Инициатива

- Хочу вдыхать запах твоего тела, чувствовать тебя под собой… Хочу, что бы это длилось бесконечно.

Дверь отворяется и в доме начинает гулять шум дождя, доносящийся с улицы. Блондин врываясь в коридор, быстро снимая с себя ботинки и все ненужные тряпки, при этом закрывая за собой дверь, стремительно делает шаг. Шум прекращается. Становиться слышно сбитое дыхание и отдышку, после тяжёлой пробежки. Волосы сырые, как и вся одежда… как и всё тело. Каян выходит из проёма и с удивлением смотрит на своего парня, который вот-вот, казалось, задохнётся от нехватки воздуха. Прежде чем рыжеволосый хочет пройти к нему, Хасэгава продолжает свои стремительные шаги, направляясь навстречу. Парень резко и нетерпеливо подносит свои ладони к его скулам, прижимая и подтягивая на себя лицо, которое было в ступоре от смущения. Когда холодные и влажные руки дотронулись до кожи, по телу пробежала волна мурашек вперемешку с тестостероном. Руки притянули к себе лицо, делая между парнями несколько миллиметров. Заглядывая друг другу в глаза, они медленно начинали соприкасаться губами. Рэки хватило и секунды, чтобы снова разглядеть в радужке своего парня целый океан, а Ланга же, в свою очередь видел в глазах напротив только сжигающее на своём пути всё живое - пламя, вперемешку с карамельным мёдом. Грубее. Темп нарастает и вот Хасегава уже не просто нежно целует и покусывает губы партнёра, а страстно и жёстко начинает "поедать" плоть, своими горячими и местами грубыми поцелуями. Настойчивость шла с обеих сторон, гладить друг-друга, прижимать за затылок ближе, хватать за волосы и медленно оттягивать, пока не издастся характерный стон. Параллельно со всем этим ласканием, одежда падала на пол, оставаясь в темноте лишь тёмной невзрачной кучкой. Каян не отстаёт и целует блондина так же страстно, параллельно снимая одежду не с себя, а с партнёра. Так жарко целуя и выдыхая лёгкие стоны, он раздевает Хасэгаву до белья. Лёгкий толчок в грудь, и вот Хасэгава уже летит к дивану. Каян победно восседает сверху, смотря вниз взглядом который был полон возбуждения. Он точно так же припадает к губам снизу лежащего человека. Руки бродят по телу Каяна как голодные псы, ищущие добычу, и тем самым вызывая мурашки по всему телу. Руки Ланги всё ещё прохладные, а оголённые бёдра Рэки казались костром о который можно погреться. Поцелуи. Много поцелуев. Таких жадных и требовательных отнюдь не было очень долго. Казалось, что все звуки издаваемые в порыве страсти разливались по комнате, отбиваясь от стен и растворяясь в тишине. Дома никого больше нет, только звук дождя капающего на крышу не давал одиночеству поглотить себя, а фонарный свет, попадающий из окна освещал часть комнаты. Шероховатые и узорчатые стены, диван который на свету,казалось, был покрыт бархатной обивкой и два слегка освещённых силуэта. "Горничная" робко и легонько валит Хасэгаву на мягкую спинку, продолжая всё так же нежно дарить свои поцелуи, что получатель без всякого отторжения жадно принимал. Ноги Каяна раздвинуты широко и трутся бёдрами о выпирающий бугорок, дразня и требуя продолжения. Вдруг все движения прекращаются, рыжеволосый кладёт голову на плечо и обнимает своего парня. Блондин странно себя чувствует, безумно хочет прикасаться снова и снова, но не хочет быть слишком настойчивым, не хочет делать больно и пугать партнёра своими податливыми действиями. Он кладёт свою длинную кисть руки на затылок Каяну и приглаживая, параллельно перебирая огненные волосы он целует его в макушку. Другая рука бродит по ногам, поднимаясь выше к бёдрам и опускаясь обратно, задевая край чулков. - Посмотри на меня. - Ланга произносит это с мягким тоном, который заставляет тут