Какое твоё любимое число?

      Олег проснулся достаточно поздно и даже удивился, что вообще спал так долго. В последнее время он как раз вставал довольно рано, а тут почему-то заспался. Наверное, в чужой постели было уютнее, чем в своей. Впрочем, сейчас он всё равно был один.       Повернувшись, Волков вздохнул, поняв, что Сергея рядом не было. И ушёл он, судя по всему, давно, потому что его половина кровати была холодной. Немного откинув одеяло, наёмник тяжело вздохнул и неодобрительно покачал головой, хоть и знал, что его ничто не увидит. На простыне были явные следы крови, оставшиеся после прошедшей ночи. И, скорее всего, не в первый раз, потому что Разумовский ещё никогда не позволял ему подготавливать себя к сексу. Олег пытался исправить это, но понимал, что если упрямый Серёжа не хотел этого, то добиться результатов было практически невозможно.       Потянувшись, Волков встал, решив, что ему всё-таки стоило заняться работой и найти Сергея, чтобы узнать, были у него сегодня какие-то важные задания или нет. Вроде, тот хотел, чтобы наёмник приглядывал за Андреем, который уже, скорее всего, уехал к Грому, но только сейчас он вспомнил, что вечером должно было состояться открытие нового казино Альберта Бехтиева.       Если честно, Олег не совсем понимал, почему Разумовский занимался этим. Вот зачем он купил это здание, если на самом деле никогда не интересовался азартными играми? По крайней мере, во время их более тесного общения Серёжа с презрительной гримасой говорил, что играть на деньги — это низко и в этом нет ничего увлекательного. Однако теперь Сергей мог разложить пасьянс с кем-нибудь из своих гостей, хотя всё-таки до сих пор предпочитал шахматы, которые даже спустя столько лет не забросил. Как бы то ни было, Разумовский всё равно уже купил «Золотого Дракона», вопреки жалким просьбам Волкова не тратить деньги на эту ерунду, но результатов он не добился, а Серёжа поставил его на место, напомнив, что глава наёмников был его телохранителем, а не советчиком. После этого всё тот же Андрей Жарков по-тихому пояснил ему, что раз уж Сергей управлял мафией, то был практически обязан заниматься игорным бизнесом. Как легальным, так и не очень, поэтому в его распоряжении было более десятка подпольных казино.       Олег честно старался терпеть и даже убедил себя, что Разумовскому это не нравилось, потому что он всего лишь рубил с этого деньги, а потом случайно узнал, что из нелегальных заведений у него были ещё и бордели. Это стало для Волкова настоящим открытием, когда в одну ночь Серёжа позвал его к себе в комнату и попросил проводить двух красивых девиц, с которыми до этого неплохо развлекался. Наёмник не показал, что его очень задело такое отношение к себе, так как он не хотел ссориться и спорить, хотя сразу же понял, что девушки были элитными проститутками из какого-то борделя, которым Сергей как раз и владел. Может, стоило попробовать ещё раз убедить его, что в этом не было ничего хорошего, но Олег догадывался, что его слова опять не будут иметь никакого результата. А ведь разговоры с Лерой всегда имели для него огромное значение, насколько Волков знал…

6 лет назад

      — Это бесполезно! — Макарова кинула нож на пол и недовольно сдула с глаз слишком длинную прядь волос.       — Тебе надо подстричься, — отметил Разумовский, повертев в пальцах собственный кинжал, — Это ни в какие ворота не лезет! Если волосы будут закрывать обзор, то ты можешь упустить своего противника. Или, что ещё хуже, он схватит тебя за твои лохмы.       Лера сжала зубы, смотря на его надменный взгляд и какую-то хищную полуулыбку. Сейчас Серёжа был на охоте, а она была его жертвой, у которой не было ни шанса победить этого соперника. Уж точно не в пятнадцать лет. Сергей всегда чувствовал своё превосходство над приёмной дочерью, а это сильно злило её, потому что она не хотела проигрывать этому человеку, который частенько мог поранить девочку во время тренировки или оставить на руке очередной синяк, который будет заживать до второго пришествия. И Лера точно не привыкла мириться с грубыми словами в свою сторону, поэтому едко заметила:       — На свои посмотри. Уже ниже плеч стали! У меня и то короче!       — Я же не участвую ни в каких разборках, — фыркнул Разумовский, а потом молниеносно бросился вперёд, оказываясь у неё за спиной и приставляя нож к горлу, — Никогда не теряй бдительность! Слышишь? Никогда! Иначе тебя просто убьют. Нельзя доверять даже тем, кого хорошо знаешь, потому что они в любой момент могут подставить тебя. Когда ты не будешь ждать этого.       — Даже ты? — Лера ловко извернулась, пытаясь выхватить у него оружие, но Серёжа мгновенно перехватил её руку.       — Даже я, — кивнул Сергей, а потом Валерия почувствовала, как острие ножа коснулось её бока, — Если бы я хотел убить тебя, то ты была бы уже мертва. Никому нельзя доверять, ты меня поняла?       — Тогда как вообще можно жить?! — девочка оттолкнула его. — Это же… Это отвратительно! Ты мне даже ни с кем дружить не разрешаешь!       — И ты не понимаешь, почему я это делаю? — прошипел Разумовский, но потом покачал головой. — Пойми, mon coeur, это всё ради твоей безопасности. Тренировки нужны для того, чтобы ты могла постоять за себя. Сама понимаешь, что живёшь не в обычной семье. Смирись, Лера.       — А я не хочу! — Макарова подскочила к нему, всё-таки вырвав нож, а потом приставив его к горлу приёмного отца. — Может, мне просто убить тебя? И жить так, как я хотела с самого начала. Самостоятельно.       — Куда же ты пойдёшь? — хохотнул Серёжа, не вздрогнув и не отстранившись. — Без меня ты никто. Я дал тебе абсолютно всё, а если убьёшь меня, то мои люди мигом найдут тебя. Далеко сбежать точно не успеешь. Этого ты хочешь? Давай же, детка, чего ты ждёшь? Только сонная артерия чуть ниже. Так будет больше шансов, что я не сумею выжить даже с быстрой помощью. Что, струсила?       — Да пошёл ты! — Лера отступила и с недоумением посмотрела на ухмыляющегося Сергея. — Ты… Ты просто чёртов псих! Нахрена я вообще связалась с тобой?!       — Потому что детский дом был тебе противен, — пожал плечами Разумовский, начиная медленно надвигаться на неё, — Потому что ты поняла, что здесь сможешь пригодиться. Потому что ты захотела узнать меня получше. Потому что решила стать сильнее.       Валерия нервно сглотнула, отходя всё дальше. В такие моменты Серёжа до чёртиков пугал её, потому что в его глазах появлялся какой-то по-настоящему безумный блеск, а вся доброта словно испарялась. Её и так почти не было, а сейчас она и вовсе исчезла. Может, ей стоило отказаться от его предложения присоединиться к семье, но тут и правда было лучше, чем в приюте, хотя самовлюблённые взгляды Сергея и частые едкие фразы в её сторону выбешивали и заставляли скрипеть зубами, потому что втайне Лера, наверное, всё-таки действительно боялась его.       — Босс, тут…       Андрей остановился прямо в проходе, смотря на небольшую площадку в саду, где и стоял Разумовский, уже почти прижимая к стене Макарову. Жарков явно смутился, потому что опустил глаза, но Серёжа резко сказал:       — Забудь о том, о чём подумал, — он подошёл к своему помощнику, взяв у него из рук документы, — Что за бумажки?       — Это… Касательно покупки… Того места, — мужчина тщательно подбирал слова, видя заинтересованный взгляд девочки, которая выглядывала из-за спины Сергея.       — Говори прямо, что речь о борделе, — оборвал его неловкую речь Разумовский, перелистывая страницы, — Она уже не маленькая и должна знать, чем мы занимаемся.       — Я очень извиняюсь, но мне как-то не особо хочется вникать в это, — Лера подняла руки, показывая, что против.       — Тебя никто не спрашивал, — буркнул Серёжа, — Надо, и это не обсуждается, потому что однажды тебе, возможно, придётся продолжить моё дело.       — А я уже сказала, что не хочу! — закричала Валерия, помотав головой. — Оставь меня в покое!       Она оттолкнула Андрея и пробежала мимо него в дом. Сергей неодобрительно покачал головой, но, само собой, не побежал за ней, продолжая просматривать бумаги. Жарков спокойно стоял рядом, дожидаясь, когда босс закончит, но потом не выдержал и робко спросил:       — Можно дать вам совет?       — Валяй, — Разумовский мельком взглянул на него, а потом продолжил чтение.       — Будьте с девочкой помягче, — сказал Андрей, — Не забывайте, что вся эта жизнь ей до сих пор в новинку, а вы совсем загоняли девчонку с этими тренировками, которые вставляете везде, где нет обычных уроков. Она ведь ещё ребёнок.       — Она молодая девушка, — холодно ответил Серёжа, захлопнув папку, — Ей пятнадцать лет, а не пять. И я не собираюсь нянчиться с ней, потому что мне нужна достойная наследница, а не жалкая и бесполезная тряпка, которую зарежут в первой же подворотне, когда будет удобная возможность. Ей придётся стать сильнее, потому что мы тут не в детские игры играем. А если она действительно не хочет этого, то и мне нет до неё дела. Пускай выживает на улице, как хочет.       — Почему вы не задумаетесь о родных детях? — ляпнул Жарков, не подумав, но хоть вопрос и был слишком личным, Сергей почему-то согласился сразу же дать на него ответ:       — Потому что, во-первых, у меня нет на это времени, — Разумовский направился в здание, — Во-вторых, я не хочу, чтобы тут целыми днями орали маленькие дети, а потом ещё и бегали по всему дому, раздражая меня. В-третьих, я не встречал ни одной женщины, которую возбуждал бы только я и без денег. Соответственно, мне это не нужно, а если Лера сможет взяться за ум и стать той, которую я хочу видеть, то необходимость в родных наследниках тем более отпадёт.       — Но босс… — Андрей старался говорить мягко, хоть в его голосе и слышалось недовольство, — Вы же знаете, что в этой семье так не принято… Нужно, чтобы была кровная связь, а эта девочка… Она же вам никто. Да ещё и женщина.       — Значит, мы изменим правила! — Серёжа развернулся, зло посмотрев на помощника. — Это моё окончательное решение!       