Вторые и Третьи

На следующее утро Праул проснулся со стоном. Несмотря на тупую боль в горле, он улыбнулся, услышав свой голос, хоть и очень хриплый; он явно шёл на поправку. Джаз уже бодрствовал, излучая радость рядом с ним на платформе. Он смотрел на него так, будто хотел сказать что-то этакое, что ещё не успел сказать за весь прошлый год участия в играх. — Идиот, — он решил первым нарушить тишину. Джаз звонко засмеялся и повис у него на шее в крепком объятии. После того, как Рэтчет выписал Праула из мед-палатки, наградив напоследок хмурым взглядом, они решили пойти прогуляться. В автоботских рядах царило напряжение. Боты сновали туда-сюда, неуверенно переговариваясь друг с другом на тему дальнейших событий. Скоро ли десептиконы возьмутся за оружие? Что их ждало впереди? Слишком много вопросов без ответов, отчего всем было крайне не по себе. Очень многие соратники подходили к ним, чтобы обнять, похлопать по спине, или поинтересоваться об их самочувствии. Оба старались отвечать с улыбками на фейсплейтах, дабы те не усомнились в их хорошем здоровье. Однако, Праул не мог не заметить, как скованно вёл себя Джаз; это вновь доказывало обоим, что им потребуется немало времени, чтобы им не нужно было притворяться о хорошем самочувствии. Когда кто-то подбегал к ним, он вздрагивал; улыбка была натянутой; смех неестественным, что на Джаза крайне не было похоже. Праул догадывался, что выглядел не лучше. — Как думаешь, Мегатрон объявит войну до или после того, как мы покинем планету? — спросил его мнения Праул, как только они остались наедине. На что Джаз пожал плечами. — Ты так уверен в том, что он так поступит? — Конечно; почему нет? Его сикер с телепатом теперь у него, и мы находимся на его планете. Мы — лёгкая добыча. Джаз задумался. — Хм-м. Может быть. — Джаз, — хрипло позвал его Праул. — Это самое логичное заключение. — И когда это Мегатроном и его решениями двигала логика? — с улыбкой ответил Джаз. Он обернул серво вокруг шеи Праула и притянул к себе. Лицевые пластины того нагрелись, но он не отстранился. — Ведороголовый относится к категории меха, жаждущих мести, ты так не думаешь? Праул покачал шлемом. — Ты просто оптимист. Это мило, но не практично. Джаз в ответ лишь ухмыльнулся. — Я покажу тебе практичного… — ПРАУЛ! ДЖАЗ! — это с громким визгом нёсся в их сторону Бамблби. Джаз недовольно промычал, когда их с Праулом момент был нарушен. — Насколько было проще быть наедине в компании Старскрима и Саундвейва по сравнению со своими же ребятами? — шепнул он партнёру. Праул улыбнулся и тепло поприветствовал Бамблби.

***

— Старскрим, я привёл их, — тихо позвал сикера Хук. Тот вёл себя так, будто боялся спугнуть кибер-лису. Все с ним нянчились так, будто у него крыша поедет в любую секунду, и его это крайне бесило. Хотя… с другой стороны он втайне был этому рад. Тандеркрэкер явно заранее проинформировал Скайварпа, достучавшись до него с просьбой вести себя спокойно. ТиСи зашёл первым, хвостиком увязался Скайварп с опущенными к полу крыльями; Старскрим ещё никогда не видел своего сотриадника в таком жалобном состоянии. Ему даже кольнуло искру. — Спасибо, Хук, — прохрипел Старскрим. Медик кивнул и скрылся из виду, оставив триаду наедине. Сотриадники просто стояли и осторожно на него поглядывали. Старскрим провентилировал и скрестил сервоприводы на кокпите. — Что вы слышали? — он решил спросить. — Ничего, что имело бы хоть какой-нибудь смысл, — ответил Тандеркрэкер. — Они хотели… от тебя спарклингов? Старскрим замер и склонил шлем вбок. — В первую очередь, они искали развлечения за наш счёт. Портить нам актив для них, видимо, было любимым времяпровождением. А потом да, похоже, они хотели себе… сикерлетов. Не знаю почему, и знать не хочу. ТиСи кивнул, будто бы понял мотивы квинтессонов в их же представлении. Он выжидающе глянул на Скайварпа. — …Ты… в порядке? — едва слышно поинтересовался фиолетовый сикер. Старскрим аж побледнел; такой… сентиментальности он не ожидал. Он мягко посмотрел в ответ. — Не думаю. Но я поправлюсь. Скайварп помрачнел и прикусил внутреннюю сторону щеки. — Они хотели… связать тебя с другими сикерами? Сделать из вас триаду? — Чтобы создать спарклингов, — без запинки ответил Старскрим. И сам удивился тому, как легко сорвались эти слова с его глоссы. Мегатрон был не прав, он справится с допросом… Тандеркрэкер накрыл сервоприводом красное плечо. Его трясло. Старскрим выругался. Казалось, будто его разум и корпус работали врознь. Его эмоции можно было читать, словно открытую книгу, и это осознание оседало чувством уязвимости. Однако, он не дёрнулся от прикосновения Тандеркрэкера. Не отвечая за свои действия, он подался навстречу и примкнул к сотриаднику, увлекая за собой на платформу и сжимая в отчаянных объятиях. Он с немой мольбой в оптике посмотрел на Скайварпа, который охотно присоединился к групповым объятиям. — Простите меня, — смиренно всхлипнул Старскрим. — Какое-то время со мной будет неловко. Скайварп коротко засмеялся; он мог поклясться, что тот шмыгнул воздухоборниками. — Да с тобой всегда неловко, так что фактически всё в норме. ТиСи начал поглаживать его по шлему. — Он имеет в виду, что тебе не стоит извиняться. Если что-то нужно, то мы рядом.

