До скорой встречи.

      Вечером того же дня он собрал все вещи, которые были на некогда их общей съёмной квартире. Перевёз их к Матвиенко. Тот, конечно, не бухтел, как обычно, за количество сумок, но по взгляду было ясно, что он не рад новой порции вещей Попова.

      Внутри было пусто, ебаный штиль. Словно Арс запретил себе чувства и эмоции.       Разговор с Женей он помнит смутно, но точно может сказать, что она не кричала и не плакала, собственно, как и он сам был спокойнее покойника. Спокойно приняла то, что он знает о её изменах. Женя добивала его без оружия, удивляясь лишь тому, что он знает только про ресторатора. Сейчас сидя в гостиной с Серёгой, Арсений сам в шоке, как же тихо прошёл их разговор с Женей. Может потому, что он его ждал, а может потому, что не было того запала и любви. Им было комфортно. Хотя как показывает практика не им, а ему. Возможно, всем было бы легче, если бы они орали друг на друга и били посуду. Но этого не произошло, и сейчас он полностью убит.       Матвиенко косо глянул на друга и сел в кресло. Он ходил себе за чаем. «Что за дурацкая привычка, когда кто-то бухает, он чай пьёт?» — в голове был откровенный сумбур. Всё повторялось, как в карусели: люди, факты, действия, события. Кое-как поднявшись с дивана, Арсений неуклюже задел бедром кофейный столик, на котором, благодаря заботливому Серёже, стояла тарелка с нарезкой сыра и колбасы, небольшая вазочка с фруктами и тарелка с нарезанными кусочками хлеба. Для себя мужчина поставил блюдце с печеньем и чашку чая. Нечленораздельно что-то фыркнув, Арс медленно поплёлся в сторону балкона под пристальным взглядом друга. Собственным вкладом в импровизированный ужин Попов посчитал достаточным выставленные трёх бутылок бурбона, правда, Серёжа две утащил в холодильник охлаждаться. — Ты там не сбрасываться пошёл? — Матвиенко моментально подскочил на месте и поторопился за Поповым. — Да нахуй надо? Из-за неё ещё и убиваться? — Арс вывалился на балкон и практически сразу приземлился в кресло. Кое-как вытащил пачку сигарет и закурил. Заботливый Матвиенко пододвинул к нему пепельницу и открыл окно, чтобы дым уходил туда, — прости, ты же не любишь, когда курят. — Забей. Всё нормально. Ну, если так можно сказать, — Сергей уже раз сто обдумывал тот факт, что зря рассказал Арсению про Женю. Хотя, с другой стороны, он не мог дальше терпеть такое откровенное наебалово близкого друга, — Арс, прости. Я себя уже ненавижу за то, что рассказал тебе. — Серёг, ты правильно сделал, лучше это сейчас узнать, чем… — он медленно выпустил очередную порцию сигаретного дыма в сторону окна. В голове знатно шумело от выпитого, хотя пьяным он себя точно не чувствовал, — я думал над тем, чтобы сделать ей предложение. Наверное, она сейчас сидит на квартире и радуется, как наебала меня. — Думаешь, она не будет съезжать из квартиры? — А нахуя? Она оплачена ещё на два месяца вперёд, так что у Жени проблем с жильём на ближайшее время не возникнет, — вздохнув, Арсений потушил сигарету в пепельнице, — Она ещё много раз спрашивала, от кого я всё это узнал. И Женя долго ездила мне по ушам про то, как сильно любила меня в начале, а потом стала ревновать ко всем. Особенно, когда мы в туры уезжали… — А почему не ушла сама раньше? Не хотела сделать тебе больно? А сейчас не больно значит, сейчас, вот так нормально. — Сергей помог другу подняться с кресла и дойти до дивана. — Да ну а я то, с какого знать должен? — Последнее Арс практически крикнул, — Серёг, прости. Мне отдохнуть надо. — Может, поедем в Питер? Всё равно до начала съёмок ещё месяц, чего тут торчать и киснуть? — Матвиенко достал из шкафа одеяло и подушку, специально хранящиеся для Попова. Сверху на них выложил постельное бельё и полотенце, — иди в душ, а я застелю тебе диван и уберу всё. Дальнейший вечер Арсений слабо помнил, да и не особо хотел вспоминать. Зачем ему это помнить? Незачем.

***

— Да. Угу, я понял, куплю. Да, мы вот тут решили неожиданно поехать. Угу. Хорошо, обязательно заедем. — Сергей положил трубку, а с заднего сидения послышалась возня, — проснулся? — Угу, — Попов сел ровно на сидении и потёр затёкшую шею, — С кем говорил? Арсений выглядел ужасно мило сейчас: заспанный, помятый, с перекошенным лицом от боли в затёкшей шее. Мятая в хлам футболка висела на нём, как на вешалке. Попов и оверсайз — вещи неразделимые. — Да Ярик звонила, приглашала к ней заехать на покушать. — К Яре на покушать это обязательно. Её омлет божественен. — Арсений вздохнул и потёр лицо. — Но только после того, как ты отоспишься и примешь, как минимум, душ! — Сергей усмехнулся, смотря на друга в зеркало заднего вида. С момента разрыва Арсения и Жени прошло два дня. Попов выглядел разбитым, практически не спал и отказывался есть стряпню Серёжи. В тот вечер, когда Арс приехал к нему, тот занимался всего тремя вещами: либо сидел и смотрел в одну точку, либо торчал под душем, либо курил. Чаще всего чередовал курение и затупы в стену. На любые предложения отвечал отказом и ссылался на то, что устал.