же послушать и исполнить просьбу. Как только уткнувшаяся голова отрывается от плеча, глаза переводятся на лицо. Мягкая улыбка и спокойный умиротворённый взгляд, смотрящий с безумной искренностью в глаза напротив. Их хрусталики на свету словно бусины в которых плещется море. Такие блестящие и стеклянные, как будто два сапфира уставились на тебя в темноте, изредка поблёскивая. Глаза в глаза, оба сосредоточены и счастливы. Руки быстро переходят на резинку трусов, которые Каян так старательно и долго напяливал на себя. Большой палец оттягивает ткань и проводит вдоль, дразня этими прикосновениями обоих. - Позволь мне потеряться в тебе. - говорит Хасэгава, а взгляд его как будто смотрит сквозь тело сидящее на нём, как будто затуманен, как будто он уже всё до единой мелочи продумал в голове и вот-вот исполнит свой план в реалии. - Разрешаю… я разрешаю тебе. - с улыбкой ответил Каян. Ланга не мог пропустить эти слова мимо ушей, слова - которые доходили до самого сердца. Именно поэтому незамедлительно положил руку на затылок и притянул голову Рэки ближе, что бы их губы соприкоснулись снова. Жадные выдохи, требующие большего, стоны сквозь губы. Всё это под звук дождя за окном и тишины в доме - было прекрасно. Пальцы сжимают кожу снова и снова, оставляя после себя покраснения. Чувство страсти и желание большего доводило до края потребностей. «Я чувствую как быстро бьётся его сердце, я чувствую с каким желанием он хочет отдаться своим действиям, и как проверяет в своей голове каждый ход, что бы вдруг не ошибиться и не выглядеть глупо в моих глазах. Дурак» - мысли Каяна крутились в голове и особо не напрягали, чего не сказать о Хасэгаве. По нему видно, что он погряз на несколько минут во всей этой похоти, держась из последних сил, чтобы не поддаться разврату, который его парень так внезапно устроил. А ведь никто и подумать не мог бы, что этот парень может быть таким чувственным. В классе он со всеми обычно холодный и молчаливый, а ведь один только Рэки знает какой он, когда раскрепостится. - Не волнуйся, я сегодня сам хочу всё сделать. - слова рыжеволосого звучали не на редкость нежно. Он стал моститься своим тазом на выпирающем бугорке ещё больше, а руки его потянулись вниз к резинке штанов партнёра. Штаны вместе с бельём летят в сторону и блондин остаётся в одной только футболке. Войдя во вкус, Хасэгава уже более уверенными движениями стаскивает через голову футболку. С лица Ланги не спадает мягкая улыбка. Он выглядит таким счастливым и умиротворённым, хоть глаз выколи, Рэки приятно и одновременно трудно смотреть на это выражение лица. «Чертовски милый» - думают они вдвоём друг на друга. С Каяна стягивают сетчатое бельё, которое порядком поднадоело. Руки выводят узоры на спине и ногах. Поцелуи смело прилетали в шею, да на все оголённые места которые только можно было найти, везде где только виднелась кожа, сразу прикасались тёплые губы, в особенности вылизывая и покусывая ключицу. Хасэгава падок на такое, и Каян прекрасно это знает. Блондин выдыхая прерывает действия и произносит: - Я там презервативы на полке выложил… возьми оттуда две штуки. Рэки поворачивает голову в сторону полки, вздыхает от некой печали потому что его прервали, и вставая с дивана и подходя к полке ворчливо бормочем: - Не мог сразу их на диван положить? Хасэгава успел поменять свою позу за то время пока Каян нервно пытался открыть коробочку в полумраке. Ланга сел на край дивана и опустил стопы на прохладный пол, подперев ладонью руку и смотря на жалкие попытки парня он улыбался ещё шире. Губы растянулись в мягкой улыбке. - Пхах. - выдался смешок со стороны Хасэгавы. - Это ты над чем там смеёшься? - держа в руках пачку, повернув