***

— И вот пытаемся мы, значит, найти вражескую эмблему. Праул с Саундвейвом остались охранять нашу, пока мы со Старскримом отправились на поиски другой… — Подожди, это ваша первая совместная игра? — Блюстрик, дай меху закончить, — проворчал Айронхайд. Блюстрик промямлил извинения и поднял серво вверх, вжимая шлем в плечи. Большая толпа автоботов собрались вокруг Джаза и Праула, пока те рассказывали историю. Поодаль, в зоне слышимости, собралось несколько десептиконов. — Да, первая игра. Звучит гудок, и Скример чуть не лопается от смеха, вступая в бой с другими меха… — Вступая в бой с мечом, — хрипло его поправили. Шлемы автоботов разом повернулись в сторону нового зрителя. Старскрим стоял в стороне, нервно дёрнув крыльями под пристальными взглядами. — Почему это так важно? — спросил Джаз. — Рассказывай всё, или не рассказывай вообще. Меч был классным. — Ладно; у Старскрима был меч, и выглядел он классно, а потом тот меха прижал его к земле с топорами у горла. И я говорю: «Хей, Скример, не думал, что ты опустишься до перепихона на земле,» — вокруг засмеялись над ситуацией, в которой оказался Старскрим, на что тот лишь усмехнулся. — И тут Старскрим впадает в бешенство, отталкивает его от себя, достаёт бластер и начинает стрелять в парня. А потом он мне отвечает: «Я ему не по карману,» — и вот тут все взорвались дружным смехом. Казалось, это помогло Старскриму немного расслабиться. Пока Джаз продолжал свой рассказ, к толпе присоединились Саундвейв с кассетами, Тандеркрэкер, Скайварп и Мегатрон. Старскрим их заметил, но остался стоять в одиночестве. — И тут, моя любимая часть, — рассказывал Джаз, широченно улыбаясь. — Старскрим прыгает вверх, трансформируется и с рёвом турбин исчезает в небе. Один из них смотрит на другого и говорит: «Он что… Трансформировался?» Кибертронцы повалились от смеха. Джаз, хлопая себя по бедру, смеясь, продолжал: — А другой такой: «Они зовутся трансформерами, идиот! Иди разберись с другим!» И тут я ему влепил. Айронхайд пытался стереть выступивший с оптики омыватель. Блюстрик с Бамблби валялись на полу в приступе смеха. Тандеркрэкер со Скайварпом весело смеялись. Даже Мегатрон усмехнулся. — Звучит не так уж и плохо. Улыбку Джаза сковало льдом. Он всматривался в толпу в поисках того кретина, кто выдал такую ересь. Не найдя источника комментария, он так или иначе решил на него ответить. — Это был худший опыт в моей жизни, — ровно сказал диверсант. — Юмор помогает мне справиться. Многие меха неловко переглянулись, и он был тому рад. Он мог чувствовать на себе осуждающий взгляд Праула, и лишь один взгляд в сторону Саундвейва говорил о том, что хотя бы он был ему благодарен. — В какие игры вам ещё пришлось играть? — спросил Блюстрик. Джаз заставил себя расслабиться. — Была эстафета, интервью, гала, игра на выживание и турнир. Мало приятного. Скримеру вообще пришлось отсечь себе кисть во время эстафеты. На интервью они пытались нас рассорить. Гала… — Джазу пришлось оборвать себя на полуслове, его переполняла злость. Много много злости. Праул подхватил партнёра: — Гала тоже была малоприятной. А в игре на выживание мы находились целый год, во время которого было много битв и очень мало энергона. Турнир принёс много боли. Саундвейву пришлось драться с некоторыми из его созданий… — Предположительно, — поправил его монотонный голос. — Да, предположительно, — поправил себя Праул. — Меня поставили против двух праксийцев, а Старскрим… — он остановил себя на полуслове. Старскрим поймал его взгляд и слабо улыбнулся. — Старскрим дрался с сикерами, а Джазу пришлось идти против своих же клонов. Джаз ослепительно улыбнулся. — Они не ожидали, что я без проблем готов был разорвать себя в клочья, — сказал он. Кто-то неуверенно засмеялся, но большинство автоботов встревоженно переглянулись. — Чего им было от вас нужно? — спросил Мираж, смотря Джазу в оптику. — Почему они вас забрали? — Развлечение, — ответил Саундвейв. — Товар, — огласил Старскрим и обменялся знающим взглядом со связистом. — Расплата, — добавил Праул. — Да потому что шлаково могут. И мы никак не можем им в этом помешать, — закончил Джаз. Над собравшимися автоботами и десептиконами установилась тишина.