***

— Привет! — девушка практически забежала в квартиру, точнее сначала зашли пакеты, а потом и она сама. — Ты продуктовый ограбила?! — Сергей забрал у девушки неподъёмные пакеты и понёс их на кухню.       Стащив с ног кеды, она прошла вглубь квартиры, осматриваясь. Весь стиль можно было обозначить как минимализм, в светлых тонах. Зайдя на кухню, Ярослава стала помогать другу разбирать пакеты и расставлять в холодильнике продукты, контейнера с готовыми блюдами и разнообразные мелочи вроде йогуртов, шоколадок и мармеладок. — Яр, я же сказал, чтобы ты не тащила всю эту кучу. Мы бы заказали доставку продуктов… — Попов где? — она словно не слышала упрёков Матвиенко, за то, что таскала такие тяжести. — Курит на балконе или спит. Вариантов не много. Мы как приехали, его из дома под дулом пистолета не выгнать, — Сергей сел на неудобный барный стул и решил не мешать девушке. Она явно лучше него справлялась с задачей хозяйствования на кухне, — не хотел тебя так срывать. Спасибо, что приехала. — Да не переживай, Серёж, всё нормально, — она мельком улыбнулась парню и перевязала растрепавшийся пучок огненных кудряшек, — на солнце в этом году очень сильно выгорела, кошмар! — Бывает, тебе такой цвет идёт, — Матвиенко безразлично пожал плечами и практически всё время косился на дверь, ведущую в спальню, — Яр, его так знатно переебало. И как его вытаскивать, мне совсем не понятно. Он как-то вскользь сказал про предложение… — за дверью послышался шум и недовольное бухтение. — Вряд ли это предложение поехать на Невский, — Яра усмехнулась собственной недошутке. Из-за двери показался помятый и явно недовольный Попов. Растянутая или просто большая серая майка, чёрные шорты до колен. Волосы больше смахивали на воронье гнездо, а на щеках виднелась щетина, который было не менее пяти дней. Брови свёл в недовольной гримасе и остановился в дверях кухни, подпирая плечом косяк. — Арсений, вы выглядите, как уличный кот! — Яра усмехнулась, смотря на мужчину. — А вот ты слишком шумная. Можно, пожалуйста, тише. Могу я хоть в своей квартире отдохнуть. — Арсений что-то ещё бухтел, но, что именно, было не разобрать, так как он скрылся в ванной. — Не обращай внимания, он для проформы бубнит. Мне надо отъехать на несколько часов. Посидишь с ним? — Матвиенко поднялся с места. — Да без проблем, куда ж его такого, — девушка едва заметно кивнула и принялась готовить обед-ужин, — не беспокойся. — Спасибо тебе, — Сергей осторожно обнял девушку и прижал к себе, — чтобы я без тебя делал с этим придурком? — То же самое, что и обычно, — Яра усмехнулась и приобняла друга в ответ.       Из ванной послышался шум воды. Сергей уехал по делам, а Яра осталась готовить кушать.

