'мы тоже-люди'

предисловие. чонгук-бисексуал. тэхен-гей. чонгук-не однолюб. тэхен-однолюб. — тэхен, ты спятил? — он не кричит. внешне не видно, что он зол, но это только со стороны. тэхен знает, когда чон зол. и это не самое приятное зрелище. — нет. — твёрдо ответил парень. несколько минутами ранее тэхен предложил чонгуку обзавестись девушкой для содержания жозефины. он очень любит эту девочку и сделает для неё все, что посчитает нужным. — тэхен, это уже слишком. — вены на лбу молодого человека посинели. брови нахмурены. нос приподнят. губы сжаты. руки в кулаках. тело напряжено. — ни в коем случае. я даю тебе время до завтра. сегодня я посплю в гостиной. — он развернулся и.. ушёл. — ах! — за дверью спальни послышался грохот. и вновь фарфор. — тэхен. — молодой человек шёл по коридору комнат второго этажа, как вдруг услышал голос дочери. он остановился. повернул голову в сторону откуда доносился голос, зацепив взглядом девочку. — да, милая? — он хотел было улыбнуться, но подумал, что ей это не надо, поэтому продолжил спокойно стоять на месте, глядя на дитя. девочка стояла в проходе своей комнате. она была.. напугана? во всяком случае мялась, стоя на месте. ей было.. стыдно смотреть в глаза тэхена? шатен не выдержал. точнее его сердце. он направился к малышке. сел перед ней на корточки. — что такое, дорогая? — он заглядывал в её глаза. он хотел смотреть в них долго. говорить приятные вещи. слова любви своей дочурке. но уважает её выбор. только это сложно. очень. — поделишься со мной, что тебя тревожит? — через взгляд, тэхен пытался передать девочке чувство спокойствия. чтобы она не переживала и чувствовала себя комфортно. — да. — немного помявшись, жозефина сказала. — вы с чонгуком ссорились из-за меня? верно? — взгляд был полон стыда и испуга. боже, что за дитя? тэхен помолчал с минуту, отведя взгляд. после, дал ответ. — нет, малыш. все хорошо. иди готовиться ко сну. я принесу тебе тёплого молока. — улыбка, которую ким еле из себя выдавил. — иди, я подойду. девочка кивнула, в то время, как 'отец' проводил дочь взглядом, сняв улыбку с лица, шатен грустно посмотрел в комнату. красивая бело-розовая мебель. новая. нежная. эстетичная. не передать словами какая. он хотел девочку. хотел обустроить для неё комнату вместе со своим мужем-любимым человеком. но нет. он представлял, как будет помогать дочери с уроками, давать советы, приносить молоко перед сном. как будет иногда засыпать с девочкой за разговорами о жизни, мальчиках или девочках. как будет помогать готовиться к свиданию, а вечером ждать с новостями, мол 'ну как все прошло?', в то время, как на кровати стоит поднос с двумя чашками ромашкового чая и имбирными печеньями. грусть. вот, что было во взгляде тэхена. он еле отвёл глаза от комнаты, спускаясь в кухню. — да, что он вообще делает, черт его возьми?! — чонгук готов был смести все в этом доме, лишь бы выплеснуть куда-нибудь весь свой гнев, но понимал, что это не выход из ситуации. он ходил по комнате, громко дыша. пытался успокоиться и привести дыхание в норму. — я должен с ним поговорить. — взгляд направлен на окно, что выходило в сад. — какая к черту женщина? я должен с ней жить только из-за желания жозефины иметь 'маму' и 'папу'? да, что за бред! тэхен и правда спятил. — чонгук опустил голову, прикрыв глаза и выдохнул. — о, боже. — сел на кровать, ссутулив спину, ниже опустив голову. — что мне делать? у кого спросить? кто даст мне правильный ответ, чтобы я потом не жалел о своём решении? — чонгук не знал, кому все это говорит, но так ему становилось немного легче. он успокаивался, пытался принять верное, разумное решение. правда, такого серьёзного решения в его жизни никогда не было. тэхен достал бутылку молока из холодильника. держа ее в руке, он направился за стеклянным стаканом. открыв дверцу шкафа шоколадного цвета, парень встал на носочки, т.к. рост не позволял. — что ты делаешь? — тэхен резко поворачивает голову. в проходе стоит чонгук, оперевшись о косяк двери. он удобно расположился. голова чуть наклонена влево, руки в карманах чёрных брюк, правая нога стоит впереди левой, фиксируя позу носочком о кафельный пол. взгляд серьёзен. брови расслаблены. губы тоже. только взгляд. он передавал все, о чем думал чонгук, но не то, что было в его душе. так лучше. тэхен не будет сильнее страдать. — хочу принести молоко жозефине. — ким отвернулся. теперь чонгук видит только накаченную спину возлюбленного. белая рубашка очень сочеталась со внешностью тэхена. она делала его мягче. милее. со светло розовыми брюками, она хорошо смотрелась. тэхен наливает молоко в стакан. — я хочу раствориться в тебе. — чонгук шепчет любимому на ухо, прижимаясь всем телом к спине тэхена, обвивая своими руками его талию. он прикрыл глаза. приложился правой частью лица к затылку шатена. тишина, лишь только тихое дыхание чонгука слышно во всей кухне. — я не хочу расставаться с тобой, тэхен. я уверен, мы сможем найти другой выход. я.. — тэхен повернулся лицом к брюнету. — чонгук, я принял решение. так будет лучше. для тебя и для жозефины. — он отстранился от любимого, направляясь со стаканом в комнату девочки. — блять! — чонгук со всей силы ударил кулаком о столешницу. удар был настолько сильный, что рука со временем посинела. — милая, я могу войти? — тэхен ближе подошёл к двери, переведя взгляд куда-то в потолок, ожидая ответа. — да! — парень улыбнулся и открыв дверь, вошёл внутрь. этого он хотел. заветное 'да', радостная дочь, тёплое молоко, счастливые родители. — твоё молоко. допей и я унесу стакан. — он смиренно встал у прикроватной тумбы, в ожидании допитого молока. — спасибо. — девочка улыбнулась и отдала стакан отцу. — сладких снов. — тэхен, улыбаясь, забрал стакан из рук жозефины. он очень хотел погладить ее по голове, поцеловать в макушку, накрыть одеялом и выключить свет в ее комнате. но остановился. она сама пригладила волосы на макушке, выключила ночник и укрывшись, легла спать. — спасибо, что даёшь мне время побыть с ней. так я чувствую себя отцом. так я чувствую себя счастливее. — обращение к богу, в которого тэхен временами верил. он ещё раз окинул взглядом комнату девочки и скрылся за дверью, мыслено желая ей спокойной ночи.