Жарков уважительно кивнул и удалился, чтобы больше не доставать его, а Сергей невольно задумался. Он хотел сделать из Валерии лидера, но если и правда ничего не получится? Что будет тогда? В любом случае, для начала стоило побороть себя и извиниться перед этой взбалмошной девчонкой, которая вполне могла обидеться настолько, чтобы сбежать. Такое уже было, и Разумовского подобная самодеятельность совсем не впечатлила, поэтому он отправился на второй этаж, чтобы поболтать с приёмной дочерью. Может, Андрей был в чём-то прав, говоря о детях, но сейчас Серёжа всё равно не чувствовал в себе достаточно уверенности для такого шага, поскольку дел и так хватало.       Дойдя до комнаты Леры, Сергей сначала постучался, а потом вошёл. Девочка сидела на кровати, грустно глядя на свои руки, а на него даже не посмотрела. Весь этот год их отношения были довольно натянутыми, потому что сначала Разумовский вообще не планировал даже тренировать её лично, а теперь считал, что только он мог научить её самым необходимым знаниям, хотя и занятия с Жарковым дали свои положительные результаты в самом начале. Серёжа умел хорошо говорить, но вот общаться с детьми ему практически не приходилось, поэтому он впервые за несколько лет почувствовал нерешительность, а потом всё-таки подошёл и сел рядом с Валерией. Она так и продолжала молчать, а когда Сергей уже хотел как-нибудь начать диалог, Лера сама прошептала:       — Прости…       — Хорошо, что ты понимаешь свои ошибки, — кивнул Разумовский, — Ты нахамила мне, поэтому я рад, что сейчас ты извинилась.       — Даже тут ты самовлюблённый петух, — процедила Макарова, — Я просто… Нет, ничего.       — Что не так, дорогая? — Серёжа решил последовать совету Андрея и выслушать её, побыв более мягким. — Можешь рассказать, я готов помочь тебе.       — Не можешь, — Лера сцепила руки в замок, но потом всё же заговорила: — Я очень хотела жить в семье, хотела, чтобы у меня были родители… Меня удочеряли три раза, но потом говорили, что у меня плохой характер и отказывались от моего воспитания… Мне это надоело, поэтому я и сбежала в тот день, решив, что получится выпросить денег и как-нибудь уехать. Даже не знаю, почему я согласилась на ещё одно удочерение…       — Потому что мы с тобой похожи, — Сергей осторожно положил руку ей на плечо и необычно тепло улыбнулся, — Извини, я бываю слишком строг к тебе, но ты должна понять, что в моём мире нет места для доброты или слабости. Мы должны быть сильными и уверенными в себе, чтобы выжить, потому что иначе нас просто сметут. А ты ещё и девушка, поэтому тем более обязана знать, как защитить себя. Я не пытался заменить тебе отца, но могу попробовать сделать это, если благодаря этому ты всё-таки сможешь назвать это место своим домом.       Валерия поджала губы и задумалась, но потом неуверенно кивнула, соглашаясь с его предложением. После этого она удивила Разумовского ещё больше, потому что подвинулась и обняла его, тихо пробормотав:       — Спасибо…       — Ты всегда можешь рассказать мне о своих проблемах, — сказал Серёжа, погладив её по голове, — И я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе с этим. Договорились?       Лера просто чуть улыбнулась, и это значило, что небольшой конфликт был благополучно разрешён. Кроме того, Сергей не врал, говоря, что она может обращаться к нему за помощью в любой момент. Разумовский негромко вздохнул, подумав о том, что ему и этого ребёнка хватит, а там уже будет видно…

Настоящее время

      Олег встал, поднимая с пола свою рубашку, а затем находя рядом с ней и брюки, спешно одеваясь. Он не знал, почему Серёжа решил не будить его, но слишком сильно задерживаться тоже не стоило. Возможно, Сергей, как обычно, не хотел видеться с ним с самого утра, но в эту ночь он позволил спать рядом с собой, что было довольно-таки удивительно, но Волков посчитал это большим прогрессом, ведь подумал, что подобное могло стать шагом к чему-нибудь большему.       Покинув спальню Разумовского, наёмник направился уже к себе, чтобы умыться и надеть чистую одежду. Он подозревал, что они никак не обсудят произошедшее, и Серёжа сделает вид, будто между ними вообще ничего не происходило. В принципе, так было всегда, поэтому Олег уже был готов к этому, прибирая себя в порядок и даже не надеясь произвести на свою любовь хоть какое-то впечатление. В последнее время Сергей практически не смотрел на него, как будто Волков был пустым местом. Наверное, не стоило обещать ему вернуться очень скоро, а потом задерживаться на столько лет… Да, наёмник совершил ошибку, когда сказал Разумовскому, что не будет в армии слишком долго, но что ещё он мог сделать, если почувствовал в этом своё призвание? Однако с карьерой всё равно как-то не сложилось. Точнее, не так, как хотелось, а Серёжа и вовсе отвернулся от него, поэтому сейчас Олегу казалось, что он не добился абсолютно ничего, а лишь потерял то, что у него было.       — Волк, ты занят? — в дверь постучались.       — Нет, можешь войти, — ответил Волков, который как раз заканчивал расчёсывать волосы, которые за ночь превратилось в какое-то гнездо.       На пороге появился Андрей, который внимательно посмотрел на немного помятого Олега, а потом с усмешкой заметил:       — Ты всегда умудряешься обходиться без красивых засосов, — увидев вопросительный взгляд Волкова, он пояснил: — Все давно знают, что вы с боссом спите вместе.       — Уж скорее просто трахаемся, — буркнул наёмник, подходя к нему, — Чего хотел?       — Проблемы, — тихо сказал Жарков, убедившись, что их никто не подслушивал, — С Вадимом.       — Секретарём? — удивился Олег.       — Что? — не понял Андрей, а потом недовольно покачал головой. — Разумеется, нет! Я про Дракона. Он снова объявился. Мы узнали его по характерному почерку. Скорее всего, он ищет тебя.       — Разберись, — сказал Волков, нахмурившись, — И с чего ты взял, что ему нужен я?       — Ты являешься слабым звеном, — Жарков прислонился к стене, скрестив руки на груди, — Я тут кое-что покопал и… В общем, ты же помнишь Алтана Дагбаева, с которым у босса пару лет назад были контры? Я выяснил, что Дракон как-то связан и ним и, вероятно, работает на него. Думаю, он снова хочет добраться до Сергея, а если у Вадима получится переманить тебя на свою сторону или просто схватить, то он сможет шантажировать босса.       — Пусть только попробует! — взгляд наёмник стал темнее тучи. — Это должно остаться между нами. Пока что ничего не делай, но продолжай наблюдать. Если вдруг случится что-то важное, то сразу докладывай мне.       — Я бы с радостью, но мне за ментом надо следить, — напомнил Андрей, — Придётся подождать.       — Ладно, займусь этим сам, — решил Олег, — Но боссу ни слова. Незачем ему знать, потому что иначе он сразу же пойдёт на него войной.       — А вдруг это их рук дело? — спросил Жарков, прикусив губу. — Они вполне могли убить Леру, чтобы выманить нас.       — Слишком просто, — Волков вышел из комнаты, — Тем более, в прошлом Вадик никогда не убивал женщин. И уж точно не пытал их. Сомневаюсь, что он как-либо связан с этим. Впрочем, в скором времени я узнаю об этом, а сейчас надо заняться чем-нибудь нужным, пока босс не начал беситься.       Они оба пришли в кабинет Разумовского, который стоял возле окна, смотря на свой сад. Услышав, что дверь открылась, он чуть повернул голову, взглянув на них, и наёмник увидел в его глазах что-то непонятное. Серёжа долго ничего не говорил, а Олег с Андреем не решались прерывать это молчание.       — Разве у вас обоих нет никаких дел? — наконец-то спросил Сергей. — Хватит уже стоять здесь и дышать мне в спину.       — Вы собираетесь ехать вечером на открытие казино? — спросил Жарков.       — Конечно, — кивнул Разумовский и махнул рукой, — А теперь… Теперь…       — Босс? — Андрей наклонил голову.       — Серёжа!       Волков, увидев, что Сергей пошатнулся, мигом забыл про все уважительные обращения на людях и бросился к нему, успевая поймать, потому что тот чуть не упал в обморок. Разумовский по инерции вцепился пальцами в его пиджак, стараясь удержаться на ногах, а наёмник крикнул Жаркову:       — Живо беги за врачом! Я отнесу его в комнату!       Андрея словно ветром сдуло, а Серёжа попытался вяло сопротивляться, когда Олег бережно взял его на руки, прижимая совсем лёгкого Сергея в себе. Кажется, ему сильно недоставало в весе.       — Отпусти меня… — пробормотал он, — Немедленно…       — Ну уж нет! — рассердился Волков. — С меня довольно, Разумовский, потому что я не собираюсь терпеть это и дальше! Тебе необходим отдых, раз тебя уже ноги не держат.       Либо у Серёжи совсем не было сил, либо он просто сдался, но в один момент его руки обвились вокруг шеи наёмника. Олег мог только вздохнуть, понимая, что если уж этот человек снизошёл до такого, то ему определённо было совсем плохо.       Вернувшись в его спальню, Волков положил Сергея на кровать, а потом сел рядом, смотря в его полуприкрытые глаза. Он грустно улыбнулся и вздохнул.       — Ты такой упрямый… Я знаю, что тебе нелегко после смерти Леры, но её уже не вернуть. А ты не имеешь права губить себя.       — Без тебя разберусь… — Разумовский отвернулся.       Наёмник хотел ещё раз попробовать признаться ему в своих чувствах, но тут в помещение спешно вошёл врач, сразу же подходя к Серёже и прося Олега оставить их одних. Волков просто встал и ушёл, не собираясь спорить. К тому же, ему хотелось выйти из комнаты и немного развеяться, потому что ему самому стало как-то дурно из-за этого. Он очень волновался за Сергея, который совсем не щадил себя, но что с этим можно было сделать? Разумовский не хотел слушать его, а повлиять на него было практически невозможно.       