***

Праул обнаружил Старскрима с Саундвейвом часом позже; те сидели снаружи мед-палаты, между ними царила тишина. Его всю дорогу преследовали недружелюбные взгляды, так как в данный момент он находился в «десептиконской» части временного лагеря. Значит, совсем скоро мир начнёт рушиться, думал Праул. — Здравствуй, Праул, — обратился к нему Саундвейв. — Факт: нам не хватало твоего голоса. Праул улыбнулся. Он сел рядом со Старскримом на остатки какого-то оборудования. — Присмотрели вы, конечно, за Кибертроном в нашем отсутствии. Старскрим фыркнул. — Я точно также, как и ты, проспал всё это время. Все претензии к Шоквейву. Праул усмехнулся. — Говоря о Шоквейве; вас сегодня уже допросили? — Ответ: Саундвейв идёт через час. Старскрим лишь нахмурился. — По-видимому, я… не в состоянии. Праул повернул шлем и удивлённо взглянул на Старскрима. Тот вёл себя скованно и взволнованно; его крылья время от времени подрагивали, а взгляд оптики был устремлён в пол. — Думаю, это к лучшему, — мягко прокомментировал Праул. — Нет никакой спешки. Старскрим скривил губы в усмешке. — Да, никакой, если мы не собираемся друг в друга стрелять с утра пораньше. Праул помрачнел. — Уверен, что не прям таки… завтра. Крылья за спиной Старскрима опустились в пол. Завидев беспокойство Старскрима, Праул поймал себя на мысли, что к этим двум десептиконам у него до сих пор лежала искра. Сидеть вот так рядом с ними и разговаривать казалось естественным стечением дел, даже сейчас. Однако, он был не уверен в том, что чувства были взаимными. — Зачем ты сюда пришёл? — хрипло задал вопрос Старскрим, глядя на него суженной оптикой. Праул устало провентилировал. Что ж, он задал вопрос. — Думаю, я пришёл попрощаться. — Собираешься куда-то? — спросил Саундвейв, сверкнув визором. — Не уверен, дадут ли нам шанс вновь вот так пообщаться, — Праул обвёл оптикой десептиконских солдат, смотревших на него с подозрением. Те искали любой реакции на происходящее от двух высокопоставленных офицеров, которым не было дела до многозначительных взглядов и обозлённых лицевых пластин. — Выйду ли я за рамки допущенного если спрошу, что планирует делать Мегатрон? Старскрим сдвинул надлинзовые щитки. — Не могу винить тебя за твою дерзость, но ты же знаешь, мы не можем ответить на этот вопрос. Даже если бы мы знали. Саундвейв склонил шлем. — Вопрос: ты бы предал огласке планы автоботов? Праул провентилировал. — Я знаю, что Оптимус хочет мира. — Ты здесь по официальному поручению? — Старскрим наградил его проницательным взглядом. — Нет. Я пришёл по своей воле. Старскрим молча смотрел на него в ответ. Праулу показалось, что сикера, которого он знал, уже нет; та шаткая дружба, что они построили во время игр, была утеряна. Он всё больше напоминал прежнего Старскрима — недоверчивого, остроумного и жестокого. А затем он мягко улыбнулся, и Праул догадался, что всё это было лишь фарсом. — Как по мне, Мегатрон странно себя ведёт, но вряд ли это значит, что он что-то планирует, — высказал своё мнение Старскрим, принимая расслабленную позу. — Мне кажется, он бы предупредил, если бы планировал атаковать вас в течение последующих нескольких дней. — Контраргумент: нас ещё не восстановили в должностях, — добавил Саундвейв. — Вероятность: стадия планирования. Старскрим скривился. — По большей части всё то же самое. Нам ничего не говорят, пока остальные принимают решения за наш счёт. Праулу показалось, будто он услышал нотку отчаяния в голосе сикера. Он мог с ним согласиться. Ему не терпелось вновь взять всё в свои серво, однако ему также казалось, что сделать это будет не так просто. Оптимус предупреждал, что это займёт время. Праул надеялся, что у них оно было. — Что ж. Реши Мегатрон нас атаковать, дадите нам хотя бы десятиминутное предупреждение? — горько спросил автобот. Старскрим расплылся в насмешливой улыбке. — Праймус мне свидетель, быть предателем мне не впервой; я дам тебе целых десять минут. Праул дёрнул дверцами вверх, на что Старскрим разразился смехом, дёрнув вверх своими крыльями в ответ. — Никогда не пожалею, что научил тебя этому, — сквозь приступы смеха выдавил из себя сикер. И тогда Праул понял, что будет скучать по именно таким моментам. Саундвейв перевёл на него взгляд и ровно кивнул. — Мы тоже. Автоботу следовало разозлиться, что тот прочитал его мысли, но насколько это стало естественным стечением дел, что сил винить его в этом не оставалось. Ему следует укрепить установку буферов. — Берегите себя, — пожелал им напоследок Праул и двинулся в сторону автоботского лагеря.