***

      Вода затапливала все голоса и звуки за дверью ванной. Он стоял под душем и не особо понимал того, что Серёга притащил его мало того, что в Питер, так ещё и Ярославу к нему. Нахуй Матвиенко вообще рассказал ей про его ситуацию? Ну, разошлись они с Женей. Да, по её вине, но это только его собственная проблема. Он сам хочет с ней справиться. Нет желания, чтобы его жалели, как уличного кота под дождём. Блять, и как Яра так правильно его обозвала? Он ведь и правда себе напоминает уличного кота, который попал под дождь и сидит под лавкой, но из гордости не мяукает с просьбой о спасении. Он явно выше того, чтобы просить ему помочь.       Рванув кран с холодной водой, он едва не задохнулся от ледяных игл, пронзивших всё тело. Живот свело судорогой, а лёгкие сжались до размера сдувшегося воздушного шарика. Через пару минут терпеть ледяную воду он больше не смог и выключив всю воду, вытащил себя из ванной. Замотавшись в полотенце практически с макушкой, к своему неудовольствию заметил приятный аромат из кухни. Так обычно пахнут блины и куриный суп. И от первого и от второго он бы сейчас точно не отказался, желудок из-за запахов сводило в спазме.       Он, когда Яру увидел на кухне, такие странные чувства испытал. Злость, от того, что она шумная. Удивление, что она вообще пришла. Недовольство и облегчение. Да. Наверное, это можно назвать облегчением. Она перед ним стояла такая светлая, яркая и удивительно тёплая. Кудряшки, торчащие в разные стороны, веснушки, показавшиеся из-за непривычно солнечного лета в Питере. А ещё неизменно широкий летящий сарафан, хорошо скрывающий её фигуру. Он вроде бы только раз полноценно видел Ярославу в платье, которое подчёркивает её красоту.       Вот о чём он только думает? Нахрен всё это. Надо попросить её уйти. Да и он чувствует себя исключительно мерзко из-за того случая в больнице. Несмотря на его трусливое бегство, когда она узнала, что ему плохо, позвонила и утешала. — Какой же, видимо, я гандон… — Вздохнув, Арсений натянул чистое бельё и свежую футболку, со штанами. Вещи заботливо оставил Серёжа. Выйдя из ванной, Арсений утонул в домашнем шуме, который не вызывал прежнего раздражения, а лишь уют и состояние умиротворения.       Он остановился в дверях кухни, по которой в сумасшедшем броуновском движении передвигалась Яра. У девушки на плите негромко кипел супчик, одновременно на двух сковородках жарились блины. На столе аккуратной стопочкой на тарелке сложены уже готовые и румяные. — Сюш, проходи. Сейчас супчик налью и потом пойдём тебя выгуливать. — Девушка была сама непосредственность и этим выбивала из колеи. Давала чувство того, что он там где и должен быть. — Яр… Я же… — Даже слушать не хочу! Дерьмо случается Арс и с этим надо просто жить! — Яра налила суп в тарелку и поставила её на стол, — бегом Попов! Садись кушать.       Арсений и сел. Решил, что спорить с девушкой сейчас себе дороже будет. Спустя час его молчаливой трапезы и хлопотаний Ярославы по кухне, она всё же уговорила мужчину выйти из дома.

***

      Шагая по набережной вдоль горного музея Арс и сам не мог понять почему испытывал такое сумасшедшее облегчения. Девушка идущая рядом рассказывала про историю этого места, а он старательно делал вид, что слушает. Арсений поймал себя на мысли, что не хочет, чтобы этот момент кончался. Он точно хочет, чтобы они вечно так шли по набережной и пили уже давно остывший кофе.       «Как там было? Яра говорила… ах да, «Но тогда весь мой мир замкнулся: в вечерний поезд, чувство локтя и чувство того, что мы здесь. Совсем рядом.» Вот и у меня сейчас так же. Чувство локтя. Можно остановить момент и зафиксировать чувства?» — мужчина резко остановился у лестницы к воде. — Хочешь спуститься? — Яра моментально отреагировала на него, словно прочла его желание, как в книге. — Хочу, — Арсений неспешно кивнул, и они спустились к самой воде, усевшись на раскалённые каменные ступени. Солнце неспешно уходило за горизонт окрашивая синие воды Большой Невы ярко рыжими мазками заката. Блики от воды были повсюду и наверное впервые Арсений посмотрел на Ярославу иначе. Не так как раньше.       Не с тем меркантильным интересом первой встречи. Не с тем смешным задором при второй. Не с тем желанием и страстью, когда они гуляли. И совсем не с той жалостью, как в последнюю их встречу. Сейчас она ему казал совершенно иной: взрослой, сильной, сильнее, чем он сам и уж точно мудрее, чем он сам. После всего, что она пережила он боялся ей сделать больно, боялся не оправдать её надежд. — Яр, почему ты со мной няньчишься? — Арсений снял очки и с интересом посмотрел на девушку. Она была ярче, чем любой солнечный блик, такая светлая, нежная. Такая его. — М… — девушка театрально задумалась и усмехнувшись поправила рукав арсеньевой футболки. Критически оглянув его, поправила ещё и волосы, торчащие из-под кепки. — Неужели я так плохо выгляжу? — он рассмеялся практически в голос. — Очень даже хорошо ты выглядишь. Просто я не уверена в своём ответе, вот и тяну. — Я тоже в себе не уверен. И тоже боюсь. — Тогда… Тогда… — Что тогда? — они оба замолчали, боялись сказать хоть слово.       Ярослава усмехнулась и осторожно взяла Арсения за руку. «Её рука такая мягкая и очень тёплая» — отметил про себя Попов. — Звучать будет тупо, но, кажется, я знал ответ с самой первой встречи в Starbucks… или может намного и раньше. — На сколько? — Мне сон снился. Я на балу был и видел девушку очень похожую на тебя, хотя сейчас понимаю, что это скорее всего ты и есть. Нас сосватали, но потом меня убивают, а я обещаю тебя найти в следующей жизни. Вот видимо я и нашёл. — Видимо наши ответы идентичны. Почему я с тобой няньчусь? Я люблю тебя и всегда любила, а вы Граф этого не замечали. — Идиот я у тебя немного? — Есть такое.

***

      Ярослава сидела возле Арсения на берегу Невы и никак не могла сама себе поверить, что он с ней рядом и никуда больше не уйдёт, что у них теперь всё будет, если не хорошо, то просто будет.