Достав сигарету с зажигалкой, наёмник закурил, надеясь, что хотя бы очередная доза никотина как-нибудь поможет. Если многие члены семьи узнают, что их босс средь бела дня начал падать в обмороки, то это вполне может стать причиной для нехороших обсуждений. Конечно, Олег не дал бы просто так навредить ему, но если Андрей говорил правду и Алтан снова решил взяться за старое, то Сергей мог быть в опасности. Года два назад они уладили конфликт, и Серёжа даже извинился, сказав, что мать Дагбаева не была запланированной жертвой. Просто оказалась не в то время не в том месте. Вроде, в тот момент Алтан решил поверить ему и согласился прекратить вражду, но если на самом деле он просто думал, как будет удобнее подобраться к Сергею, то в этом случае не следовало ждать чего-то хорошего. А если он ещё и Вадима, являющегося старым знакомым Волкова, нашёл, то это дело может стать ещё острее.       — Как он? — Жарков вернулся, незаметно встав рядом.       — Пока не знаю, — пожал плечами наёмник, с беспокойством смотря на дверь, — Врач с ним уже больше десяти минут…       — Это плохо, — согласился Андрей, и в его глазах тоже появилось волнение, — Босс уже несколько дней выглядит неважно. Если не ошибаюсь, он совсем ничего не ест.       — Придётся заставить, — скривился Олег, выкидывая окурок в небольшую мусорку, которая незаметно стояла за одной из статуй, — Он нужен нам сильным и живым, а в таком состоянии ему даже пистолет не поднять, если потребуется. Семья не должна знать.       — Не многовато ли секретов? — сощурился Жарков. — От босса и всех остальных.       — Есть вещи, о которых не желательно орать на всю округу, — заметив, что из комнаты наконец-то вышел врач, Волков первым подошёл к нему, — Ну что? Он в порядке?       — Давление пониженное, — ответил мужчина, — А ещё у него сильное истощение, как будто он почти не ел уже неделю или больше. Надо проследить за его питанием.       — Легче сказать, чем сделать, — поморщился наёмник, а потом снова обратился к Андрею: — Времени уже много, поэтому езжай к менту, чтобы проследить за его деятельностью. А я попробую поговорить с этим упрямцем.       Вновь оказавшись в тёмном помещении, Олег приблизился к кровати. Разумовский был в ночной одежде и уже сидел. У него под спиной была подушка, чтобы располагаться с комфортом. Он равнодушно смотрел на свои колени, но поднял глаза, когда заметил Волкова.       — Чего тебе? — устало спросил Серёжа. — Мне надо работать, а не лежать здесь днём!       — Ты в ужасном состоянии, — отказал наёмник, — Я ведь должен охранять тебя, а здоровье тоже входит в этот список, поэтому не спорь. Отдохни немного, а я сам что-нибудь приготовлю тебе. Прошу, послушайся хотя бы сейчас, иначе завтра точно не сможешь встать. Если тебе настолько плевать на мои слова, то хотя бы врача не игнорируй. Он-то явно знает, что говорит.       — В любом случае, вечером я поеду на открытие «Золотого Дракона», — по взгляду Сергея было понятно, что спорить не стоило, — И это я тоже не собираюсь обсуждать.       — Как скажешь, — на душе у Олега было тяжело, — Но пообещай, что я поеду с тобой.       — Это входит в твои обязанности, — Разумовский закатил глаза, а потом кивком указал на шторы, — Открой их, а потом найди Вадима и сообщи ему, что я хочу видеть все документы здесь максимум через десять минут. Работу никто не отменял.       — Ты будешь возиться с бумажками, даже умирая? — Волков уже не знал, как отговорить его от этого. — Тебе не кажется, что это уже перебор? Я очень рад, что это имеет для тебя такое большое значение, но ты же убьёшь себя этим. Извини, но сейчас я бы дал тебе не тридцать, а все сорок лет!       — Вон отсюда! — взвился Серёжа, услышав это.       — Что не так? — наёмник уже просто не мог терпеть всё это, потому что если Сергей и не был его партнёром, то он до сих пор видел в нём как минимум друга, — Боишься, что с синяками под глазами не сможешь затащить в постель того майора? Это твоя цель?       — Сдался мне этот мужик, — прошипел Разумовский и указал на дверь, — Выметайся! Не хочу тебя видеть! И если через десять минут тут не будет Вадима, то я пристрелю вас обоих!       — Я тоже очень люблю тебя, — выплюнул Олег, выходя из комнаты и хлопая дверью.       — Похоже, он в дурном настроении, — Андрей всё ещё стоял под дверью, — Ему совсем плохо?       — Это мне плохо! — Волков что-то зло пробормотал, а вслух сказал: — Забей. Он просто устал, поэтому злится, но в этом нет ничего странного. Пусть отдыхает, а тебе уже пора ехать, если не ошибаюсь.       Жарков усмехнулся и ушёл, а наёмник повернулся, ещё раз посмотрев на закрытую дверь. Он был предан Серёже, поэтому не мог уйти, но такое отношение к себе оскорбляло, ведь ещё вчера ночью Сергей был более миролюбивым и даже позволил ему остаться. Впрочем, Волков прекрасно знал, как сильно тот ненавидел слабость, а сегодня он чуть не упал в обморок на глазах у двух своих подчинённых, поэтому для него это наверняка было сильным ударом. Возможно, наёмник мог понять, почему Разумовский так волновался из-за своего статуса, ведь для него это было очень важно. А если объявился его старый враг, то Серёже следовало стать ещё жёстче. Может, Андрей зря беспокоился, но уж лучше перестраховаться, чтобы потом ни о чём не жалеть.

