но я все еще люблю тебя.

Я люблю смотреть на звезды. Они притягательные и прекрасные. Ведь, всегда можно найти в них что-то иное. Большая медведица, Лебедь и другие, можно привести массу примеров. Каждый из нас видит всегда что-то разное в них и особенное. С ними меня познакомил как раз он. Самая главная на всем ночном небе, пылающая разными красками звезда - это как раз он. Я не умею любить. Не умел и никогда не смогу оказывать здоровые чувства, как думал я. Ведь, такое мне просто не нужно. Отношения занимают много времени, сил, которые я могу тратить на что-то более стоящее.Я вообще мало думаю о себе. Главное работа, а после ухода из карточного мира, ее подавно, как ни странно, стало больше. Все таки, сидеть вместе с разносторонними личностями в одной комнате заставляет меня чувствовать себя измотанно каждый день. Но с помощью него я смог забывать каждый раз, что прямо за стеной пиковый валет снова издевается над трефовым, а крики превратились скорее в странную симфонию, которую, к счастью, мне уловить не особо доводилось. А парадокс чисел в голове уже становился довольно таки сбившемся, что я не мог сопоставить, где, да какие цифры вижу. Сначала я этого и не понимал. Когда я снова сидел на кухне вместе с чашкой кофе, ощущая, как мои синяки под глазами уже разрастаются практически до щек (ирония) и считая в голове очередную дилему, я часто мог услышать этот трепещущий голос, который вырывался из под двери. "Куромаку, Куромаку!" с каждым разом твердил он, а после этого, как я узнаю владельца столь узнаваемого возгласа, все числа в моей голове начинали сбиваться и выдавать сбой, словно на компьютере. Тройка стала десяткой, пятерка - семеркой, а взгляд невольно переводился на него. Какая жалость, что ты зовешь меня лишь по важным делам. Я хочу, чтобы ты однажды просто подошел и стал спрашивать, как у меня дела. Как я живу, что я делал, а главное, что я чувствую. Я даже уже и сам не знаю, что я начал ощущать в последнее время. Неопределенность. Что-то все сильнее насядает на меня конвой, заставляя хмуриться и гневно фыркать. Или же я просто чувствовал себя опустошенно. Но когда ты бы это спросил, я уверен, я бы почувствовал себя новым. Каким-то... Обновленным. Ты касаешься моего плеча. Твои руки буквально обхватывают его с обеих сторон, что заставляет меня сильно вздрагивать и краснеть, практически уловимо для взгляда. Вот вот и ты догадаешься. Ты начинаешь говорить снова про какие-то неприятности в доме и то, что я должен помочь. Я хочу простого внимания. Я нуждаюсь во внимании. Но я не знаю, как этого показать. Раньше со мной никто не обращался так, как ты. Хотя с последнего времени я стал чувствовать себя ненужным даже в твоих руках. Скорее всего, мы начали отдаляться друг от друга. Почему? Я люблю осень. Тогда я понял, что окончательно влюбился в тебя и не знаю, что с этим делать. Здесь мне не помогут числа, это простые ощущения. Улыбка, взгляды, все это я стал замечать еще раньше и попытался неуловимо подавать ответные знаки внимания. Но, ты их не замечаешь, по всей видимости. Проблема как раз во мне. Как я уже и говорил, я просто не умею любить. Как то... Заботиться о других, или беспокоиться. А твое появление просто сломало меня. Я не мог выкинуть тебя из головы, каждый день раздумывая о тебе, о твоей прекрасной, жизнерадостной улыбке. Хочу стать как ты. Чтобы ко мне относились с такой же теплотой, а на все невзгоды я отвечал лишь широкой радостью. Я не знал, что у тебя есть тоже свои проблемы. Как я был глуп. Но ты вдохновлял меня на новые свершения, на жизнь дальше с шансом, что ты все таки заметишь то, что я часто прибираюсь на твоей парте, после школы стираю оттуда то, что начеркал Вару. Мне иногда тошно смотреть на то, что он пишет маркером, намекая на тебя. Ты не такой. Надеюсь, что ты знаешь это. Он просто придурок, который не понимает, что это несправедливо. Почему к тебе относятся так некоторые, а ты все еще протягиваешь им руку помощи? Боже, как же я тебя не понимаю. Я всегда думал, что ты всего лишь неосведомленный причудаковатый придурок, как другие. Но как мне однажды сказал Бубновый король: те, кто кажутся полными противоположностями нам - и есть настоящие друзья. Сначала я не придал этому значения. Сейчас понимаю, что это те слова, которые мне понадобятся сейчас. Черт. черт. Да. Я люблю тебя. Боже, как же мне это ужасно признавать... Боже. Боже. Как я мог влюбиться в такого, как ты? Мне нужно больше контролировать и сдерживать свои эмоции. Любовью я тут не помогу никому. Она лишь мне помешает... Недавно ты стал чаще улыбаться и витать в облаках. Интересно, кому же предназначена эта улыбка? Такая чудная, глупая... И милая. Прошло пол года, а я все еще не могу выкинуть тебя из головы. Ну же, вылезай. Мне нужно еще считать числа, окружности, диаметры... А математика никогда не была чем-то неважным или тем, что я мог откладывать на потом, вновь смотря в твою сторону на уроке. Однажды ты даже посмотрел в ответ в мою. Это заставило меня почувствовать себя неловко. Интересно, знает ли он о мне? Как минимум, я стараюсь всячески прикрыть свои эмоции. Что, тем временем, стал замечать Данте. Один из тех, кого я могу называть "ближним". У нас состоялся разговор одной ночью, где он попросил меня выпалить все то, что я чувствую, ведь, почему-то, он замечает это. Он всегда будто все знает... Это меня порой бесит. Я выпаливаю что-то неважное, но, Данте замечает мою ложь и начинает твердить, будто бы ранее зная, что я ощущаю к нему. Не могу назвать имя, сразу же начинаю краснеть... Число П. Самое важное для всех вычислений. Для меня. Третий сказал мне, что он часто говорил обо мне. Это заставило меня удивиться. Все таки, я никогда не думал, что могу заинтересовать его даже в качестве разговора. Мои щеки незаметно пылают краской, что я не могу контролировать или как-то заметить, лишь ощущая тот жар, что чувствую. Меня разрывает то приятная эмоция, то такая паршивая, что такая личность как я смогла просто поломаться. Мы с Бубновым смогли побеседовать. Я никогда не думал, что именно с ним произойдет мой первый разговор по душам, как называли бы другие люди. Я не замечал, как начал пить чай с большими кубиками сахара. Но. Я не умею любить. Это мораль всей истории. Я не смогу ничего сделать. Так что, сказки не случиться. Это все иллюзия. но даже если ты не полюбишь меня, я всегда буду любить тебя.