***

Саундвейв с кассетами нашёл себе тихий уголок на окраине десептиконского лагеря — это был двор старого и давно заброшенного жилого здания. Рамбл с Френзи цапались из-за какого-то старого куска энергоновой конфеты, которую они нашли на полу; та явно пережила миллионы лет активных боевых действий. Саундвейву следовало вмешаться, однако он не мог заставить себя это сделать. Многое было недосказано между ним и сибиотами. Были доверие и любовь, а также глубокое понимание, за счёт которого редко приходилось озвучивать свои переживания. Они просто знали, и всё. Но ему следовало поговорить с ними о случившемся. — Они оборвали нашу связь, чтобы мной было проще управлять, а также чтобы нас было тяжелее найти, — он начал объяснять. — Я бы хотел с вами её укрепить, но это займёт время. Рамбл и Френзи замерли и перевели на него свои взгляды. Рэведж и Лазербик тоже внимательно слушали. — Мы тоже этого хотим, — сказал Рамбл, Френзи согласно кивнул. Лазербик склонила голову. Рэведж молчала. Саундвейва удивило отсутствие её согласия. — Рэведж, — шепнул Рамбл. — Какого хрена? На что та лишь зевнула в ответ. Она отвернулась от Саундвейва и устремила свой взгляд вдаль. Саундвейв подошёл и сел рядом с ней. — Ты изменился, — бесстрастно подметила пантера. Саундвейв обдумывал свои последующие слова. Он стал свидетелем того, как поменяли игры Старскрима, Джаза и Праула — последних двух в особенности. Однако, оценку своим психическим отклонениям он не давал. Разрыв связи с кассетами оставил тяжёлый отпечаток, ранив искру глубже некуда. И сейчас, когда они вновь были рядом, он желал всё исправить. Это займёт время. Лёгкое прикосновение к её разуму показало, что та думала о своём создателе. И о тех меха, которых он убил на арене. — Ты не считаешь, что я сделал достаточно, — огласил он, также вглядываясь в руины планеты. Где-то вдали, сикерская триада разминала свои крылья перед полётом. — Ты поквитался с тем, кто мучал и убил моих создателей. Пережил свои страдания и взял меня под своё крыло. Я не вправе тебя осуждать, — тихо говорила пантера; он так любил слушать её голос, как редко она им пользовалась. — И всё же, мне тяжело верится, что ты готов забыть о квинтессонах ради того, чтобы вновь начать шпионить за автоботами. — Мы следуем приказам Мегатрона. — Да, без всяких вопросов, — она провентилировала. — И тем не менее. Когда я узнала, что тебе пришлось драться с мехами, которые могли быть твоими созданиями, моя искра болезненно сжималась в своей камере, Саундвейв. И когда я узнала, что они хотели подвернуть Старскрима таким же мучениям, что и тебя, мне было больно. Саундвейв опустил шлем и вперился взглядом в пол. Её чувства были обоснованы. Если Мегатрон не видел угрозы, что несли за собой квинтессоны, его ожидает жестокое разочарование. — Судья Севакс рассказал мне, что уничтожил всех моих созданий. Перед тем, как я его убил. — Ты веришь ему? Саундвейв протянул сервопривод и накрыл её спину. — Ни капли. Она прильнула к ладони и мурлыкнула. — Я хочу укрепить нашу с тобой связь. Но… каков наш следующий шаг? — Мы следуем за Мегатроном. И не теряем надежды, что он поведёт нас по пути возмездия.

