Меланхолия

Осенняя меланхолия распространяется и на Фишль, что подмечает каждую деталь в осеннем Тайвате. Жёлтые и красные листья уже шелушатся под сапожками и ломаются, а облака словно разгораются в огне солнца отдавай этими же оттенками. Фишль лишь томно вздыхает и поправляет надоедливую челку, а после лишь сопит, присаживаясь на красивую скамейку с различными орнаментами. Сейчас путешественнице не до приключений, она обустраивается в своём доме, а другие члены отряда ей помогают, одна только Фишль сидит на улице и вдыхает осеннюю прохладу, которая так же коснулась дома Люмин. — Юная леди, не находите ли вы забавным то, что принцесса в роде вас сутулиться? — от голоса Чжун ли пробегают мурашки по спине, а сама она разом выпрямляется, и слегка сводит лопатки друг к другу, что выглядит нелепо. — Нахожу, — бубнит Фишль и обиженно складывает руки на груди. Ей не нравится, когда её ошибки подмечает, не нравиться когда за что-то упрекают и поучают, точно так же как и в далеком забытом детстве. И от этих мыслей у девушки сводит живот, а зеленые глаза наполняются ещё больше меланхолией. Чжун ли обходит скамью и садиться, но держа расстояние между ним и девушкой. Ведёт себя как настоящий джентльмен и словно что-то сдерживает в себе. Даже в таком положении он выше принцессы, правда, сейчас она может достать головой до его плеча, не то что раньше. У него правильные черты лица, строгий взгляд и глаза с будто бы с острыми кончиками, и такими же острыми стрелками красного цвета. У него широкие плечи и сильные, длинные руки, большие ладони, запрятанные в темные перчатки, длинные накаченные ноги, спрятанные за темными, с золотистыми узорами, брюками. Сейчас на нём не было привычного коричневого пиджака, только белая блузка, обтягивающая его сильное тело… И от него вкусно пахнет — выпечкой! Наверняка, он помогал Люмин и Дионе готовить пирог с корицей… И Фишль невольно поднимает голову, рассматривает мужчину и уголки её губ слегка дёргаются, а щеки краснеют. Чжун ли медленно дышит и так же медленно замечает любопытный и изучающий его взгляд Принцессы. Он прикрывает желтые, подобные солнцу глаза, и улыбается. Эта девочка такая милая в своём изучении и попытках не быть такой заметной. Он вспоминает их первую встречу в Ли Юэ, когда она, вместе с путешественницей, ходила по этому городу, всматривалась в витрины и магазинчики. Её одежда, поведение и тон голоса были знакомы ему. Он прекрасно знал о существовании книг о Принцессе Фишль, девочке с вороном Озом, сражающейся со злом в этом мире. Но для Чжун ли стало удивлением то, что персонаж из книг существует в реальности, правда вот… Она не принцесса Фишль. Некогда одинокая девочка отвергнутая обществом и собственной родней, девочка, которая так жадно поглощая информацию из книг о принцессе Фишль и которая стала ей, отказавшись от своего прошлого. Чжун ли помнил её ухмылку и жестикуляцию. «Я принцесса Фишль!», — он с осторожностью пожал ей руку и не забыл представиться сам. Он видел в девочке беззащитность перед этим миром, особенно перед реальным миром. Сейчас Чжун ли лениво поворачивает голову к ней и наконец таки открывает глаза, но не успевает рассмотреть её покрасневшее до ушей лицо, ведь её заметили, а Фишль девочка стеснительная и робкая, особенно когда остаётся с красивым, взрослым мужчиной наедине. Фишль импульсивная и не аккуратная. Когда они сражаются, Чжун ли чаще всех прикрывает её своим щитом, а потом устало выдыхает. Он видит как она превращается в птицу на пару секунд, видит как молнии убивают их врага, а потом он видит её. Уставшую и обессиленную. Такую робкую и отчаянную. — Простите, — она снова бубнит, сжимая свою накидку пальцами, быстро смотря на него, а потом обратно на свои колени. — Не стоит извиняться, — он опять вызывает мурашки своим приятным и тягучим басом с малой хрипотцой. — Это я должен извиниться, юная леди. Мне стало интересно что вы нашли в этом закате. Путешественница попросила проведать тебя. — Правда? — она все так же робко смотрит на мужчину, а после жмуриться, когда его руки, уже без тканевых перчаток, треплет её по светлым волосам. — Эй! — Конечно правда, принцесса, — Чжун ли улыбается, а после кладет руку на спинку скамьи. Его тело расслабленно, как и сам он. Он глубоко дышит и слегка приподнимает голову, чтобы лучше посмотреть закат. Фишль снова робко опускает глаза, но после пары секунд раздумий начинает рассматривать его шею, с парой выпирающих венок, точно таких же как и на руках. — А вам нравиться этот закат? — она говорит с ним на вы, толи из уважения, толи из-за того, что боится. Боится, что её речь покажется не настолько уважительной. — Мне вот да, — она не дожидается его ответа и чуть ли не перебивает, а потом ошарашенно хлопает глазами. — Но осень я ненавижу! — Да, закаты чудесны, как и любое время года, — он говорит тихо, а потом смотрит на нее, точно так же как и она на него. Его кадык двигается, когда в его горле и рту пересыхает. — Однако, они навевают воспоминания, которые причиняют много боли, — они все еще смотрят друг на друга. Фишль не выдерживает. — Тогда не смотрите на них! — она крепко накрепко обнимает его и прижимается к его груди, словно боясь потерять. Чжун ли лишь разводит руки, чтобы ей было удобно и боится коснуться ее, такую маленькую и хрупкую. Но в конце концов просто сдается и гладит по волосам, стараясь не задевать любимые хвостики Фишль. — Хорошо принцесса, не буду, — он улыбается и пытается согреть её в своих объятиях. Они снова путешествуют, убивают монстров и собирают артефакты. И только Люмин изредко замечает то, как часто Фишль и Чжун ли проводят время вместе. В объятиях друг друга.