Мандарины

      Сана поздно возвращается с работы в этом месяце. Декабрь. Дети пытаются исправить оценки, а учителя не сойти с ума. Ведь, все хотят 'пять', а ты попробуй объясни, больше, конечно, наглым мамашам, что с балом 3,39 эта пресловутая 'пять' не выйдет. Но ты всё равно стараешься, даёшь детям изищные лабораторки, потом проверяешь их до поздна. Это, конечно, не эссе на шесть страниц, но время занимает. Особенно если ты молодой "полный энергии и энтузиазма" учитель. Ага, как же. Я бы, наверно, и 'молодой' в кавычки убрала. Тебя и без классного руководства выжимают, как лимон. Электронку заполни и за себя и за какую-нибудь Лилию Гавриловну, которой уже под сотню и давно пора на пенсию, но 'ты должна уважать стаж и возраст', 'она многому тебя научит'. Ага, как же. Продлёнку с 1 классом проведи. И всем плевать, что ты в общем-то учитель биологии старших классов, что у тебя ещё свои стопки тетрадей не проверены, и ты не клоун и не обязана развлекать этих мелких и вечно орущих. Но ты же молодая, тебе же не сложно. Сложно. Очень сложно. Потому ты и идёшь домой в пол одинацатого, в надежде лишь завалиться на кровать и уснуть, смотря на мерцание гирлянды. Ты очень сильно любишь Новый год. Всю эту красоту, снег, украшения. Но больше всего ты любишь мандарины. Эти маленькие оранжевые фрукты приводят тебя в восторг.       — Чёрт! Они же кончились. Вчера я доела последние штуки... наверное, их было восемь. Ну максимум десять. Надо купить.       И ты, прибавив шагу и тараня сугробы, пошла к любимому магазину. Скоро ты будешь счастлива, главное не опоздать. Потому ты не замечаешь парня, подходящего к двери, и сталкиваешься с ним.       —Ох, простите.       —Да, ничего страшного. Это я виноват.       И вы стоите, он смотрит на тебя разглядывает, а ты думаешь, что зря напялила шапку. С помпоном. И ты немного краснеешь, смотря на снег под своими ногами. Он грязный, коричневый. Портит всё: и красоту зимы, и твоё настроение.       —Проходите       —А?       —Девушки вперёд       Он улыбается мило и щурит глаза-полумесяцы, придерживая открытую дверь. Ты тушуешься сильнее и проходишь к прилавку. Он красивый. Волосы белые, как снег, и улыбка тёплая. А ты красная с мороза.       —Здравствуйте. Мандарины есть?       —Здравствуйте. Да, конечно, вам сколько?       —Килограмм пять       —Ох, у нас последние четыре кило осталось. Людей много, всё же Новый год через несколько дней.       —Давайте все.       Ты дергаешься от прикосновения к плечу и поворачиваешься. Это тот парень.       —Девушка, но я тоже хотел купить их. Не могли бы вы оставить мне хотя бы килограмм?       Ты смотришь на него и думаешь. Все же некрасиво будет оставить человека, культурно попросившего об одолжении, ни с чем. Но и тебе даже четырёх кило будет мало, не говоря о меньшем. Совесть и любовь к мандаринам сражались в твоей голове недолго, и, как в сказках, победила любовь.       — Простите, но нет.       — Но...       — Сорри нот сорри       И ты отвернулась, оплатила фрукты и быстро пошла на улицу(читать-побежала). Ох, ты так не можешь. Ты же культурная. Билет на электричку покупаешь и людям места уступаешь. Но так хотелось напакостить. И ты не удержалась. Детство в жопе, как говорится. Тебя быстро догоняют около второго фонаря от магазина. Потому что скользко, так бы он не успел. Ну и тяжело, потому что пару докладов про кольчатых червей и стопку тетрадей восьмого класса пришлось взять с собой. Ты пытаешься быстро придумать, что делать. Но, посмотрев на него, не сдерживаешься и смеёшся. А парень, и так шокированный выходкой в магазине, теперь вообще не знает, как быть. А ты, отсмеявшись, всовываешь свои пакет ему в руки и улыбаешься. Ярко и по-детски.       —Сана       —Юнги       А тёплые у него только улыбка и взгляд. Из снежной шевелюры вечно выглядывают красные кончики ушей и холодные руки прячутся в карманы. Но он греет. Улыбкой, таких же как у тебя, вечно обветренных губ.