***

— Какого это тут было? Без нас? — спросил у своего лидера Старскрим. — Тихо, — хмыкнул Мегатрон. Он сидел за столом внутри мед-палаты и наблюдал за Старскримом, который полировал свой корпус. У них была назначена встреча с Праймом и его автоботами, чтобы обсудить дальнейшие шаги, поэтому Старскрим решил прихорошиться. — Слишком тихо, — добавил он. Старскрим скривил губы в усмешке. — Ты, должно быть, уже истосковался по посягательствам на свою жизнь. — Просто изголодался, — расплылся в улыбке Мегатрон. Старскрим улыбнулся ещё шире. Мегатрон вновь увидел своего прежнего заместителя, погребенного под слоями страданий. Сикер возобновил свои старания, ему нравилось, что сервоприводы были чем-то заняты. — Мне следует придумать что-то особое, когда мои серво перестанут трястись. Мегатрон принял пренебрежительное отношение Старскрима к своему состоянию как хороший знак. — Меня так долго окружали только преданные меха, что, думаю, тебе даже удастся меня задеть. В оптике Старскрима заплескался весёлый огонёк. — Прошло всего две недели. Для тебя, по крайней мере. — Фактически, вечность, — Мегатрон откинулся о спинку стула. Вот, чего ему больше всего не хватало. Их подшучиваний и той лёгкости общения, что была между ними. Это было редкостью даже в лучшие времена их пребывания на Земле, но он знал, что они были друг к другу благосклонны. Смех квинтессонской фемм всё ещё преследовал его в кошмарах. Старскрим посерьёзнел. — Мы их спросили, почему они забрали именно вторых и третьих обеих армий. Они сказали, что не хотели вмешиваться в нашу войну, и что мы — лишь расходный материал. Что думаешь на этот счёт? Мегатрон помрачнел. — Квинтессоны могут повелевать течением времени, как ты уже понял. И они не скупились изменять события в соответствии с их потребностями ранее. Но они не всезнающие; похоже, что их контроль слабеет. Их сдерживают рамки возможного, и существует что-то, что поменять они не в силах. Значит, нам суждено воевать. Ещё очень долго, — его голос звучал сипло и хрипло. — И четверым из нас… Мне нечего предложить, что «изменило бы ход хронологии». — Наше будущее не предначертано, как тебе хочется думать, — спокойно ответил Мегатрон. Он подошёл к Старскриму и накрыл сервоприводом красное плечо. — И ты — не расходный материал. Старскрим не особо ему поверил, и Мегатрон прекрасно это видел. Он поднял сервопривод и мазнул пальцами тёмную щеку. Над ними установилась тишина, многое осталось недосказанным. Их комм.-линки ожили, оповестив о скорой встрече с автоботами.

