которые совсем разошлись в празднестве. — С сакэ пойдёт, — пожимает плечами Зоро, не отрываясь от трапезы. — Ну, конечно с сакэ всё пойдёт… да нифига! Прекрати всё запивать алкоголем! Санджи по привычке тянет руку, чтобы ударить по голове, но ладонь перехватывают до того, как она достигает макушки. Санджи замирает, с изумлением подмечая, как многое изменилось. Зоро давно не ребёнок, что легко сносил удары, не успевая отклониться и постоянно бегал за ним, как щенок, прося онигири и воруя алкоголь. Зоро взрослый. Не тот избитый ребёнок с палкой, а настоящий мечник с хорошей реакцией и настоящим шрамом на глазу. Так много времени прошло, но Санджи до сих пор иногда забывает. Зоро отпускает его руку, кладя на собственные волосы. Санджи сглатывает, осторожно зарывается пальцами и отмечает, что почти забыл, какие те наощупь. — Не пей много, — почему-то произносит он и отдергивает руку, оставшись сидеть рядом. Зоро не отвечает. Делает глоток из бутылки, допивая, а затем неожиданно хватает Санджи за руку. Тот оборачивается, ощущая как вкус собственной стряпни на губах сменяется сакэ. Санджи прикрывает глаза. Не отстраняется, даёт Зоро закончить и тянется ближе, чтобы коснуться, понять, что это правда. Иначе точно не поверит. Зоро позволяет ему, хватает за руку. Отрывается от губ и кладёт голову на плечо, чувствуя такой знакомый запах, что не сведёт ни одно блюдо приготовленное руками этого глупого кока. — Приготовишь в следующий раз онигири? — просит почти по-детски. И Санджи не может сдержать улыбки. — С сакэ?