Лошадки

Вид у Намджуна сделался какой-то виноватый, и смотрел Намджун в пол. Джин на всякий случай уточнил: — То есть теперь. В сумме. Их шесть? — Ага, — ответил Намджун уже совсем убитым голосом. — Плюс три. — Так это же круто, — сказал Тэхён. — В два раза больше игрушек. — Круто? — усомнился Намджун. — Ну, может, ты тогда хочешь помочь? — Конечно, моим-то зайкам! — Только не морально. И не как раньше: «Тэхён, давай одновременно: ты с собакой пойдешь гулять, а я с детьми». — «А Ёнтан у меня в лоток ходит», — передразнил Намджун. — Погодите, — прервал их спор Чонгук. — Ты хочешь сказать, что сам не знал заранее, что будет тройня? — Ну, мы решили, что пусть будет сюрприз, не стали узнавать пол… — Но такое довольно сложно пропустить, — сказал Джин с намеком. — Ну, может быть, возможно, совсем немного, мне забыли сообщить? Тут еще приехала мама Сонми и сказала, что это не моего ума дело. — Ну все понятно, — сказал Джин. — Это все круто, — вклинился Хосок, — но сейчас-то, когда ты уже знаешь, ты почему не у них там в больнице, а сидишь бухаешь с нами? Джин и Намджун посмотрели на него одинаково добро и укоризненно. — Я же сказал, — вздохнул Намджун, — приехала ее мама… — Так. И? — И ее папа. И запретили мне на километр к ним приближаться вообще. — Не могу их осуждать, — заявил Юнги. — А если я приеду, то они меня убьют своими руками. Нет, — вздохнул Намджун еще раз, — они прекрасные люди. Но это реальная угроза. — Я все понял. — Хосок перегнулся через стол и хлопнул его по плечу. — Дружище, можешь пожить у меня, пока тебя не начнут пускать домой. — Но у меня есть еще три квартиры кроме этой, — осторожно напомнил Намджун. Джин пихнул его локтем в бок. — Ты же не хочешь умереть от голода. Соглашайся, пока Хоби добрый. — А. Хорошо. Спасибо, Хосок, ты настоящий друг. Не то что некоторые. — Намджун выразительно посмотрел на Юнги: — Мы с тобой столько лет вместе, а ты даже помочь… — Ничего не знаю, ты их без меня делал, вот сам и разбирайся, — отрезал Юнги. Он сверился с телефоном, не меняясь в лице: — Тут Чимин говорит тебе «привет». Джин закатил глаза. — И передает, — продолжал Юнги, — свои искренние соболез… — Он посмотрел на экран еще раз: — А, нет, тут написано «поздравления». Автозамена, наверное. Он сам тебе позже позвонит. — Поздравления, — буркнул Намджун. — Вот пусть своих сделает, тогда и увидит. Джин проверил часы: — У них там семь утра, наверное? — Да, — кивнул Юнги. — Поэтому он выйдет из душа и тогда позвонит. Чонгук закатил глаза. — Он пишет тебе из душа? — не понял Тэхён. — Ребята, я не хотел этого знать, — встрял Хосок. — Дрочит там, наверное. — Джин не стал ходить вокруг да около. — Секстинг? — Ребята… — пробормотал Хосок. — Нет, ну а в чем проблема из душа писать? Он занятой человек, — сказал Юнги. Тэхён тоже закатил глаза. За столом воцарилось неловкое молчание. Чтобы чем-то занять руки, Намджун потянулся к щипцам для мяса, но Джин с криком: «Нет, мы так не договаривались!» — их выхватил. — Надо выпить, — решил Хосок. — Как, говоришь, вы назвали детей? — Ну, Хану, Тульми и Сэтрин вы уже знаете, — сказал Намджун. — А новые — это Ёсот, Сэтхун и Тасот. — Типа, раз-два-три — ну и четыре-пять-шесть для комплекта? — удивился Джин. — Так вы точно никого не перепутаете. Вы с женой умные, ничего не скажешь. И Намджун вынужден был признать: — Да, она такая.