В шкуре героя

У Узумаки Наруто красные волосы. Ребёнок этот много хмурится и развивается с поразительной для младенца скоростью. Нянечки в приюте едва ли желают о нём заботиться, но не похоже что дитя задевает такое отношение. А ещё Узумаки Наруто это девочка. И эта девочка я. Или, если быть точнее, то я стала этой девочкой. Однако, я прекрасно помню, что эта жизнь не моя. И вместо красноволосой девочки, точно такое же имя носил блондинистый мальчик-дурачок. Знаете, мы не осознаём как сильно хотим жить, ровно до тех пор, пока не умираем. По крайней мере так часто говорят, однако всю свою предыдущую жизнь я осознанно желала именно этого. В той жизни волосы у меня были темные, каштановые, до талии, но жутко секущиеся на концах. Глаза неопределенного оттенка, средние между зелёными и серыми. Я много хмурилась и вечно стремилась оправдать чьи-то ожидания. Чаще всего ожидания приёмных родителей, потому что собственных я лишилась рано. Было то время, когда детей брали из-за выплачиваемого за них регулярного пособия, и я попала под такую кабалу. У меня была крыша над головой, у моих опекунов были деньги от государства. Они меня не любили, я не любила их, храня образ настоящих родителей, однако то, что я не пылала любовью ко взрослым, вовсе не мешало мне желать их признания. В сущности, не так уж и плоха была моя жизнь. Конечно, мечта просто существовать в мире и для себя самой так и осталась невыполненной, но все же, несмотря на то, что умерла я глупо и рано — жалеть мне было особо не о чём. Но одного Мудреца мало волновало, что я готова была упокоиться с миром. — Здравствуй, дочь моя. В общем, случилось следующее: Душа, что должна была переродиться в теле маленького мальчика, неожиданно ушла в чистый мир. Вообще, она сделала это вместо меня, успев позабыть все свои жизни и обещания. Душа-то ушла, а судьба «избранного» никуда не делась. Я знала об Узумаки Наруто. На самом деле, мало кто не знал об Узумаки Наруто. Конечно же, я прекрасно помнила о маленьком сироте, история и упорство которого выбивали из не очень эмоциональной меня слезы. Я смотрела, слушала и прекрасно понимала что этот нарисованный персонаж не тот, на чьём месте желаешь оказаться. В смысле, да, круто быть героем, который никогда и ни за что не сдастся, однако зная, что ему пришлось пережить, ты понимаешь, что попросту бы не сдюжил. Ни один человек в мире на такое не способен, разве что этот мальчик-картинка. Но мальчик был реальным. Вернее, он должен был быть реальным, но теперь реальной должна была стать девочка. Девочка, которой предстояло стать мне — по дикому, несправедливому стечению обстоятельств. Просто чертово совпадение, а столько проблем. — Я не справлюсь, — сообщаю я, — вы погубите целый мир. Я погублю целый мир. Найдите кого-то другого. — О, — улыбается Хагоромо, сложив руки в рукавах своего одеяния, — это не так. И больше никого нет. Он не стал слушать доводы рассудка. Сказал, что оставит мне память на не особо долгий срок (что-то про то, что Вселенная потом исправит эту аномалию, да и сказать я никому ничего не смогу), оставит мои знания, чтобы не озлобилась, а так же наделит даром дотрагиваться словами до чужих сердец. Правда, для этого мне нужно будет желать помочь всем сердцем, гореть душой, иначе ничего не вышло бы. Мне произнесли долгие напутствия, а после толкнули в новую жизнь — туда, где кровавые глаза, полные боли и ненависти, смотрели из темноты подсознания. Туда, где меня ждала новая жизнь, состоящая из череды страданий. Итак, с чего же мы начали? Ах, да. Я не Узумаки Наруто. Но мне придётся ей стать.