голову на Хасэгаву и состроив недовольное надутое лицо ответил Каян. - Просто тебе идёт платье. Ты выглядишь миленько. - опять посмеялся блондин и прикрыл глаза. «Миленько?! Я ему устрою миленько!» - мысленно кричал Рэки. Каян наконец открыл упаковку и повернувшись на Хасэгаву, посмотрел на его лицо. Улыбка… нет, это была наглая ухмылка которая сопровождалась пронзающим взглядом, который будто-бы манил, заставлял подойти ближе. Рыжик берёт две штуки и медленно подходит к дивану, отвечая парню той же нахальной ухмылкой. Взгляд меняется и вот Ланге уже не по себе от выражения лица Рэки. По нему видно что он что то задумал, блондин чувствовал это всеми своими… местами. Каян подходит уже вплотную, медленно опуская колени на пол. Теперь свысока смотрит уже не он, как пару минут назад, а его парень. Оба знают к чему всё ведёт. - Говоришь, миленько… - тихо произносит Рэки, раздвигая колени, а вместе с ними и ноги парня. «Ну же, давай.» - мысленно повторяет Хасэгава и прикладывает свою ладонь к лицу снизу. Он обхватывает стояк и проводит вверх рукой. Ланга прикусывает губу и раздвигает ноги шире. Каян наращивает темп, проводя по всей длине члена и поднимает глаза наверх, чтобы посмотреть на лицо полного искушения, что располагалось выше. «Видок красивый» - подумал Каян и улыбнулся. Жаль только этого не видел Хасэгава. Он прикрывал веки, чтобы не было видно, как закатываются от удовольствия его глаза, параллельно сводя брови ближе к переносицы и сдерживая стоны, которые превращались в сладостное для обоих мычание. Рэки решил долго не тянуть и прикоснулся своим горячим языком до возбуждённой плоти, обхватывая и лаская, проводя по всей длине, снизу и наверх, останавливаясь и посасывая головку. Слушая не сдержавшиеся стоны сидящего блондина он начинал наращивать темп. Помогая себе рукой и доходя почти до основания, он поднимал свой взгляд наверх, следя за поведением партнёра. Ему хочется, что бы Хасэгава смотрел на него, а лучше прямо в глаза, что бы разделить с ним его похоть. Чувствуя, что все может совсем скоро закончится, рыжий делает паузу и отстраняется от горящей плоти, не давая блондину излиться. - Нет, тебе ещё рано кончать, - Каян встаёт с колен и смотря на недоумевающее лицо напротив. - сегодня я сам постараюсь всё сделать. После этих слов, он откинул парня на диван, а сам сел сверху, мостясь и целуя каждый сантиметр его тела. Проходя от живота, и до самых кончиков ушей, до впадины между ключиц и до сладостных губ, которые, казалось, пленили его вечно. Открывая зубами презерватив, и натягивая его на член снизу, Хасэгава сразу чувствует как его начинают ласкать. Каян извивается, дразнит, играет, может даже испытывает своего парня на прочность, в любом случае член блондина трётся меж чужих бёдер, точно от прихоти рыжей бестии. Ланге трудно терпеть, лицо залито пунцовым цветом, губы горят, а вместе с ними и всё тело. Каян вышивается и наклоняясь впритык к уху шепчет: - Хочешь вставить?… Мурашки пробегают по коже волной, охватывая всё тело каким-то секундным оцепенением. Ооо… Ланга порядком возбуждён, да ещё как, он не станет терпеть таких выходок, поэтому как только Рэки отводит свою голову от уха и ехидничая смотрит на своего парня. Проходит секунды две и вот Каян улетает в плечо перед собой. Толчок. Грубый и резкий, настолько сильный, что рыжий лежал уткнувшись носом в плечо, тихо постанывая. - Ты же прекрасно знаешь… - Ланга делает ещё один толчок. Каян прогибается сильнее и так же сильно начинают вылетать стоны и вздохи из его уст. Блондин запускает свои пальцы в волосы парня уткнувшегося в плечо, продолжая делать резкие и вбивающиеся толчки. - что лучше не испытывать моё терпение… Действия