Смертельный Поцелуй

Распрощавшись с Даней, я отправился за новыми приключениями. Сел на свой любимый пятнадцатый автобус и поехал домой. Тогда в моей голове был лишь звук тарахтящего мотора под моим сидением, плохое предчувствие о встрече с отцом и изредка мелькающий Даня. Словно я стою в коридоре с множеством дверей — моих мыслей, а этот парень выглядывает то из одной, то из другой, будто насмехаясь над тем, как я теряюсь в его присутствии. Я посмотрел в окно, небо светлело, спать уже не хотелось, но больше всего я мечтал тем утром уехать обратно так и не прийдя домой. Сказать, что поезд взорвался, на меня напали инопланетяне, Артёма сожрали собаки — что угодно, лишь бы не пересечься с отцом. Я так боялся снова услышать о том, какой же я неправильный… Я вышел на своей остановке. Небо стало серым, а улицы оживились. Увидев людей поблизости, я почувствовал себя лучше. Удушающее ощущение одиночества вновь пропало. Спустя какое-то время, я подошёл к своему дому. А мой ли это дом или чужое, холодное здание в которое я месяц назад и не надеялся вернуться? Будет ли он чувствоваться как что-то родное и тёплое с добрыми и не очень воспоминаниями, когда я войду? Стоя у двери, я сделал глубокий вдох, вспомнил слова Артёма «ты же всегда можешь уехать». Они пронеслись эхом по моей голове и знатно взбодрили меня. Наконец я постучал, услышал громкие приближающиеся шаги. Открылась дверь, Элина! Как сейчас помню, она так крепко обняла меня, что стало тяжело дышать. Но я испытывал столько положительных эмоций, что был готов и удушиться в её объятиях. Я поднял взгляд. На нас смотрели родители. Я радостно посмотрел на маму и с чувством вины на отца, а он улыбался. Вот скотина! Не успел я руки помыть, как отец тихо позвал меня поговорить. Я был не против ему высказать всё ещё раз, хотя настроение портить не было желания. Он сел рядом со мной на диван, вернее развалился. Это больше похоже на его стиль. -Не хотел я всё тебе так говорить. Грубо очень получилось… -Действительно — недовольно буркнул я. -Извини, был не прав… -Ой правда? — я всё ещё злился. -Не бунтуй. Я даже теперь разбираюсь в геях! И кхм понимаю тебя… — Отец сказал это с такой радостью, что мне стало смешно. -Вот так сюрприз… Что значит «разбираюсь в геях»? -Это Элечка меня во всё посвятила. Она сказала, что они не выбирают кого любить и что с их особенностью надо просто свыкнуться. Это вкратце. -А извинить ся тоже она попросила? — Я всё надеялся найти подвох. -Это я уже сам — гордо ответил он — не с кем пивко попить и по телефону потрендеть. С тобой хорошо. Я решил, что не стоит долго обижаться. Папа всё осознал и на этом надо успокоиться. Пришли мама и Элина. -Ну что? Всё? Поболтали? — поинтересовалась мама. -Какой поболтали! Пива ещё не было! — под этот напиток мой отец становится самым разговорчивым человеком в мире. -Никита, а как там твой бойфренд? — спокойно спросила Эля. А лишь растерянно с неким сожалением посмотрел на всех. -Всё сложно. — От нервозности я заулыбался. -Не отчаивайся, сынок. Как Тёмка? Я уже давно его не видел. -Живой, здоровый. — Я вспомнил, как крепко он обнимал меня и расплылся в улыбке. Я уехал из общаги всего пару часов назад, но, кажется, уже соскучился… Мы болтали до полудня. В перемешку с разговорами смотрели телек. Лично я дико наслаждался этим моментом. Я наконец-то смог быть открытым со своей семьёй. Все конфликты остались позади. Это было так прекрасно! Мы с Элей пошли гулять в парк. Приятно было почувствовать запах хвойных деревьев и отвлечься от этой суеты! С ней мы всегда разговариваем на более глубокие и сложные темы, нежели с родителями. Тогда речь зашла об отношениях. Я рассказал ей про Ваню, про всё то, что он натворил. Чем больше я делюсь этим с людьми, тем легче об этом думать. И сейчас с глубоким выдохом я отпустил ещё одну частичку своей обиды, однако, глубоко внутри частичка побольше безжалостно царапала моё сердце. Я высказал всё, что хотел. Элина шла сбоку от меня, под её ногами трещали палки. Этот звук меня так успокаивал… Мне казалось, что мы одни, однако, я услышал тихое шмыгание носом, какое бывает при плаче, позади меня. Обернулся. Мое внутреннее море резко разбушевалось, корабли потонули и разразилась молния, что словно кольнула меня в самое сердце. Передо мной стоял Ваня с заплаканными глазами и смотрел на меня, словно обиженный заяц.