***

Саундвейв стоял по стойке смирно, рядом с ним замер Старскрим. Внутри грудного отсека, у самой искры, излучали спокойствие кассеты; он вновь чувствовал себя одним целым. Или, более целым. Его мысли время от времени кружили вокруг судьи Севакса, его слова до сих пор болезненно терзали кассетикона. И вновь память подкидывала ему эмоции, которые он испытал, когда собственноручно убил квинтессона. Он для себя решил, что не станет терять надежды о том, что некоторые из созданий всё-таки смогли выжить. Праул, Джаз и Саундвейв подверглись допросу. Мало что было приятного в том, чтобы отвечать на агрессивные вопросы равнодушного Шоквейва и подозревающего всё на свете Рэд Алерта; однако, выбора у Саундвейва не было. Все его секреты были выпущены наружу, но послевкусие осталось не таким горьким, как он ожидал. И всё же, допрос сильно его вымотал. Они много спрашивали об их взаимодействиях с квинтессонами, им хотелось знать, что думал Саундвейв об их истинных мотивах. Ему было много что сказать по этому поводу и он с радостью поделился информацией. Шоквейв лишь молча кивал в ответ, когда как Рэд Алерт в ужасе не сводил с него оптики; Саундвейва это даже позабавило. Когда дело коснулось Старскрима, Саундвейву резко перехотелось говорить. Однако, он постарался как можно лучше объяснить ту непонятную одержимость квинтессонов сикером и события последних двух игр впредь до их разлуки. Они спросили, что произошло за красной дверью, на что тот заявил, что это не имело отношения к их расследованию. Мегатрон заявил, что Старскрим не был готов вернуться к своим обязанностям и отстранил его от допроса на неопределённое время. Саундвейв мог этому быть только рад. Праул с Джазом зашли в переговорную вслед за Праймом. Местом встречи они решили выбрать палатку посреди двух лагерей. Но, как оказалось, Мегатрону обсуждать было нечего. — Что ж, теперь, когда наши мехи вновь в наших рядах, я не уверен в надобности этого перемирия, Прайм. Прайм устало провентилировал; выглядел он вымотанным. А кто не устал? Саундвейв понимал, что вести общие войска в бой вместе с Мегатроном, помешанным на одном конкретном сикере, было задачей не из лёгких. Уж Саундвейв знал, каково это. Но Прайм попытается. Саундвейву не нужно было читать его мысли, чтобы быть в этом уверенным. — Неужели нет ничего, что переубедило бы тебя сохранить перемирие? Наши мехи научились работать заодно. Мы смогли работать заодно. Что ещё может повлиять на твоё решение? Для Саундвейва это были логичные доводы, но он рассчитывал на Прайма, что тот предпримет больше усилий. Обычно у того всегда имелся козырь в рукаве, который способствовал совести Мегатрона… Что-то типа его привычно смехотворного «что значит быть кибертронцем». Так или иначе, похоже, Мегатрон не собирался играть в игры Прайма. — Не думаю, что мы добьёмся правосудия с нашим прежним перемирием. Однако, с новым у нас есть все шансы. Саундвейв перевёл взгляд на Джаза. До игр ему всегда казалось, что тот слыл безучастным меха, однако сейчас его губ тронула самодовольная улыбка. Диверсант, похоже, по-другому себе решение Мегатрона и не представлял. Судя по удивлённому фейсплейту Праула, данный вопрос мог быть предметом одной из их забавных ссор. Старскрим переместился с ноги на ногу. Кассетикон понимал, что тому было рано даже притворяться в роли компетентного заместителя их предводителя. Он также понимал, что его суждения являлись предвзятыми; телепат принял Старскрима в тесный круг тех меха, за кого был готов вступиться, хоть и знал всю сложность данного решения. Легко коснувшись сознания сикера, он получил поток информации, просивший не читать мысли. Ах. Смышлёный сикер. — И что у тебя на уме? — спросил Прайм, на грани от того, чтобы полностью расслабиться. Мегатрон ухмыльнулся. — Считаю, что слишком долго мы позволяли нашим прежним квинтессонским господам творить всё, что что им вздумается, во вселенной. Пора донести до них, что есть вещи пострашнее, чем их собственная глупость, ты так не считаешь? Прайм перевёл оптику на Старскрима с Саундвейвом, потом вновь посмотрел на Мегатрона. — Думаю, мы руководствуемся одними и теми же желаниями, — он кивнул. — Вы станете с нами сотрудничать? Мегатрон улыбнулся. — Да. Они и впрямь большая угроза. Старскрим удивлённо распахнул оптику. Он радостно дёрнул крыльями, с тёплой и искренней улыбкой смотря на Мегатрона. Джаз обнял Праула и с улыбкой посмотрел на Саундвейва со Старскримом напротив. Те улыбнулись в ответ. У них имеются свои игры для квинтессонов. О, это будет весело.