***

      Сергей дождался, когда ему принесут документы, а потом продолжил работать. Дело шло довольно медленно, потому что буквы то и дело расплывались перед глазами, но Разумовский старался не отвлекаться, чтобы сделать сегодня как можно больше, раз на вечер у него были планы. Тут в дверь уже в который раз за сегодня постучались, и Серёжа недовольно посмотрел в сторону двери, желая сказать, что был занят, но потом всё-таки крикнул:       — Войдите!       — Босс, к вам тут… Посетитель, — Вадим замялся, не решаясь пройти дальше и явно закрывая спиной вход.       — Кто? — Сергей отложил бумаги в сторону.       — Этот… — молодой человек напрягся, вспоминая имя, — Иван Сорокин, кажется.       — Опять он?! — Разумовский чертыхнулся. — Ладно, пропусти его.       Как только дорога была свободна, мужчина ввалился в помещение, засунув руки в карманы и с интересом посмотрев на достаточно неожиданную приёмную.       — Прошу прощения за мой внешний вид, — извинился Серёжа, хотя и понимал, что был не обязан что-либо объяснять, — Чего вы хотели, господин Сорокин?       — Мы с вами уже говорили на эту тему несколько месяцев назад, — Иван благоразумно начал издалека, — Тогда вы отказали мне, но спешу заверить вас, что в этот раз могу предложить гораздо больше. Слышите? Гораздо! В разы больше! Это предложение, от которого вы не сможете отказаться!       — Не надо сыпать мне тут исковерканными цитатами из «Крёстного отца», — резко ответил Сергей, — Ближе к делу, Сорокин. Как вы и сказали, один раз я уже отказал вам, поэтому с чего вы взяли, что сможете заинтересовать меня сейчас?       — Потому что я расширил свой бизнес! — прапорщик почти хлопал в ладоши. — Я нашёл прекрасных контрабандистов, на которых в жизни никто не подумает! Это молодые девушки из Украины и России, которых вряд ли кто-то хватится. Они могут спокойно перевозить в себе до двух килограммов наркотиков, а то и больше. Тех, кто отказывается сотрудничать, я собираюсь продавать за границей. Есть люди, которые хорошо заплатят за таких красавиц.       — Это даже не обсуждается! — отрезал Разумовский, и в его глазах полыхнула ярость. — В прошлый раз я довольно чётко сказал, что моя семья не занимается наркоторговлей! Как и работорговлей. Содержание притонов и казино, торговля оружием, игорный бизнес, сутенёрство, выбивание долгов и заказные убийства — это пожалуйста, но я не собираюсь заниматься перевозкой наркотиков и людей.       — Это максимально прибыльно! — Сорокин подлетел слишком близко, теперь едва ли не нависая над Серёжей. — Просто подумайте! Сколько денег можно отмыть, перевозя кокаин! Самого лучшего качества! А мои девочки знают своё дело. Те, что на продажу, вообще великолепны, и одна лучше другой! Отдам вам любую, какую захотите, совершенно бесплатно!       — Похоже, меня окружают глухие люди, — угрожающе прошипел Сергей, — И дураки, вдобавок. Что из моих слов вам было непонятно? Никакой наркоторговли. Моя семья не возьмётся за это. Найдите других «спонсоров». Думаете, я не понимаю, что кокаин этого самого лучшего качества стоит приличных денег и требуется много средств, чтобы развить этот бизнес? Вам нужно, чтобы я запустил это дело, так как знаете, что без моей поддержки можете прогореть на этом.       — Вообще-то не совсем, — Иван окончательно потерял страх, плюхнувшись прямо на кровать, — Я хотел предложить не только это, но ещё и открытие ферм. Ну… Вы понимаете, что я не про обычные фермы, а про те самые, чтобы выращивать коноплю и получать марихуану. Это будет ещё прибыльнее, а ваших денег хватит, чтобы создать как минимум одну идеальную ферму. Потом мои девчонки уже займутся перевозкой.       — Проваливайте, — процедил Разумовский, — И если сейчас же не встанете, то жестоко пожалеете об этом. Я не собираюсь менять своё решение, поэтому у вас не получится убедить меня заниматься этим грязным делом.       — Грязным? — Сорокин внезапно расхохотался, совсем не боясь и наклоняясь, — Сергей, вы же понимаете, что за вашей спиной и без того уже куча грехов? Многим известно, что практически все бордели в городе и казино, как легальные, так и подпольные, принадлежат именно вам.       — Они никого не убивают, в отличие от наркотиков, — скривился Серёжа, догадываясь, что стоило воплотить свою угрозу в жизнь.       — А как же заказные убийства? — поинтересовался Иван. — Тоже ничего такого? Как и продажа оружия. Я предлагаю вам заняться бизнесом, который создал самостоятельно и с нуля, потому что верю в то, что работать с вами безопасно. Поэтому предлагаю в последний раз. Займитесь этим делом, и мы оба станем ещё богаче. Я, по крайней мере. Это явно принесёт вам больше денег, чем какие-то там проститутки. Тем более, как я уже и сказал, у меня в коллекции есть просто алмазы. Могу хоть всех девок вам отдать, а дальше делайте с ними всё, что хотите. Но продать их тоже будет куда выгоднее.       — И скольких вы похитили? — Сергей поднял глаза.       — Сейчас у меня их около двадцати, — с довольным лицом выдал Сорокин, — И все просто куколки!       — У них могли быть семьи, — заметил Разумовский.       — Да нет у них никого, — отмахнулся прапорщик, — Они так же трахались со всеми подряд, но только на улице, а я даю им шанс приносить пользу.       — И где же они сейчас находятся? — спросил Серёжа.       — Хитро придумали, — осклабился Иван, встав и подняв указательный палец, — Хотите заполучить всё это, чтобы мне и копейки не досталось?! Нет, так не пойдёт! Мы будем работать только вместе!       — Кто сказал, что я вообще согласился на ваше предложение? — усмехнулся Сергей и крикнул: — Волков! Живо иди сюда!       Олег как будто стоял под дверью, потому что примчался меньше, чем через минуту. Скорее всего, Вадим сразу же сообщил, что к боссу в гости пришёл какой-то очередной хмырь с сомнительными намерениями. Разумовский указал на прапорщика и довольно оскалился.       — Проводи господина Сорокина в допросную. Я хочу чуть позже побеседовать с ним ещё раз.       — Что вы делаете?! — Иван начал вырываться, но Волков был сильнее, не давая ему ни шанса. — Немедленно отпустите меня! Я на вас в суд подам!       — Неужели? — Серёжа рассмеялся. — Придётся огорчить вас, потому что из этого дома вы, вероятно, вообще больше не выйдете. А если вдруг и случится чудо, то вам придётся рассказать про все свои делишки. Уведи его!       Наёмник выпнул Ивана за дверь, уходя вместе с ним, а Сергей расслабился и сполз чуть пониже, теперь практически ложась в кровать. Этот Сорокин раздражал его и злил, потому что Разумовский вполне понятно говорил ему, что не хочет иметь ничего общего с наркотиками, потому что, по большей части, занимался только борделями, а они хотя бы не становились причиной смерти людей, в отличие от того, что уже во второй или даже в третий раз предлагал надоедливый прапорщик. Соответственно, Серёжа был совершенно не заинтересован его предложением, а теперь собирался положить конец этому беспределу. Тем более, он с трудом, но мог терпеть обычную наркоторговлю, но вот рабство его откровенно возмутило, потому что это Сергей считал низким и ещё более омерзительным занятием, поэтому Сорокин жестоко ошибался, думая, что этой новостью сможет впечатлить Разумовского.       Перевернувшись на бок, Серёжа оттолкнул от себя документы и прикрыл глаза. Ему очень хотелось спать, но он понимал, что сейчас не имел права на отдых, потому что у него было слишком много дел. Однако было это неприятное и навязчивое желание просто встать и закрыться изнутри, чтобы никто не смог зайти к нему и потревожить. Впрочем, паникёр Олег наверняка выбил бы эту чёртову дверь, решив, что с Сергеем что-то случилось.       Тяжело вздохнув, Разумовский запустил руку под подушку, обнимая её, а потом притягивая к себе вторую и утыкаясь в неё носом. На ней ещё сохранился запах лёгкого одеколона, которым пользовался Волков. Серёжа не знал, почему сегодня разрешил наёмнику ночевать здесь. Возможно, ему действительно требовалась поддержка того, кто был рядом с ним ещё с детства. Сейчас их отношения были какими-то странными, но пока что Сергей не стремился ничего менять, считая, что от этого у него появится только больше ненужных проблем. Секс без обязательств был тем высшим уровнем, на который Разумовский был готов пойти в данный момент. Когда-то он и правда был по уши влюблён в Олега и не представлял своей жизни без него, но с тех пор прошло много лет. Волков бросил его и не вернулся, хотя обещал, поэтому либо чувства остыли, либо Серёжа запихнул их так глубоко, чтобы точно не получилось вытащить без каких-то усилий.       