длятся на протяжении минут трёх, после чего Каян откидывается назад и насаживается на член до упора. Хасэгаве даже нравится, что несмотря на всё своё пассивное положение рыжеволосый пытается хоть чуть-чуть взять на себя инициативу. Шлепок, и ещё один. Ланга помогает ему, насаживая на себя, держа руки на талик парня, а Рэки постанывает с каждым таким шлепком и смотрит куда то вдаль, затуманенным взглядом. Фонарный свет отсвечивался в глазах, было видно красивые переливы и блики. Можно было бы смотреть вечно, но сейчас оба заняты другими, куда посерьёзней, делами. Рука Каяна уже под подолом юбки, начинала удовлетворять себя же. Слишком много чувств, всё перемешалось, дышать трудно, а тело горит так, как будто его кипятят в огромном котле. Обычно, в таком варятся грешники в аду, если он вообще существует. Что ж, значит они с Хасэгавой определённо попадут в ад после всех их похотливых похождений. Но кого это волновало вообще? Правильно - никого. Тихая комната заполнялась тяжкими вздохами и громкими стонами. - Я сейчас… Агх… пожалуйста… - Рыжеволосый впившись своими коготками в спину, простанывая на выдохе, царапал спину и оставлял яркие красные полосы. - Ланга, я… я хочу сильнее… пожалуйста. И Ланга послушно вдалбливал Рэки в матрас. Хасэгава обожал эту черту в своём парне. Такой откровенный, милый и… громкий? Да, пожалуй, ему нравилось абсолютно всё. Оба просто продолжения обмениваться теплом и поцелуями Прикосновения губ продолжаются. Каян излился на живот, а его партнёр продолжал вдалбливаться несмотря на то, что кончилось уже несколько раз подряд. Позы менялись, а вместе с ними и в окружении становилось жарко. Казалось, оба сейчас расплавятся. Хотелось продолжать вечно. Сколько раз они это сделали? Много, но это не останавливало обоих. Как бы Каяну не хотелось, полностью взять инициативу и контроль над всей ситуацией, у него получалось с каждым разом всё хуже. Оба на пределе изливаются в последний раз, смотря друг другу в стеклянные глаза. «Как будто всматриваюсь в кусочек лавы» - думает Ланга и улыбается. «Хочу смотреть на зиму в его глазах вечно» - подумал Рэки, как будто мысленно прочитав о чем думает его партнёр. Блондин валится вниз на грудь, поворачивая голову в сторону, берёт руку Каяна и целует. - Ты не хочешь есть? - спрашивает Хасэгава, смотря удовлетворённым взглядом. - Хочу - ответил Каян, лёжа на спине, переводя взгляд с потолка на чужие глаза. Дождь всё ещё капал, пока оба одевались сверкнула даже молния. На кухне чай в кружках давно остыл и стал холодным от ожидания. Торт был успешно поставлен на стол и разрезан на несколько отдельных кусочков. Чай разлит по новой в кружки. Теперь всё проходит более спокойно, оба пьют чай и едят тортик, поддерживая всё разговорами. Пока Каян что-то увлечённо рассказывает, Ланга смотри на торт, потом на Рэки, потом опять на торт. Его палец потянулся к кусочку крема на торте, а после удачного на себя сбора сладкой массы, отправился в рот напротив. Повисла тишина. Рыжеволосый на секунды четыре был в ступоре смотря на парня, после чего начал краснеть и отводить взгляд вниз с пальцем во рту. Ланга усмехнулся и поцеловал в уголок губ смущённого парня. - Не делай так больше…- бормочет Каян, краснея, отводя взгляд и ёрзая по стулу. - А то что? - Хасэгава уже убрал палец, а в ответ показал лишь ухмылку. - А то… а то я больше не буду одевать это платье. И… и вообще не буду вести себя в роли инициатора. Каян дул свои щёки. Ланга же сначала смутился, потом усмехнулся и сказал: - хорошо, больше не буду. Тут же все манипуляции с пальцем повторились. «Я соврал» - в тот же момент подумал про себя Ланга. Сегодня ночью чай в кружках опять остынет.