Секс всегда приносил только боль и никакого удовольствия. Разумеется, Сергей понимал, что нельзя было жить так и калечить себя, но по-другому он уже не мог, потому что эти ощущения и правда были для него таким наказанием. За всё, что он делал изо дня в день. За то, что не уберёг Леру. Его милую и красивую Лерочку, которая была добрым и светлым солнышком, хотя на первый взгляд могло показаться, что она холодная и замкнутая. После её смерти в Разумовском тоже словно что-то умерло, оставив этот гадкий и удушающий осадок. Он никогда не думал, что так полюбит эту девушку, но приёмная дочь стала для него абсолютно всем, и Серёжа был готов дать ей всё, чего та хотела. И Макарова знала об этом, но никогда не пользовалась его лояльностью и любовью, крайне редко что-то прося. А теперь её не было.       Перед глазами появился образ Леры, которая улыбалась и смеялась, показывая ему цветы, сорванные после поездки в лес. Сергей задрожал и почувствовал, как слёзы потекли по щекам, капая на подушку. Разумовский старался быть сильным на глазах у своих людей и у посетителей, чтобы никто не думал, что даже он может быть очень слабым. У него уже просто не осталось никаких сил держаться, ведь он потерял ту единственную девушку, которая всегда могла выслушать его и дать совет, которая никогда не боялась хамить ему, которая всегда всё схватывала на лету и была очень способной ученицей. Серёжа понимал, что другой такой уже не будет, потому что никто больше не сможет заменить Леру. Он сжал в пальцах простыню, начиная по-настоящему рыдать, и теперь на рыжие волосы тоже попали слёзы, из-за чего они стали влажными. Его прекрасная девочка была мертва, и Сергей не представлял, что ему делать и где искать помощь. Никто не знал, насколько слабым он был и какие чувства скрывались за маской безразличия.       — Ты в порядке?       Услышав голос совсем рядом, Разумовский открыл заплаканные глаза и повернулся к Олегу, который стоял неподалёку, но смотрел не прямо на него, а немного в сторону.       — Что тебе нужно? — резко спросил Серёжа, хотя голос предательски задрожал, что было недопустимо, поэтому он собрался, говоря уже более уверенно: — Ты увёл Сорокина?       — Да, — кивнул Волков, всё-таки повернувшись, а потом кивнув на кровать, — Можно сесть?       — Нет, — грубо отказал Сергей, махнув рукой, — Уходи. Не хочу никого видеть.       — Я тебя не понимаю, — наёмник хотел вздохнуть, но знал, что это только рассердит Разумовского, — То ты позволяешь мне оставаться рядом, то прогоняешь. Я хочу помочь тебе. Ты не должен бояться показывать себя настоящего передо мной, потому что я знаю тебя куда дольше, чем все эти люди! Я понимаю, почему они не должны видеть твои слёзы, но я всегда был готов поддержать тебя и сделать всё, чтобы ты успокоился. Рыдая здесь в одиночестве, ты не сделаешь себе лучше.       — Тебе-то откуда знать? — невесело усмехнулся Разумовский, снова ложась на подушку. — Лера была моей дочерью, а не твоей. Пускай всего лишь приёмной. Я отвечал за неё, обещал ей, что со мной она будет в безопасности. А в результате её убили. И в этом виноват я. Не ты.       — Да, возможно, — согласился Олег, всё-таки решившись подойти и сесть на кровать, — Однако я тоже обучал её. Я успел понять, что она была очень хорошей девушкой. Мы все любили Леру, поэтому понимаем, как тебе тяжело. Ты пытаешься скрыть это, но от большинства наших такое не утаить.       — Пожалуйста, просто оставь меня в покое… — Серёжа отвернулся так сильно, как только мог, — Отстань уже… Ну что тебе нужно?       — Чтобы ты поел, — Волков медленно вытянул руку, убирая с его щеки длинные волосы, — Я принёс тебе завтрак.       — Не хочу, — отказался Сергей, дёрнув плечом и показав, что эти прикосновения ему не нравились.       — Если память мне не изменяет, то вечером ты собрался на открытие казино, — наёмник не отстранился, осторожно погладив его по руке, — А для этого нужны силы. Пожалуйста, Серёж, позволь позаботиться о тебе. Я хочу быть рядом и помогать. Ты можешь довериться мне. Это всего лишь яичница с бутербродом.       — Ты не отвяжешься, да? — тяжело вздохнув, Разумовский сел. — Давай сюда поднос, а потом проваливай.       Олегу и этого было достаточно, поэтому он тут же принёс еду, а после благоразумно ушёл, чтобы Серёжа не успел передумать. Что ж, Сергей упрямился, но всё-таки немного шёл навстречу, поэтому Волков мог считать это хоть каким-то прогрессом в их отношениях, но и так было понятно, что с подобным образом жизни Разумовского не ждало ничего хорошего.